Между двух огней. Второй шанс - Яра Славцева

Между двух огней. Второй шанс

Пролог

Я узнала, что беременна, в день, когда увидела, как мой бывший мужчина держит ладонь на чужом бедре.

Наверное, если бы мне кто-то сказал об этом месяц назад, я бы рассмеялась ему в лицо.

Не потому, что беременность была невозможна. Не потому, что Дамир давно стал прошлым. И даже не потому, что рядом со мной уже был другой мужчина — правильный, спокойный, подходящий для семьи, для будущего, для нормальной жизни.

А потому что у судьбы, кажется, слишком больное воображение.

Я стояла посреди частной клиники, вжимая в пальцы тонкую папку с анализами, и не могла сделать вдох.

В коридоре пахло антисептиком, кофе из автомата и чужим страхом. Люди проходили мимо. Кто-то смеялся. У кого-то звонил телефон. Где-то плакал ребенок.

А у меня мир остановился.

— Мирослава? — окликнула медсестра.

Я даже не повернулась. Потому что смотрела только в одну точку — на него, на Дамира.

Он стоял у окна в конце коридора, в черной рубашке с закатанными рукавами, чуть растрепанный, красивый до внутренней боли, как и всегда.

И рядом с ним стояла женщина. Высокая, ухоженная, из тех, что не бывают случайными. Ее ногти лежали на его запястье так уверенно, будто давно привыкли к этой коже.

А его ладонь была у нее на бедре. Спокойно. По-хозяйски. Будто ему можно. Будто он имеет право касаться, выбирать, удерживать.

У меня в ушах зашумело так сильно, что голос врача, сказавшей десять минут назад: «Срок маленький, но беременность подтверждена», будто разорвался на куски и заново ударил в виски.

Беременна. Я. Беременна.

И в ту же секунду Дамир поднял голову. Увидел меня. Лицо у него изменилось сразу. Как будто кто-то изнутри дернул за сухожилия. Взгляд потяжелел, вспыхнул, вцепился в меня.

Женщина что-то сказала ему, но он даже не повернул головы. Мы смотрели друг на друга через длинный светлый коридор, и мне показалось, что я опять падаю в ту же черную воду, из которой когда-то еле выплыла.

Нет. Нет-нет-нет. Только не сейчас. Только не в тот день, когда я и так стою на руинах.

Я резко развернулась, пошла к выходу, почти побежала. Папка выскользнула из рук, бумаги разлетелись по полу, кто-то окликнул меня, но я уже ничего не слышала.

Только собственное сердце. И его голос за спиной. Низкий. Хриплый. Узнаваемый до дрожи.

— Мира.

У меня подкосились колени. Я закрыла глаза.

Господи. Только не он. Только не теперь.

Потому что если этот ребенок от него, моя жизнь больше никогда не станет прежней.

---

Глава 1

Глава 1

Глава 1

Когда я соглашалась выйти за Артёма, я не думала о любви.

Это звучит страшнее, чем есть на самом деле. Просто однажды наступает возраст, опыт или внутренняя усталость, после которой слово любовь перестает казаться подарком. Слишком дорого. Слишком больно. Слишком много потом приходится вынимать из себя голыми руками.

Я любила один раз. Так, что после меня остались кожа, кости и привычка молчать.

Поэтому, когда в моей жизни появился Артём, я не искала бабочек, тумана, подгибающихся коленей и пожара в груди.

Мне хотелось другого. Простой, взрослой устойчивости. Человека, рядом с которым не страшно проснуться утром. Человека, который не пропадет. Не сломает. Не заставит собирать себя по осколкам.

Артём именно таким и был. Спокойный, собранный, аккуратный до мелочей. Он никогда не повышал голос в начале наших отношений, не устраивал сцен, не ревновал без повода.

Приезжал вовремя. Помнил, какой чай я пью. Умел слушать. Умел смотреть так, будто уже все решил, и это решение — я.

Иногда мне казалось, что он выбрал меня так же, как выбирают дом: внимательно, рационально, с пониманием, что вложения должны быть надежными.

Раньше меня бы это унизило. Теперь — успокаивало.

— Ты опять задумалась, — сказал Артём, не отрывая взгляда от дороги.

Я моргнула и оторвалась от окна. Город уже закончился. Машина мягко шла по трассе, уводящей нас за пределы кольца — туда, где у его семьи был загородный дом.

Не дача, конечно. Такие люди дач не имеют. У них либо "резиденция", либо "загородный дом", либо "усадьба". Что-то с ровным газоном, дорогим камнем, охраной и тишиной, которая стоит денег.

Сегодня я должна была впервые познакомиться с его матерью. И обсудить дату свадьбы. У меня холодели ладони.

— Просто устала, — соврала я.

Он мельком посмотрел на меня и снова перевел взгляд на дорогу. Красивый мужчина. Очень. Холодноватой, дорогой красотой, от которой женщинам обычно хочется подтянуть спину и вести себя лучше.

У Артёма были точные черты лица, серые глаза и почти болезненная привычка все держать под контролем. Даже руль он держал так, будто и машину, и дорогу, и мою жизнь заодно давно поставил в нужное положение.

— Если мать скажет что-то резкое, не принимай на свой счет, — ровно произнес он.

Я тихо усмехнулась.

— Спасибо за поддержку.

— Я серьезно, Мира. У нее тяжелый характер. Но если не спорить, все пройдет нормально.

Если не спорить. Если не реагировать. Если быть удобной.

В груди что-то неприятно царапнуло.

— А если она мне не понравится? — спросила я, будто в шутку.

— Ты же не за нее замуж выходишь.

— Но жить мне придется не в вакууме.

— Мы будем жить отдельно.

— Знаю.

— Тогда зачем накручивать?

Я отвернулась к окну. Поля, перелески, редкие коттеджные поселки — все расплывалось перед глазами. Я видела не дорогу. Я видела свое отражение.

Тонкое лицо. Светлые волосы, собранные в низкий хвост. Губы, которые я с утра дважды красила и стирала. Сережки, которые выбрала слишком долго, будто от них зависело, понравлюсь ли я чужой женщине.

Мне было двадцать семь, а я снова чувствовала себя девочкой на экзамене.

— Ты красивая, — неожиданно сказал Артём.

Я повернулась к нему.

— Что?

— Ты сейчас слишком напряжена. Не надо. Ты прекрасно выглядишь.

И он, не отрываясь от дороги, коснулся моей кисти. Коротко. Уверенно. Без нежности, но как будто обозначая: ты моя, я рядом, все под контролем.

Я должна была успокоиться. Правда должна.

Но почему-то именно в этот момент меня захлестнуло странное, липкое предчувствие. Как будто мы едем не знакомиться с семьей,