Ну вот, почти стал полковником мой будущий родственник. Не было счастья, да беда помогла.

— Яков, всех кто поддерживал бунтовщика задержать и отдать моим людям. Через два часа выступаем, приступать к исполнению.

Жак лихо подкрутил усы и сделал шаг вперед. Здесь не менее двадцати человек, весь офицерский состав полка. Больше половины иноземцы. Они держатся чуть наособицу от наших. В принципе им до одного места, кому присягать, лишь бы зарплату вовремя платили. Причины стремления военных специалистов перебраться к нам в Россию весьма прозаические.

Это и переизбыток этой воинской прослойки в Европе, неплохие условия службы, быстрая карьера и стабильная оплата. Царская казна старалась не задерживать им выплаты. Ну и свою роль играл тот факт, что в России не было такой религиозной нетерпимости как среди католиков и протестантов. Никакого принуждения к смене веры. Наоборот, как грибы росли кирхи и костёлы. Никто не запрещал молиться по любым обычаям. После военных кампаний в Польше большую часть иностранцев увольняли, но часть оставалась. Другие же возвращались с семьями и товарищами, принимая русское подданство и становясь со временем настоящими патриотами.

Но выступили мы только следующим утром. Пока гусары готовились к маршу, мне пришлось много писать, рассылая гонцов в Казань, Новгород, Тверь, Псков, Астрахань и другие города. Там я предлагал воеводам и царским наместника сохранять спокойствие и не поддаваться на предложения клики Матвеева.

Вот будет сюрприз, если данные, изложенные в послании Ртищева не подтвердятся полностью. Но откуда тогда попытка Юнгмана склонить офицеров к измене?

Если и в самом деле государь скончался на добрых 13 лет раньше отмеренного ему в прошлой реальности срока, то не будет его брака на Наталье Нарышкиной, родственнице Матвеева. Не родится Пётр и история России окончательно пойдёт по иному пути. И пока не ясно, куда этот новый путь приведёт. И что делать мне грешному в этом случае? Ведь если Алёша пропал и не найдётся, то кроме младенца Фёдора только я могу претендовать на царской трон. То есть у меня есть выбор, изгнать Матвеева с кликой и сесть самому на престол или поддержать партию Фёдора и стать регентом при нём. Многое зависит от фактов. Ежели государь умер по естественным причинам — это одно дело. А вот если его убили, то не обойтись без резни и отчаянного сопротивления проигравшей стороны. И надеюсь, это будем не мы. А на моей стороне не так и мало здравомыслящих бояр и дворянства. А также служивых и простых обывателей. И выиграет тот, кто будет оперативнее. На чью сторону станет армия с воеводами. В Думе тоже придётся пободаться, но я знаю, на кого могу положиться, а кого и под шумок надо бы прирезать. Ведь когда лес рубят щепки летят и бывает прилетает крепко и по делу.

А пока рано утром я приласкал расстроенную Анну, прижал к себе и вытер слёзки. Мария держалась молодцом и обнадёжила, что будет присматривать за супругой. Сёстры растерянны, Татьяна открыта обнимается со своим то ли французом, то ли испанцем. А моя голова уже там, в Москве. Я уже нет принадлежу себе, за мной Россия. И теперь только от меня зависит, куда покатится этот тяжёлый, плохо управляемый состав. Где сделает остановку и когда сменят паровоз. Но знаю точно одно, возврата к прежнему комфортному образу жизни у меня больше не будет. Не удастся отсидеться за спиной брата, играя роль умеренного сторонника западных ценностей. Теперь я по любому выхожу из тени. Мне это не нравится, но похоже выхода нет. Просто отстраниться от ответственности, значить предать всех своих близких. Так что буду делать возможное, а там как бог даст.

Владимир Босин

Время выбора 3

Глава 1

Мне пришлось ждать сутки, пока подошли драгуны и конные стрельцы из Костромы. Но это время не прошло впустую. Я приказал отправить вперёд фуражиров и квартирмейстеров. С ними пошли два гусарских эскадрона под командованием обер-офицера немца Бохум фон Бурберга. В данной ситуации, пожалуй, лучше рассчитывать на иностранцев. Нам нужно тихонько на цыпочках пройти 260 вёрст до Москвы. При этом боковые охранения должны перехватывать возможных гонцов в Москву. Провести почти 5 000 всадников по главной дороге от Ярославля до Москвы — не так просто. Эта орава съедает за четыре дня восемь тонн овса и сена, 1250 кг мяса, полторы тонны хлеба и четыре тонны овощей. Это по самым скромным расчётам. И, разумеется, платить именно мне за это расточительство. Люди и лошади также требуют отдых, а время сейчас самая важная компонента. Кто первым сможет занять почту, телеграф и телефон, тот и сможет диктовать условия. Я не знаю, кто сейчас усадил свою задницу в Кремле. Не знаю точно, что случилось с моим братом и где его первенец. Но рассчитываю получить более подробные известия к подходу к Сергиеву-Посаду. Возле Свято-Троицкой Сергиевой лавры у меня назначен пункт сбора. Туда подтянутся части нашей кавалерии и там же меня должны ожидать новости из первопрестольной. Я не собираюсь входить в город, не выяснив обстановку.

Мы проделали 190 вёрст за четверо суток. Такой темп изрядно обессилил наших лошадей, но зато позволил нам приблизиться к столице на расстояние одного рывка. Теоретически можно покрыть его за один световой день. Лошадей жалко, но на кону существование Российского государства в том виде, которое не стыдно оставить потомкам.

Прибыли в Лавру мы под вечер и пока мой отряд устраивался на ночлег, я встретился с ожидающими меня дворянами.

Первым делом я приказал привести Ртищева. Царёву ближнику и постельничему второго государя из рода Романовых, а также главе приказа «Тайных дел» всего тридцать три года. На вид он значительно старше, хотя скорей всего его подкосили сложные события последних дней. Окладистая борода до середины груди делала его похожим на сторонников консервативного крыла при дворе Алексея Михайловича. На самом деле этот господин значительно опередил своё время. Просветитель, меценат и убеждённый противник крепостного права, Фёдор Михайлович стал известен среди бояр тем, что тратил свои личные деньги на выкуп русских пленников из неволи. Его считали чудаком, но у меня с ним всегда были дружеские тёплые отношения.

А сейчас боярин сидит напротив меня, как нахохлившийся ворон. Да, его известия нерадостны. Неделю назад во время приёма иностранных послов государь почувствовал себя плохо. Сразу вызвали его личного лекаря по прозвищу Данила Жидовин.