выругался, стягивая с себя рубашку и туго обвязывая ею её ногу.

Она сдавленно рассмеялась:

— Ты вечно стараешься снять с себя рубашку.

— Сиди спокойно, чертёнок. Я пытаюсь остановить кровь.

Она лишь сильнее рассмеялась, пока я притягивал её к себе.

— Кажется, у меня будет ещё один шрам.

— Хочешь переплюнуть меня?

— Всегда, — ответила она тише.

— Просто держись. Совсем скоро тебе помогут.

— Спасибо. Спасибо, что пришёл. Спасибо, что всегда спасаешь меня, — прошептала она.

Я обнял её голову, поднял лицо к своему и поцеловал как можно нежнее.

— Всегда. Я люблю тебя.

Она молчала, и где-то вдали всё громче выли сирены. Весь мой мир сузился до девочки у меня на руках. Я знал, как ей больно, и готов был сделать что угодно, чтобы облегчить её страдания, но оставалось только держать её.

Она молчала, закрыв глаза, дышала глубоко и ровно. Я не отводил глаз от каждого вдоха и выдоха.

Наконец, нас окружили огни, и всё смешалось в размытые секунды, пока её грузили в скорую. Хаос начал отступать. Я зашёл в машину вместе с ней.

— Эй, Фокс, — тихо сказала она, повернув ко мне голову. — Я тоже тебя люблю.

Глава 47

Эш

После двух дней в больнице я была счастлива наконец-то выбраться, даже несмотря на то, что боль в ноге никуда не делась.

Фокс на руках донёс меня по ступенькам до своей квартиры, настаивая, чтобы я осталась у него, пока не поправлюсь, хотя я и сказала, что это может занять месяц или два.

Он аккуратно опустил меня на диван, и я зашипела от боли, устраиваясь поудобнее.

— Чёрт, я тебя ранил?

— Нет, это не ты. Сейчас любое движение даётся мне с трудом.

Он сел на пол рядом с диваном, стараясь не задеть меня, и начал лениво проводить пальцами по моей здоровой ноге, рисуя круги.

— Похоже, у тебя и правда будет ещё один шрам, — сказал он. Моя нога была забинтована, и врачи уверили, что всё обойдётся без последствий. Правда, останется шрам, и восстановление займёт какое-то время, особенно прежде чем я снова смогу водить.

— Такими темпами мы скоро будем покрыты ими с головы до пят.

Он пожал плечами:

— Надеюсь, это был последний ужасный случай для нас со шрамами и травмами.

— Ужасны сами травмы, а не шрамы, — ответила я, глядя на его.

Его шрам полностью зажил. Красные пятна стали бледными, белесыми, и кожа больше никогда не станет прежней.

— Я знаю. Думаю, я смирился с этим. Я вёл себя поверхностно, но действительно трудно быть «горячим», а потом вдруг почувствовать себя чудовищем.

— Ты был «горячим», а стал ещё горячее.

— Кажется, ты единственная, кто так считает, — сказал он и наклонился, чтобы поцеловать меня. — Но это всё, что имеет значение.

От его слов у меня сжалось горло. Я поняла, что он действительно смирился со своим внешним видом. Он говорил раньше, что ни о чём не жалеет, сделав это ради меня, но теперь, когда он по-настоящему принял свой шрам, я смогла отпустить остатки своей вины и боли.

— Даже не представляешь, как это меня радует, — сказала я, сдерживая слёзы.

— Даже не представляешь, как радуешь меня ты, — ответил он.

Я больше не могла сдерживаться. Слёзы хлынули как раз в тот момент, когда дверь с грохотом распахнулась.

— Вы вернулись! — воскликнула Скаут, перекатываясь через спинку дивана с другой стороны. Джакс перекатился следом и приземлился прямо на неё.

— Убери от меня свои кости! — закричала она снизу.

Он продолжал катиться, пока не свалился на пол, смеясь на ходу.

Слёзы на моих щеках сменились смехом. Я была счастлива видеть всех. Рэнсом, Куинн и Кай ввалились на диван, облепив меня со всех сторон, пока Фокс с кухни кричал, чтобы никто не трогал диван и не подходил ко мне слишком близко.

— Всё нормально, Фокс. Я в порядке.

— Нет, не в порядке. Они не должны дёргать тебя и усугублять травму.

Я взяла его за руку и крепко сжала, глядя на каждого из них.

— Я была без сознания два дня. Кто-нибудь расскажет мне наконец про гонку?

Я заметила, как губы ребят поджались, а лица были недовольные.

— Значит, мы не победили?

— Нет, не победили, — сказал Рэнсом. — Но из-за неподобающего поведения команды Дэвида их дисквалифицировали, и тебя признали победительницей в твоём заезде.

— Серьёзно? — я глубоко вздохнула. — Ну, хоть что-то хорошее вышло из той ночи. Я это сделала. Я снова участвовала в гонке и победила. И теперь надолго завязываю с этим, — засмеялась я. — Значит, подтвердилось, что за рулём был Дэвид?

— Ты отлично справилась, что надрала ему задницу. У него и шансов не было против тебя, — сказал Фокс, продолжая понемногу приближаться ко мне.

— Подождите, но почему же мы тогда не выиграли?

— Потому что проиграл я, — сказал Кай. Он выглядел таким расстроенным, что я удивилась, как спокойно он звучит.

— Ну и ничего страшного. Ты же не можешь контролировать каждую гонку.

— Мог бы. Я стартанул до сигнала, и это сразу засчитали как поражение.

— Кай, всё в порядке, — сказала Скаут. — Никто не расстроился из-за одного проигрыша.

Она посмотрела на меня:

— Все почему-то умалчивают, что мы заняли второе место в общем зачёте, так что мы едва проиграли. Лично я считаю, что это всё равно победа, потому что нас уже пригласили обратно на следующий год.

— Это потрясающе! — закричала я. — Кай, тебе вообще не стоит расстраиваться. Мы возвращаемся!

— Мы возвращаемся? — переспросила Скаут. — Это значит, ты официально снова будешь гоняться с нами в следующем году?

— Надеюсь, я смогу вернуться, как только нога заживёт.

Она засияла ещё ярче и кивнула:

— Чёрт, в следующем году мы будем просто неотразимы.

— То есть ты не собираешься мириться с отцом? Не вернёшься в Холт Рэйсинг? — спросил Джакс.

Я пожала плечами:

— Когда-нибудь поговорю с ним. Но пока что нет, я не собираюсь возвращаться к ним в команду. Посмотрим, что будет после разговора. Честно говоря, я надеялась, что смогу помочь вам ещё больше укрепить вашу команду.

— Это само собой, — сказал Джакс. — Если ты не возвращаешься к Холт, мы тебя больше никуда не отпустим.

Все закивали в знак согласия, и я, наконец, смогла расслабиться. Фокс наклонился ко мне, его губы оказались у моего уха.

— Я всё равно бы тебя никуда не отпустил.

— Ах да?

— Ага. Ты уверена, что хочешь снова участвовать в гонках, как только поправишься?

— Конечно уверена. Только не говори, что теперь ты тоже будешь отговаривать меня от гонок после травмы.