— Григорий Захарьев-Юрин, Илья Милославский, Борис Шереметьев, Гриша Лопухин — это те немногие из моих свитских, кто сделал ставку на меня. Вернее, их кланы не были против такого развития событий.

— Пётр Искаков — мои глаза и уши, а также командир небольшой группки работников плаща и кинжала.

— Семён Головин, мой представитель в Посольском приказе. От него я получаю самую важную информацию.

— Ну и несколько высокопоставленных офицеров, командующих полками, дислоцированными в моих городах. На этих я вполне могу рассчитывать. Я даже не говорю о Жаке, которого я уже назначил полковником, отдав ему полк моих личных рейтар. Думаю, недолго осталось томится в тесной девичей светёлке моей младшей сестрице Татьяне. Надо поскорее выдать её замуж за бравого испанца. Так я смогу избежать бунта внутри семьи и неожиданного подарка в виде внезапной беременности царевны. Хотя даже не знаю, как назвать титул сестры царя. Нужно срочно вводить институт великий князей, чтобы подчеркнуть принадлежность к правящей династии.

Много это или мало? Ну, для царской свиты бедновато. Но я помню, как мой брат начинал, у него кроме дядьки Бориса Морозова и опереться-то не на кого было. Не брать же в расчёт молодую поросль боярских родов, назначенных батюшкой из расчёта, что врагов надо держать поближе.

Ну и конечно моё богатство, парни и девушки подлого сословия, которых малолетними мы с сестрой Анной взяли к себе в обучение и вырастили из них специалистов высокого класса. Это управленцы-универсалы, им по силам многое. Организовать производство дефицитного кирпича, создать благоприятное мнение среди дворян, подгрести под себя торговлю определённым товаром. А сейчас они у меня будут разрабатывать государственную реформу во многих областях. Тридцать два парня, остальные девушки. И главное — у меня есть Анна, ректор московской и ярославской школ для мальчиков и девушек. Это наша кузница кадров, готовые преподаватели в новых школах. А я буду создавать их в каждом городе. Дайте только время.

В свободное время я штудирую трактат умнейшего итальянца Никколо Макиавелли. Его труд «Государь» представляет собой тоненькую книжку. Никакой воды, только сухие выжимки. Практически готовый цитатник для начинающего правителя.

«Став государем, вы можете быть милостивым или жестоким, честным или лживым — вы вправе делать всё, что укрепит ваше правление. Когда речь идёт о власти, любые средства хороши.»

Три правила государя:

Первое правило государя

Старайтесь лично присутствовать в новых владениях. Близость правителя позволит жителям ощутить собственную значимость и одновременно отпугнёт врагов.

Если вы не можете приехать сами, отправьте своих подданных. Так новые подданные привыкнут к укладу вашего народа и начнут адаптироваться.

Второе правило

Всегда принимайте меры по устранению потенциальных конкурентов. Защищайте слабых лидеров вокруг новых владений, они с удовольствием присоединятся к вам. Ваш союз может стать достаточно сильным, чтобы бросить вызов мощным государствам, которые могут угрожать вашей власти.

Третье правило

Будьте внимательны к будущим угрозам. Болезнь легче вылечить в начале, поэтому и соперников проще остановить при их первом наступлении.

Не всё мне нравилось в его рассуждениях. Он исходит из взаимоотношений правитель-слуга. При этом допускает любые коварства. Хитрость и беспощадность — его кредо. Но при этом правитель уподобляется машине для управления государством. А где-же дружба, благородство, благодарность. Лично я не готов предать своих близких и людей мне доверившихся. Тем не менее очень много интересного удалось подчерпнуть для себя.

Вот, руководствуя первым правилом я пока и сижу в Москве, хотя душа рвётся к жене и детям в Ярославль. Понимаю, что моё положение очень неустойчиво.

Аня привезла детей только в начале июня. Как-то нечасто мне удавалось уделять достаточно внимание малым. А тут при виде детей, вылезающих из кареты, моё сердце дало сбой. Я плюнул на то, что вокруг масса народу и прижал к себе Аню. А потом по очереди брал детей на руки и всматривался в их лица. Семилетняя Наталья не по годам серьёзна. А вот мой наследник Андрюха, как юла крутится в моих руках. Ему не терпится сорваться с места и кинуться изучать новое место. Пацану четыре года. Младшей Настюшке — всего два с половиной годика. Она, игнорируя папку, сразу шустро поковыляла в сторону не понятно откуда взявшейся курицы, выискивающей зёрнышки. А когда та возмущённо отбежала, девочка раскрыла маленькие ручки, пытаясь её поймать.

Я перехватил настороженный взгляд супруги. Она как наседка пасёт ситуацию. Замуж выходила по принуждению отца за царевича, а сейчас приехала к царю. Вот Аня и сторожится. Жизнь приучила её опасаться подобных катаклизмов. Она не знает, что лично ей и её детям принесут эти изменения.

Вон, тот же Иван Грозный имел семь жён и множество наложниц. Для него они были лишь средством удовлетворения похоти и продолжения рода. При необходимости он мог приказать казнить законную супругу за вымышленное прелюбодеяние. Или же упечь в монастырь. Если этого требовали интересы государства, с его точки зрения конечно.

Пришлось ночью доказывать Анечке свою любовь. И тогда она расплакалась, признавшись, что ей намекнули о том, что для царя лучшим выходом является женитьба на дочери сильного соседа. Например, короля шведского или датского. Неплохо также породниться с саксонским домом.

Убеждение в глупости этих досужих заключений заняло почти всю ночь. А потом мы заснули, тесно прижавшись друг к другу. Я только успел подумать, какая же Аня смелая. Она же собиралась драться за своих детей с неведомым врагом. Отсюда и её настороженность при нашей встрече.

С воскресного утра благовест разносил по всей Москве новость о том, что на царский престол садится законный царь. Венчание на царство происходит в Успенском соборе. Венчание является более важным событием, чем моё официальное избрание на Земском соборе.

Помазанник Божий — это уже не просто избранный государь. Его нельзя оклеветать, оттеснить, переизбрать. Страна стала «не безгосударна», а обрела самодержца, законного царя. '«Сам Бог предъизбрал и помазал Ивана на царство», — говорил народ.

Закончился недолгий период безвластия. Я получил мандат на продолжение реформ и всеми силами постараюсь сделать страну спокойной и богатой.

Собор был устлан коврами и бархатом, перед алтарем было устроено «великое место» — площадка, обитая красным сукном, куда вели 12 ступеней. С неё мне и пришлось произнести речь. Первую в новом статусе.

Иона, митрополит Ростовский и Ярославский, совершавший обряд царского венчания, в своей ответной речи также благословил на царство очередного государя из династии Романовых: «Да процветёт нам от вашего царского, прекрасно цветущего корня прекрасная ветвь в надежду и в наследие