мысль о вечном одиночестве внушала ужас. Разумеется, Иларго всегда будет с ним, Адриэль тоже, но стоит ему сойтись с человеком… и конец предсказуем. Впрочем, если он когда-нибудь и выберется из Предела, случится это нескоро.

Иларго прекрасно понимал его чувства.

Судьба привела тебя сюда, Гидеон. Веря в себя, оказываешься там, где нужен.

Гидеон знал, что нужен не только здесь. Ему хотелось полететь в Малайсай, помочь Галанору найти Адиландру и сокрушить темнорожденных. Хотелось полететь на запад, предупредить Иллиан о том, что дикари надвигаются. Но, узнав об истинной миссии драгорнов, Гидеон почувствовал, что у его жизни есть иная цель: вернуть Покров и уничтожить его в источниках Найюса. Лишь так драгорны могли освободиться от этого бремени.

Но драгорны так и не нашли Калибан…

Гидеон вздохнул.

Не читай мои мысли все время.

Связь между драконами и людьми очень древняя штука. Мы с тобой всегда будем ближе, чем драконы и эльфы.

Гидеон не знал, что и думать, но чувствовал себя так, будто вот-вот сломается под грузом ответственности. Ощущая его тревогу, Иларго взлетел выше и попытался успокоить его разум, делясь своей безмятежностью. Вскоре они поднялись так высоко, что озеро сделалось с ладонь, но лежащий среди переломанных деревьев Маллиат, окруженный старшими драконами, виден был даже оттуда.

Иларго парил, ловя потоки ветра, и Гидеон поймал себя на том, что ему самому это слишком уж нравится. Не иначе как вмешался Иларго – граница между ними становилась пугающе размытой.

Дракон направился на запад, и с высоты его полета открылся вид на Малайсай. Над пирамидой в сердце Великой пасти поднимался дым, больше ничего человеческие глаза Гидеона различить не могли.

Иларго, что ты видишь?

Огонь… Малайсай горит!

Галанор…

Кто же еще? Ему не впервой было устраивать пожар, чтобы отвлечь противника. Но, возможно, дела пошли неважно и теперь они с Адиландрой заперты в горящей пирамиде… Мысли Гидеона метались, он мог думать только о том, что должен спасти эльфов!

Мне нужно туда! Мне нужно помочь им, Иларго!

Я знаю.

Иларго развернулся и полетел к Пределу.

Что ты делаешь?

Гидеона раздражало, что дракон охраняет свои мысли куда лучше него.

Вместо ответа Иларго нырнул в кратер. Гидеон уже приноровился угадывать его движения, так что был к этому готов, в отличие от своего желудка. Спорить тоже не получалось – только вцепиться покрепче, чтобы не упасть.

Над самой землей Иларго распахнул крылья и опустился на поляну Скорбящего. Склонил голову, намекая, что пора слезать.

– Зачем? – спросил Гидеон вслух. Иларго повернулся к мечу.

Возьми его.

Гидеон взглянул на алую рукоять, на золотые письмена, сверкающие на солнце.

– Я смогу его взять, только если мир снова будет нуждаться в драгорнах.

А ты чувствуешь, что в тебе нуждаются?

Голубые глаза дракона смотрели ему прямо в душу.

Все так просто? Адриэль не мог его вытащить, потому что думал, что драгорны больше не нужны?

Возьми его, Гидеон…

Гидеон не помнил, как шагнул к мечу. Словно зачарованный, он обхватил рукоять… и без всякого труда вытащил меч. Зазвенев, клинок покинул каменные ножны, сталь сверкнула на солнце.

Гидеон потерял дар речи.

Он только и мог, что рассматривать лезвие, удивляясь, как легко и удобно клинок лежит в руке. На стали просматривались эльфийские письмена, вот только смысл их ускользал.

Время драгорнов снова пришло!

Гидеон с Иларго переглянулись. Общее счастье накрыло их с головой – им казалось, что они уже видят светлое будущее. Будущее, которое создадут вместе.

Вперед!

Гидеон запрыгнул дракону на шею с посохом за спиной и Скорбящим в руке.

Иларго припал к земле, готовясь взмыть в небеса, как вдруг на поляне появился Адриэль. Взгляд его упал на Скорбящего, и, несмотря на торжественность момента, Гидеон так и не смог прочитать выражения его лица. Через связь Иларго с Галандаваксом он чувствовал трепет и тревогу Адриэля, но обсуждать происходящее не было времени: Иларго взлетел стрелой, оставив поляну и Предел далеко внизу.

Летя на драконьей спине со Скорбящим в руке, Гидеон потихоньку начал осознавать, что за жизнь его теперь ждет. Жизнь ради великой цели. Жизнь драгорна.

Глава 36. Последствия

Эшер выбежал из портала, таща Рейну за плечо и надеясь, что они все-таки далеко от Врат. Его вера в то, что принцесса справится, оправдалась… частично. Сделав шаг наружу, он понял, что под ногой нет твердой земли. Желудок неприятно ухнул куда-то вниз, а с ним и весь остальной Эшер вывалился из портала на песок у южных ворот Карата. Рейна действительно смогла переместить их куда надо. Вот только с высотой выхода промахнулась футов на десять.

Сама-то она приземлилась на ноги – помогла эльфийская ловкость, – а вот Эшера пришлось поднимать. И поднимала его почему-то не одна пара рук. Кровь, льющаяся из свежей царапины на лбу, мешала видеть, песок забился в глаза, но скуластое лицо Фэйлен он все же различил.

– Где вас носило?! – крикнул Натаниэль, отделившийся от толпы солдат. Они с Рейной подбежали друг к другу и крепко обнялись, но тут же нежно поцеловались.

Эшер протер глаза и оглядел своих спутников. Натаниэлю, судя по свежим ранам и подбитому глазу, досталось. Заметная хромота и покореженный доспех довершали картину. Фэйлен держалась, как всегда, прямо, несмотря на корку крови и грязи, покрывавшую кожу. Порез на ее челюсти выглядел серьезно, но эльфийская магия могла его залечить.

– Мы вас потеряли, – сказала Фэйлен.

– Мы были… – Рейна указала назад, на Врата Сайлы.

В это мгновение гигантские Врата начали оседать, рушиться под своим собственным весом. Даже солдаты, пытавшиеся толпой протиснуться сквозь каратские ворота, остановились посмотреть на это зрелище. Горные склоны по обеим сторонам рассыпались, и в конце концов нечему стало держать железные створки. Одна из них просто повалилась на землю плашмя, так, что грохот сотряс землю. Вторая накренилась, но застряла, зацепившись за камни.

Северные склоны Бессмертных гор скрывало облако пыли, но было понятно, что темнорожденные легко взберутся по упавшим воротам – достаточно пары-тройки лестниц повыше. Больше их ничто не сдерживало.

– Вы были на воротах? – недоверчиво спросил Натаниэль.

– Накир… – Эшер откашлялся. – Накир мертв.

– Мертв? – переспросил Натаниэль. – Так вот что это был за свет…

– Значит, бой прекратился… – заметила Рейна, глядя, как каратцы бегут под защиту городских стен.

– Валанис дал им общего врага, – ответила Фэйлен, разглядывая Эшера. – Темнорожденные слишком дики, чтобы союзничать с иллианцами.

– О нет… – выдохнула Рейна, глядя вдаль.

Эшер сплюнул вылетевший зуб вместе с кровью.