если и нет — лучше всегда иметь возможность использовать хоть и более слабое, зато рабочее заклинание, чем быть пойманным без вообще какой-либо защиты.

С Копьем Руандара такая же история. Если первое — это пелена из чистой маны, сгущающая вокруг себя воздух, и дополнительно образующая отталкивающую силу через гравитацию, а под всем этим плотнейший слой затвердевшей маны, то Копье — это чистейшая стихия Земли. Каменевы не зря носили такую фамилию — традиционно их семейная стихия, о которой было больше всех знаний, это Земля. Вот я и выдал ему атакующие чары близкой ему стихии. Копьё Руандра формировало из каменной породы пятиметровое копье в полметра толщиной и с заостренным концом. Неказистая с виду, неуклюжая и медленная даже на первый взгляд каменная фиговина летела со быстрее скорости звука и могла маневрировать в полете, если заклинатель достаточно опытен. А ещё при ударе высвобождала огромное гравитационное давление, которое и было основной поражающей силой, а не сама каменная глыба. Это уже был сразу средний ранг боевой магии восьмого ранга, но так как камень был в целом близок Виктору, то его освоение у готового до потери сознания совершенствовать полученные дары человека шло семимильными темпами. Уже сейчас чародей атаковал лучше, чем защищался.

Третий рыцарь смерти, бывший изначально шкуркой для Императора Мертвых, был окончательно мертв. Но выкидывать его я не спешил — доспехи, сохранившие всю силу и полный функционал, обладающие способностью самовосстанавливаться, и цельный, неповрежденный контур энергетических плетений, в котором не хватало лишь души. Я бы с удовольствием пересадил туда душу Андрея, сделав его Магом Заклятий, да вот беда — его душа была лишь седьмого ранга, и энерготело восьмого ранга было бы для него подобно рыцарскому доспеху на двенадцатилетнем мальчике — лишь отяготит. Моего рыцаря предстоит ещё развивать и развивать, затем найти толкового Скульптора Плоти восьмого ранга, с которым провести ряд консультаций, а лучше нанять для работы над моим рыцарем… В общем, как бы я не хотел, но до восьмого ранга Андрею пока далеко.

А вот с Молчуньей дела обстояли иначе. Она была куда совершеннее во всех смыслах, в чем-то даже превосходя своего коллегу восьмого ранга. По факту, если снять с неё доспехи и велеть применить несколько имеющихся у неё заклинаний, девушку не отличишь от живой. Больше того — ей зачем-то сохранили почти все возможности живого человека — она может даже заниматься сексом и получать от него удовольствие. Если отбросить бредовые теории что Императору Мертвых зачем-то была наложница-Романова, то напрашивается простой вариант — шпионаж. Шпионка-Романова, с высоким положением в Роду за счет почти восьмого ранга — идеальный вариант. Подложить под кого-нибудь — девка реально очень красивая, а без доспехи — всего метр семьдесят пять, высокая, но не слишком. А уж если засылать как убийцу — при определенной доле удачи есть шанс прикончить одного, а то и двух-трех вражеских Магов Заклятий, устраивать диверсии и так далее. И эти костяные кретины планировали её как простую бомбу слить! Троица дегенератов…

Вот Молчунью-Алёну, в отличии от Андрея, я видел, как в короткие сроки довести до восьмого. И больше того, послезавтра мы это сделаем — много ума не надо. Тут всё сделано за меня и без меня — Император сотворил её в одном шаге от взятия восьмого ранга, все нужные механизмы оказались уже отлажены, когда я более глубоко разобрался в структуре её чар это стало очевидно. Гениальная работа… Тут от меня будет требоваться поддержка из разряда тут дерни, тут заткни и самое главное — держи Алену и успокаивай в процессе, как можешь, ибо процесс привязан к одновременном психологическом стопоре, призванном не позволить её самостоятельно взять восьмой ранг и не дай бог обрести свободу. Развеять безопасно для девушки весь блок стоп-чар я не могу, поэтому придется поработать плечом, в которое плачут… Или лицом, в которое бьют — как повезет.

— Здравствуй, Аристарх — ворвался ко мне лучезарный Смолов. — Как дела⁈

— Я надеюсь, вы с Ярославой нагулялись и ты снова сядешь мне помогать! — чуть ли не взвыл я. — Вас почти месяц не было! Как это называется?

— Медовый, — невозмутимо выдал мой заместитель. — И меня не было всего неделю, не преувеличивай. Зато я с хорошими новостями!

— Да? — заинтересовался я.

— Выкупили контракты ещё четырех тысяч солдат, купили за бесценок полсотни тысяч крестьян — почти все молодые и крепкие парни и девушки, почти нет детей и стариков. Не пережили голод… В общем, всё это обошлось нам всего-то в тридцать миллионов. И ещё в двадцать обошлось кое-что не менее важное.

— Ну не томи, хвастайся, — поторопил я довольного собой Старейшину.

— Транспорт. Я договорился о трех десятках грузовозов, в которые, в общей сложности, можно поместить до двадцати трех тысяч человек разом, — обрадовал меня мой товарищ. — И с грузовозами будет небольшая флотилия охраны — два эсминца, пять фрегатов и одиннадцать корветов. Прибавь к ним наших «Змея» и «Бочку», два корвета и фрегат, то выйдет вполне мощная группа прикрытия. Не говоря уж о количестве Архимагов и двух Магах Заклятий. Хотя в нашем случае скорее один…

— Витя уже более чем способен попасть по движущемуся кораблю Копьем Руандара, — возразил я ему. — Чары не массового поражения, но вокруг себя на десяток метров устраивают тотальный кошмар. Показать ему пальцем, куда лучше влупить, и он страшных делов наделает. Это с защитой у него идет туговато, а вот с Землей, да в атаке — самое то. Ну а воздушном бою ему ничего, кроме долбить Копьем по приказу и в указанную мишень, и не понадобится. Погляжу я на тот крейсер, который каждые сорок секунд получает заклятием восьмого ранга… Ну а меня ты и сам знаешь. Но ты всё ещё уверен, что твои бывшие коллеги постараются ударить в момент перевозки людей?

— Я почти уверен, что они не будут нападать, — покачал головой Петр. — Ты придаешь слишком большое значение своим стычкам с Сысоевым. Его личная неприязнь и попытки вставлять тебе палки в колеса — это не позиция всей Канцелярии. У нас сейчас пятнадцать тысяч солдат-перворанговых. У Смеловых и Рысевых — две с половиной и три, у Ярославы — пять. Ещё четверка боярских Родов подсуетились и успели урвать от пятисот до тысячи, но в общем осталось ещё около пятидесяти тысяч. И их уже надо оставить Империи