– Слабое место в плане Хашима – сам Хашим, – пояснил Аштар. – Он заключил союз с Барайшатом, сделав это за спиной у сородичей. Пока принц жив, он может претендовать на звание пылающего правым гневом героя, который восстановил справедливость и наказал отцеубийцу, точно так же призвав на помощь чужеземную армию, как и Элай. Если же Хашим погибнет, то союз перестанет существовать. Барайшатские драконы могут продолжить захват Сенавии, но прикрыться с точки зрения закона им уже будет нечем. Их действия развяжут полномасштабную войну между драконами двух континентов. Причем сенавийцы будут в более выгодном положении, потому что у них есть я с моим секретом убийства драконов, который барайшатцам пока еще неизвестен. Султан не захочет рисковать, чтобы в случае поражения не подорвать собственное могущество и не потерять трон самому.

– В Барайшате хватает дроу, которые бежали туда после атаки Берзана двести лет назад, и гашишшинов, которые могут стать вашими шпионами, – с пониманием кивнул Хведер. – Хелсаррету тоже сильно не понравится подобное нарушение баланса между континентами. Когда-то обитель уже проворонила Надима Завоевателя и вследствие попала в зависимость от драконов. Больше она такого не допустит.

– Думаю, да, – согласился Аштар, – но сейчас нет смысла делать предположения о настолько отдаленном будущем – нужно вначале до него дожить. А для этого – убить Хашима.

– И как ты предлагаешь это сделать? – уточнила я. – Атаковать его в полете? Приблизиться к себе он вряд ли кому-то позволит. Не раньше, чем убедится, что трое из нас превращены в угольки.

– Если удастся ранить его в небе, будет прекрасно, – Аштар кивнул на рабочих, которые затаскивали на стену то самое странное приспособление, которое недавно привлекло мое внимание. – Остаток воды из Источника мы потратим на аркбаллисты. Драконы не могут знать, что их способно убить еще что-то, кроме моего меча, поэтому вряд ли отнесутся к летящим в них снарядам серьезно. Если мы и не раним Хашима, но убьем хоть нескольких захватчиков, уже будет неплохо.

– Почему здесь? Не разумнее ли заманить его на Поля Атаны, к примеру? – я указала рукой на один из входов подземелье неподалеку. – Там тоже большое пространство, есть где разместить аркбаллисты, и при этом не подвергнутся опасности жизни людей, которые здесь будут прятаться.

– Мелевин, мы говорим о Хашиме, – мягко ответил Элай. – Он тоже жил в Эсаргосе. Ему известно о существовании цистерны, и он хорошо знает нас с Аштаром, наши приоритеты и предпочтения в тактике. Ему несложно будет догадаться, что мы в первую очередь позаботимся о населении и спрячем его в убежищах, самое крупное из которых здесь. Попытайся мы завлечь его на Поля, и он сразу раскусит уловку.

– Хорошая новость в том, что мы тоже знаем Хашима, – поддержал Аштар. – И он уже продемонстрировал в Тайезе собственную тактику. Разрушение города не было необходимостью, это акт чистой мести – Хашим хочет причинить нам с Элаем боль, уничтожив то, что нам дорого. И он понимает, что, обрушив своды цистерны на головы сотням невинных людей, заденет нас обоих за живое.

– Здесь на удачу еще и ландшафт подходящий, – отметил Хведер. – Даже если Хашим о чем-то догадается и попытается улететь, я опутаю его чарами, как с Аджаной, и заставлю приземлиться в парке. Фонтаны и беседки, конечно, превратятся в кучу обломков, но лучше они, чем жилые дома.

– Ну а я собираюсь убедиться, что он никуда не денется и не подошлет вместо себя ко дворцу кого-то другого, – завершил Элай.

– Я в игре, – я кивнула. – Что нужно делать?

– Главным образом – то, на что ты и так уже вызвалась, – ответил Аштар. – Как бы мы ни хотели освободить убежище, Эсаргос – многотысячный город. Все жители не могут за полдня его покинуть, и для оставшихся не хватит места в укрытиях на окраине, так что цистерну придется оберегать в любом случае. А твое присутствие даст Хашиму дополнительный повод считать, что он на верном пути и ударить нужно именно здесь.

– Конечно, где же еще быть воплощению богини, как не в самом важном месте, – кривовато усмехнулась я.

Подумать только, сделала именно то, чего от меня и ждали. Даже обидно немного, что я настолько предсказуема.

Впрочем, вести легионы в бой я никогда и не желала.

– Значит, это всё, – Элай обвел нас взглядом. – У нас еще по меньшей мере пять часов перед атакой. Завершаем мелочи и занимаем позиции перед финальным танцем со смертью.

– Поэт в тебе неистребим, – закатил глаза Хведер.

– Конечно, потому что я и есть поэт, – твердо ответил он и вдруг по-барайшатски произнес: – Эс айла хенайнат.

Мы посмотрели друг на друга.

– Шихт дар-мезран, – кивнул Аштар.

Та же самая фраза – только по-берзански.

– Фар вьем хас, – вторил Хведер, видимо, на языке Майрица.

– За наш дом, – просто сказала я.

Глава 36

Я наблюдала из окна своих новых покоев, как солнце садится за горы. Чашка белого кофе передо мной давно остыла, так и недопитая до конца. Напиток оказался так себе – зерно пережаренное, правильные пропорции молока и воды не соблюдены. Вкус спасала только ложечка меда, прятавшая за сладостью недостатки изготовления. Сама я бы сварила гораздо лучше, а если бы было подходящее настроение, то еще бы объяснила повару, что он сделал не так, чтобы в следующий раз не переводил дорогие продукты почем зря.

Но мне было все равно. Да и повар, подозреваю, думал совсем не о том, как сделать отменный напиток, а о том, переживет ли он следующий день.

В воздухе зрели густые сумерки. Драконы во главе с Хашимом так и не появились. Время еще не вышло за верхние границы, очерченные Элаем – по его расчетам, у нас оставалось еще пара часов. Однако нервы уже были натянуты до предела. Нападение могло начаться в любой момент.

Я все-таки подняла чашку из голубого сетуайского фарфора и медленными глотками допила кофе. Пусть у него дрянной вкус, зато это действенный немагический способ продержаться предстоящую ночь на твердых ногах и в ясном