— Феникс, — хрипло выдохнул он. — Мы уж думали, что ты того…

Я прошёл ближе. Сыч прижимал покрывало к окровавленному боку. Лист сидел на корточках, продолжая целиться в дверь из автомата, явно снятого с убитого гвардейца. Лось лежал на докторе Савельеве, прикрывая его телом, но я видел, что он едва жив. На его левом плече дымилась глубокая рана от ожога, а на правой голени через разодранные брюки виднелась сломанная кость.

— Всем тихо, — сказал я, устало опустив молот на пол. — Экономьте силы.

Я осмотрел комнату. Через разбитое окно не доносилось ни звука. На полу рядом с истребителями лежали три тела в тактических комбинезонах. Один — с проломленным черепом, второй — с торчащим из горла осколком стекла, а третьему просто свернули шею. Наверняка работа Лося.

— Сколько было врагов? — тихо спросил я.

— Пятеро вломились через окно, — прошипел Сыч, морщась от боли. — Троих прикончили, остальные свалили, когда взрыв шарахнул. Мы точно не были целью.

— Ну понятно, они же не знали, что вы тоже свидетели, — я взглянул на доктора, который едва дышал. — Да и Савельева вы успели из халата вытряхнуть. Как только он на камуфляж согласился…

— Слышь, Феникс, — прохрипел Лось. — Кажись, мы того… не переживём эту битву. Доктора сам вытаскивай, если не сдохнешь.

— Лечебные артефакты где? — хмуро спросил я, глядя на Сыча.

— В соседней спальне рюкзаки, но там всё перевернули, — просипел он.

— Держитесь, я сейчас, — коротко сказал я и подхватил молот.

— Да не поможет, — Сыч мрачно усмехнулся. — Ни один артефакт кишки обратно не засунет.

Я не стал отвечать, а быстро вышел из спальни. В соседней комнате до сих пор ощущался запах гари после моего пламени. Но рюкзаков я не увидел.

Припомнив, что в одной из спален было всё перевёрнуто, я рванул туда, внимательно глядя по сторонам. Добежав до нужной комнаты, я оглядел тела одарённых и выругался. Никаких рюкзаков здесь не было.

Я наклонился и заглянул под кровать — вдруг туда закатились во время нападения. Там валялся только один рюкзак. Я подтянул его к себе и побежал обратно к истребителям.

По идее, мне стоило вернуться в кабинет и подлечить Денисова, но плевать я на него хотел. Мои люди для меня важнее человека, который не сумел защитить свой собственный дом. Будь я грандмагом и эмиссаром императора, ни одна муха не пролетела бы незамеченной.

Я опустился на пол рядом с Сычом, опираясь на молот, и вывернул рюкзак. В нём было два боевых артефакта и три лечебных. Я посмотрел на Лося и покачал головой.

Даже если использовать все три артефакта на одного человека, это не поможет никому из них, кроме Листа, у которого было меньше всего повреждений.

Я протянул первый артефакт Сычу, а второй использовал на Лосе, который уже вырубился от потери крови. Третий артефакт я хотел отдать Сычу, но он мотнул головой.

— Лося вытаскивай, я не сдохну пока, — прохрипел он. — Побарахтаюсь ещё.

Не став с ним спорить, я активировал последний артефакт. Лось резко вдохнул и скатился с доктора.

Я откинул голову на стену и посмотрел в дверной проём. Сил не осталось. Ни магических, ни физических. Даже изнанка уже не примет меня без дополнительной жертвы, которую я пока не смогу ей дать.

Оставалось надеяться, что я успею отдышаться и накопить немного сил до следующей атаки. Если уж до сих пор никто не пришёл спасать эмиссара императора, то ждать союзников смысла нет.

Из-за угла, ведущего в гостиную, мелькнул отблеск света. Я медленно поднялся на ноги, покачиваясь от усталости и боли. Ну вот, даже отсидеться не получилось.

Я шагнул к проёму и встал в боевую стойку. Кто бы ни попытался войти в эту комнату, он встретит сначала мой молот.

Ещё одна вспышка света промелькнула в коридоре, и я узнал свет фонарика. Неужели это кто-то без приборов ночного видения? Лутковский и Денисов решили выбраться из кабинета?

Я замахнулся и замер. Взор тьмы до сих пор молчал, так что вряд ли это канцлер с эмиссаром.

Я ударил в тот момент, когда яркий луч фонарика прорезал комнату. Но мой молот встретил пустоту. Враг успел увернуться.

Я снова замахнулся и сделал шаг вперёд, перекрывая собой проход, а потом услышал громкий окрик.

— Бросить оружие! Работает служба безопасности его величества!

Глава 18

Бросать свой молот я не собирался — ищи его потом в закромах службы безопасности. Это если передо мной реальные бойцы императора, а не подставные или выполняющие приказ того же Бартенева. Я и до этого сильно рисковал, когда решил не показывать свойства кольца и оставил молот в кабинете Денисова.

Я активировал кольцо и проверил, поместится ли в него молот. С артефактами в прошлый раз не вышло, но уж два с половиной журнала не так много места занимают, да и в магическом смысле ничего не весят. К моему облегчению, молот исчез из моих рук, надёжно укрывшись в кольце.

— Оружие! — рявкнул на меня незнакомец, но я лишь пожал плечами и выставил перед собой ладони тыльной стороной, показывая кольцо главы рода.

— Я граф Шаховский, нахожусь в гостях у эмиссара его величества Алексея Денисова, — отчеканил я. Было не очень удобно смотреть на шлем и не видеть лицо человека, с которым говорю, но что поделать.

— Вытяните руку дальше, — уже более доброжелательно сказал мой собеседник. Я приблизил к нему ладонь. — Благодарю за содействие, ваше сиятельство. Кто находится в комнате позади вас?

— Люди Петра Григорьевича Лутковского, — сказал я ровным тоном. По всем законам Сыч, Лось и Лист до сих пор числились в рядах истребителей, хотя по факту были моими людьми. — Они защищали меня ценой своей жизни и нуждаются в немедленном лечении.

— Выйдите из комнаты и встаньте к стене, — распорядился он.

Я обернулся к бойцам, кивнул им и вышел из спальни. Мимо меня промчались три бойца в тактических комбинезонах, которые были точь-в-точь как у нападавших.

— Имя, звание и род деятельности, — гаркнул один из безопасников.

— Сыч, Лось и Лист, истребители монстров особого отряда его величества, — услышал я голос Сыча. — Тот мужчина — гвардеец эмиссара, его тоже приложило, почти не в себе парень.

Я усмехнулся. Мне лгать было не по статусу, да и не стал бы я этого делать, но Сыч даже глазом не моргнул, указав на доктора Савельева. Впрочем, так даже лучше — не стоит светить доктора при неизвестных.

— Встать можете? — спросил безопасник, ещё больше подобрев.

— Не можем, —