Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Эта команда бывших сослуживцев, партнеров, друзей и родственников Владимира Владимировича долго определяла и ныне во многом определяет лицо правящей элиты России. Со временем в ближний круг президента входили другие люди, в их числе бывший губернатор Санкт-Петербурга Валентина Ивановна Матвиенко, ныне возглавляющая верхнюю палату российского парламента. Но время берет свое.
Ныне из «стариков» в ближнем круге президента остались трое: Николай Патрушев, Дмитрий Медведев и Игорь Сечин. Первый с августа 2024 года возглавляет Морскую коллегию Российской Федерации и отвечает за морскую стратегию государства и развитие российского флота. Он воспитал себе достойную смену. Оба сына Николая Платоновича верно служат России, а старший (Дмитрий) стал видным государственным деятелем. Сечин по-прежнему возглавляет «Роснефть». Ну а Дмитрий Анатольевич Медведев переживает вторую молодость, и так «жжет» в интернете в адрес наших западных заклятых «друзей», что дух захватывает. Долгое время на короткой ноге с президентом был министр обороны РФ Сергей Шойгу. Но после недавних разоблачений и арестов ряда высших чинов его ведомства, Путин отдалил Шойгу от себя, приблизив нового министра обороны А.Р. Белоусова.
Совершенно особую роль в жизни и деятельности нашего президента и всей страны играет Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. В его лице Путин нашел духовную опору своим делам, а Русская православная церковь стала надежной опорой государственной власти и скрепой народа в трудные времена, вернув и преумножив роль, какую РПЦ играла в России до Октябрьской революции. С нею в жизнь нашей страны и общества вернулся Бог. После десятилетий коммунистического безбожия идет духовно-нравственное оздоровление нации. Но, говоря о Путине, надо учесть еще два обстоятельства.
Сочетание несочетаемого
Путин – закоренелый чекист, патриот-консерватор, но с достаточно либеральными взглядами на экономику. Вот что сказал хорошо знавший его в конце 1990-х депутат Госдумы Николай Гончар: «Я бы назвал Путина государственником-либералом. Он считает, что в руках государства должно быть сосредоточено как можно меньше управляющих экономикой нитей, но по этому минимуму влияние государства должно быть ужесточено. <..> Для этого России нужна жесткая политическая система и внятное, понимаемое населением и инвесторами экономическое законодательство. Больше всего меня поразило то, что Путин по памяти цитировал книгу Людвига Эрхарда». А над рабочим столом тогдашнего почитателя немецкого экономического чуда в его первый президентский срок висел портрет Петра Великого. Сейчас диспозиция изменилась. Отвечая 19 декабря 2024 года на «Прямой линии» с народом на вопрос, Путин сказал: «Портретов нет. В одном рабочем кабинете есть икона, в другом установлен бюст Ломоносова», что тоже симптоматично. А любимым философом нашего президента является русский эмигрант первой волны, убежденный антибольшевик Иван Ильин, которого он часто цитирует. А вот Ленина Путин не любит, думаю – ясно, почему.
Президент России сочетает в себе и своей работе, казалось бы, несочетаемое. Он ратует за сильное государство, жесткое отстаивание национальных интересов во внешней политике и традиционные ценности в семейной и общественной жизни. Однако он против тотального советского огосударствления, за развитие частного бизнеса, при соблюдении социальных гарантий для простых людей. Путин – государственник-консерватор, умеренно либеральный экономист и умеренный социалист. Такое сочетание не сочетаемого делает его труднодоступным для понимания. Хотя у него есть предтечи. Схожих взглядов в Европе придерживался Шарль де Голль. Либералом-державником с опорой на народ был Пётр Столыпин. По своим взглядам, до разверзшегося ныне конфликта с Западом, Путин был близок к ним. И еще одно.
Троянский конь системы
Выступая 18 декабря 1999 года перед ветеранами КГБ СССР и ФСБ России, Владимир Путин сказал: «Группа сотрудников ФСБ, направленная вами в командировку для работы под прикрытием правительства, на первом этапе со своими задачами справляется» (Аплодисменты в зале). Многие приняли это за шутку. Но это была не шутка, а скрытый от непосвященных пласт жизни, о котором не принято говорить.
Путин не был классическим разведчиком-нелегалом. Он не внедрялся в военные или политические структуры противника, не занимался промышленным шпионажем. Его профессией было индивидуальное общение с людьми. Он общался и вербовал. В СССР – иностранцев. В ГДР – функционеров СЕПГ, а во время торгово-промышленных ярмарок в Лейпциге и других городах вербовал агентуру среди западных бизнесменов и выуживал их секреты.
По возвращении «с холода» подполковника Путина перевели в действующий резерв разведки КГБ. Это система эффективного осуществления разведывательной деятельности, при которой кадровый сотрудник разведки с применением различных вариантов маскировки внедряется на работу в гражданское учреждение. Выбор учреждения и должности обусловливается требованиями интересующей разведку линии работы.
В последние годы существования СССР в недрах КГБ сложились две партии: партия ортодоксов, жестко отстаивавшая «завоевания социализма», и партия реформаторов, глядевшая на перспективу. Последних было много в разведке. Руководство Ленинградского управления КГБ начало работать с плеядой новых политических лидеров, которых вынесла горбастройка. Путина как офицера действующего резерва КГБ внедрили в гущу демократической оппозиции советскому строю – Ленинградский университет, очевидно, с задачей сбора агентурной информации и вербовки перспективных агентов. На этом поприще он быстро сблизился с одним из лидеров демократического движения Анатолием Собчаком и стал его правой рукой.
Вот как Собчак в одном из последних интервью описал их встречу: «Когда меня в 1990 году избрали председателем Ленсовета, я стал формировать команду и совершенно случайно встретился с ним. Мы разговорились. Я стал выяснять, чем он занимается, что и как. Он мне