Оракулы не ошибаются. А значит, они дали девчонкам еще один шанс, ведь знали сволочи, что у меня эмоции в это время зашкаливать будут. Неужели сорвусь?! Да хрен там!!! Плавали, знаем. Эти отношения только до поры, до времени хороши, и в это время горы свернуть ради них хочется, а потом начинается вынос мозга, требования и шантаж с разводом ровно до тех пор, пока не понимаешь, что развод остается единственным средством решить накопившиеся разногласия. Уверен, что и для наших избранниц мы тоже подарками являемся, пока не начинаем жить вместе, а потом они чувствуют то же самое. Ладно, не в те дебри полез. Хотя, повспоминав прошлое, почувствовал, что как-то полегчало, отпустило и уже не тянет к эльфийкам. Стоп! А что если в этом все и дело?

Надо вспомнить наши встречи. Первая была, когда я освободил светлую эльфийку. У меня тогда чуть не сорвало крышу, особенно когда я разорвал цепи на ее ногах. Они тогда еще слегка раздвинулись. О-ох, помню, каких усилий мне стоило тогда сдержать себя, чтобы не разложить ее прямо там. А уж как тяжело было при этом сохранять невозмутимость на лице… и вспоминать-то страшно.

Хорошо. Теперь допустим, что из-за того, что я никак не выказал ей своего внимания, она сочла, что я к ней ничего и не почувствовал. Этим объясняется и резкая смена настроения всех освобожденных мной светлых эльфов. Ведь в их лесу теперь вместо Дриады Жизни появилась очередная пустышка. И виной всему был именно я — император Проклятых Земель. Ясно.

Теперь, что касается темной эльфийки. Она увидела меня на приеме у отца. Он знал, что его дочь — потенциальная Дриада Жизни, и уже немного узнал меня. Он понимал насколько несгибаемым и волевым человеком я являюсь, а это не могло не понравится его дочери, младшей дочери. Поэтому он запретил ей смотреть на меня, но та ослушалась. А вот дальше напрашивается вопрос: «Темная Эльфийка в меня влюбилась, но я-то при этом ничего не почувствовал, почему?». Возможно, потому, что я ее не видел. Скорее всего, так. Ведь если бы ее, так сказать, «любовь» была бы не взаимной, то увидь я ее здесь, в академии, то ничего бы и не почувствовал. А это значит, что эта странная «любовь» приходит только тогда, когда ты увидишь объект своего обожания.

Ладно, будем считать, что это так. В результате я увидел обеих, и в обеих влюбился. Тогда возникает вопрос: «Как они обе смогли меня почувствовать в академии?». Тут тоже ответ напрашивается сам собой. Видимо, эльфийки могут чувствовать объект своей «любви» на определенном расстоянии. И это расстояние довольно небольшое, хотя явно больше, чем расстояние от нейтрализатора на котором глушится их боль. Это вполне допустимо. Теперь остается выяснить ответ на вопрос: «по какой причине, эльфийки приняли меня за нейтрализатора, а не за императора?». Ведь искали они в академии именно императора. Что я тогда сделал? Выбесил их и вспомнил о Лии. ТОЧНО!!! А вот и ответ на вопрос. Я подумал тогда о Лии и успокоился. Истинная любовь остановила то наваждение, что девчонки приняли за настоящую любовь.

Именно поэтому они и посчитали меня нейтрализатором. Считай, они меня тогда императором, они бы и не подумали отстраняться, а наоборот посильнее бы прижались ко мне. Но их чувство ложной любви покинуло их, потому что я смог от него избавиться, и у меня заработало ничем незамутненное мышление. А логика им подсказывала, что та сладострастная рожа мелкого несуразного человечка явно позволила себе лишнего.

И когда их чувства полностью улеглись, они наверняка смогли проанализировать произошедшее и понять, что рядом со мной они перестали чувствовать боль. Испугались того, что если я узнаю об их секрете, то непременно затащу их к себе в постель. Наверное, поэтому они и перестали за мной ходить — боятся, что это наведет меня на ненужные мысли. Ведь, если поверить в слова имперских эльфов, выходит, что муки, что испытывают девчонки, сравнимы с муками на моих алтарях, а это уже чересчур круто, и в этих самых муках виноват именно я. Вот же блин!

Если я виноват в их страданиях, то мне их и расхлебывать! Значит, для начала нужно найти причину появления ложной любви. Та-ак… стоит вспомнить, что я сам тогда чувствовал. Я вспомнил светлую эльфийку, нашу первую встречу, ее шикарную фигурку, ее дрожащие ножки, когда я срывал с нее кандалы, потом нашу встречу со светлой и темной тут, в академии. То, как я потерся об их груди… Чувства меня захлестнули с головой, но я не стал их глушить, я прислушался к ним. Мне было очень приятно и сладко, отчего невероятно сильно захотелось вскочить и помчаться к девчонкам, но я себя сдерживал, пытаясь понять, что именно я чувствую. И поняв, я испугался. Нет, не испугался… я УЖАСНУЛСЯ!!!

Понятно, что это наваждение не являлось моими настоящими чувствами. Это была всепоглощающая страсть. Может, даже ее можно было сравнить с какими-то любовными зельями, я не знаю, не пробовал. Хотя в них было что-то естественное, что-то близкое мне. Но вот результат их воздействия реально меня испугал. Я начал чувствовать симпатию к этим девушкам. Нет, не ту, когда видишь на улице девушку, которая тебе понравилась, а ту, когда ты начинаешь чувствовать влечение к понравившейся девушке, после того, как вы уже некоторое время ходите на свидания. Да, это было то самое зарождающееся чувство любви, и от осознания этого меня бросило в холодный пот.

Первое, что я сделал, это успокоился. Допускать любовных отношений с кем бы то ни было, кроме Лии, я не собирался. Но самая главная проблема заключалась в том, что сейчас я был переполнен эмоциями, а значит та, кто, по моему мнению, причастна к этим событиям, сможет прочесть мои мысли. И учитывая то, что я сейчас нахожусь в академии магии, где, как я считаю, вся территория находится под контролем главы безопасности, общаться с одной ушастой Хранительницей — не лучшая затея. Рискну предположить, что в этом случае меня очень быстро вычислят.

Я успокоился, решив переговорить с Немезидой завтра в городе и, подумал, что девчонок надо бы куда-нибудь ненавязчиво пригласить. Если в том, что они терпят муки, есть и моя вина, нужно хоть как-то помочь им заглушить боль. Пусть находятся рядом, если им это поможет, я не против. Затем, взглянув на мирно сопящего соседа по комнате, я уснул.

На следующее утро я специально остановился на