Чжихёк как ни в чем не бывало заулыбался во весь рот, сложил указательный и средний пальцы в знак победы и запрыгал на месте, размахивая рукой так, чтобы знак увидели все остальные.

— Я валю с этой долбаной станции, ублюдки! Завидуете, да?! Завидуйте! Надо быть поласковее с новенькими, тогда и вам что-нибудь перепадет! Вот она, карма! Что посеешь, то и пожнешь! Видали? Я настолько праведно жил, что даже стоматолог, с которым мы виделись два раза в жизни, решил спасти меня самым первым! А вы вели себя как мусор и теперь получаете по заслугам!

— Иди уже, мистер Со! — раздраженно выкрикнул Марк.

Чжихёк улыбнулся еще шире, а потом согнул указательный палец... и показал средний в сторону инженеров.

После этого он обошел лежащие на полу трупы и лужи крови и направился к панели управления. Присутствующие провожали его взглядами — кто-то недоверчиво усмехался, кто-то хмурился. Всем было любопытно, что станет с первым счастливчиком, получившим шанс от Тамаки.

Тамаки взял Чжихёка на прицел, когда тот подошел, но стрелять не стал. Впрочем, Чжихёк и не думал ни провоцировать его, ни нападать. Он беспрепятственно дошел до панели и нажал на кнопку запуска капсулы. Напоследок, за три секунды до старта, повернулся к команде «На» и показал им средний палец. Потом вытянулся в струнку, и капсула сомкнулась вокруг него, уносясь в темные глубины. Кажется, Ямасита что-то кричал ему вслед, но я не расслышал слов.

Я ожидал, что Тамаки спросит меня, почему первым выбрал именно Со Чжихёка. Судя по тому, как Чжихёк вел себя по дороге сюда — и по чувству вины, что проскальзывало в его взгляде каждый раз, когда он говорил о Тамаки, — можно было догадаться: да, Тамаки считал, что я сделал верный выбор.

Конечно, я не разговаривал лично со всеми, кто находился сейчас в эвакуационном отсеке, и не знал, что у каждого на уме. Но если бы Тамаки задал тот вопрос: «Почему именно он?» — у меня был бы ответ. Я его подготовил. Но Тамаки так и не спросил. Ни после того, как я назвал имя, ни позже, уже после запуска капсулы.

И я с облегчением выдохнул. Потому что на самом деле мой выбор был очень личным. Глядя на Чжихёка, я по-прежнему видел корчившегося от боли парня с простреленной ногой. Еще тогда, когда он из последних сил карабкался по лестнице, я впервые подумал: «Ты должен выбраться отсюда. Во что бы то ни стало».

А сейчас — я отпускаю тебя. Отпускаю и все равно чувствую, что сделал это слишком поздно.

Я отпускаю тебя. Я не хочу снова тащить тебя наверх по той бесконечной лестнице. Думаю, ты и сам этого не хочешь. И чтобы тебе больше никогда не пришлось переживать такое снова и снова, уходи сейчас, пока можешь сам, пока здоров, черт тебя побери. Кто знает, что случится в следующей временной петле.

Если честно, я с огромным удовольствием продолжил бы бродить по станции вместе с Чжихёком, спрашивая обо всем подряд и утоляя свое любопытство. Он отличный гид.

Но большинство из тех, кто выбрался на Тэхандо, — женщины (и Генри). Если Чжихёк уйдет, то ему больше не придется носиться по этой проклятой станции, хватаясь за каждую ниточку и ломая голову над тем, где найти Кан Сучжон и Ли Чжихён, которых официально здесь больше не существует. Он перестанет мучиться и грызть себя, перестанет тратить силы на поиски того, кого нет. На поверхности он хотя бы сможет спокойно помогать тем, кто уже там. Так будет лучше и для него самого, и для Кан Сучжон с Ли Чжихён. Именно поэтому я и отпустил его первым, — чтобы хотя бы частично совладать с собственной жадностью и эгоизмом.

Надеюсь, то, что он ушел живым и невредимым, хоть немного развеет тот мерзкий осадок, что оставила его страшная байка. Черт, лучше бы я ее вообще не слышал. Если бы не она, я бы в первую очередь назвал имена Ким Чжэхи, Пэк Эён или даже Такахаси. Но после той истории я думал только об одном: Чжихёка надо вытащить отсюда любой ценой.

Когда он, не моргнув, прошел мимо тела Мишеля, с которым недавно пил, я понял: ему нельзя здесь оставаться. Парень чуть за двадцать не должен демонстрировать такую выдержку и холодную решимость. Будь на его месте мой младший брат, он бы ревел в голос.

Син Хэрян некоторое время молча смотрел вслед Чжихёку, а потом обернулся ко мне:

— Мы торопились, потому что не могли упустить шанс эвакуировать кого-то из нашей команды, но все же — почему именно Чжихёк? У вас была особая причина выбрать его?

О. Причин было много. Слишком много. Я выбрал самые очевидные из тех, что произошли в этой временной петле, и ответил:

— По дороге сюда Чжихёк рассказал мне жуткую историю об одной картине...

— Ту историю, где он ночевал в заброшенном доме? Или ту, где напился в больнице?

— Эм-м-м... Вторую.

О первой даже спрашивать страшно. Ночевка? В заброшенном доме? Зачем ночевать в заброшенном доме, когда есть нормальное жилье? Чжихёку ведь еще и тридцати нет, когда же жизнь успела его так помотать?!

— А проклятие и правда существует? — с опаской спросил я у Син Хэряна.

— Насколько мне известно, это был просто несчастный случай, — помолчав, лаконично ответил он.

Ну и ладно. Не буду больше спрашивать инженеров.

Я так же лаконично объяснил, почему выбрал именно Чжихёка:

— После той истории у меня остался неприятный осадок, вот я и решил отправить его первым.

— В таком случае давайте расскажу вам по одной страшной истории про каждого из оставшихся членов моей команды.

Остались Чон Санхён, Пэк Эён и Ким Чжэхи. Похоже, если бы это помогло посадить их в спасательные капсулы, Син Хэрян самолично три страшилки сочинил бы. Но говорил он при этом абсолютно серьезно, без тени улыбки, чем окончательно сбил меня с толку.

— Э-э-э… нет, спасибо, не надо, — пробормотал я.

Я снова обвел взглядом тех, кто находился в эвакуационном отсеке, и обратился к Тамаки:

— Можно назвать кого-то из инженеров команды «На»?

Если он скажет «нет», что ж, ничего не поделаешь. Спорить не стану. Но Тамаки посмотрел на Сато, Такахаси и Ямаситу, а потом кивнул мне. Сато что-то сказал, обращаясь ко мне, но никто даже не подумал перевести.

— Тогда я выбираю госпожу Такахаси.

Такахаси уставилась на меня пустым взглядом, будто не понимая, почему я назвал именно ее. Остальные тоже повернулись к ней. Наши глаза встретились, и Такахаси поклонилась — низко, чуть не до пояса. Потом выпрямилась, зажала рот обеими руками и медленно, неуверенно направилась к капсуле. Казалось, она вот-вот оступится и упадет. Глядя на нее, я понял, насколько широкими были шаги Чжихёка. Такахаси обошла труп Ичиды по дуге, а проходя мимо Тамаки, затряслась как осиновый лист и уткнулась взглядом в пол.

Добравшись наконец до капсулы, она поднесла руку к панели и нажала кнопку — дрожавшей рукой, несколько раз подряд. Капсула сомкнулась вокруг нее и унеслась в океан. После этого взгляды всех, кто остался в эвакуационном отсеке, снова устремились на меня. Я посмотрел на каждого по очереди и задержал взгляд на Чжэхи с Пэк Эён. Мы встретились глазами — сначала с одним, потом с другой. Чжэхи чуть заметно покачал головой — похоже, он не хотел уходить.

ГЛАВА 238

ВЫГОДЫ И РИСКИ

Часть 3

Похоже, Чжэхи знал, что я выберу его одним из шестерых. Что сказать? Я и сам понимал, что до безобразия предсказуем. Ему, видимо, казалось, что если он сам не захочет уходить, то сможет остаться. Но нет. Стоит мне назвать