а затем и 15-го моторизованных корпусов, не дали явного результата на южной оконечности фронта. Сперва понесла ощутимые потери 1-я ударная (самая сильная дивизия панцерваффе!), столкнушись с «тяжёлой» русской танковой бригадой под Бережанами. Затем, при попытке обойти Бережаны с юга, с большими потерями была отброшена 3-я лёгкая дивизия, укомплектованная сильными чешскими панцерами… Что позволило русским стабилизировать линию фронта.

Причем более всего удивительно было отступление некоего генерала «Белофа». Последний начал отводить своих кавалеристов с оборонительных рубежей западнее Станиславува после того, как 16-й корпус прорвал оборону большевиков. Но русский «казак» сумел удивить — его дивизии откатывались поочерёдно, одна за другой так, что первая отступившая занимала оборону в одном дневном переходе на восток, после чего снималась дивизия, прикывавшая её отход. Последняя делала уже два дневных перехода и занимала оборонительный рубеж в тылу камрадов — и держала её, пока товарищи из первой дивизии не успевали закрепиться на новом рубеже…

В теории, 2-я лёгкая дивизия и 4-я танковая ещё могли продолжать наступление — но перед фюрером в полный рост встали две проблемы.

Первая — ограниченный боекомплект уцелевших панцеров. Да, немцы ввязались в авантюру, начав польскую кампанию с довольно ограниченным боезапасом… И успели расстрелять практически весь довоенный запас артиллерийских снарядов и авиационных бомб. Хотя на деле расход боеприпасов в Польше оказался ниже планируемого — и немецкая промышленность его вполне покрыла к 1 октября! Но только не танковых снарядов… Вследствие тактики концентрированных танковых ударов и глубоких прорывов подвижных соединений, именно танкисты тратили больше всего 20-миллиметров бронебойных снарядов автоматических пушек Т-2.

Вторая причина была ещё «больнее». Генералам было тяжело это признать — но самый массовый пушечный панцер вермахта Т-2 эффективен против большинства советских машин на расстоянии лишь в 300–500 метров… В то время как русские «виккерсы» и «микки-маусы» жгут «двойки» на предельных дистанциях боя своих орудий! Во встречном танковом бою у немцев есть ещё какие-то шансы — но в атаке на подготовленную оборону «красных» (как во Львове или под Станиславувым) германские панцеры несут неоправданно высокие потери.

Говорить про пулеметную «единичку» и вовсе не приходится…

Фон Браухович предложил перейти к обороне на достигнутых рубежах, мотивируя это тремя аргументами. Во-первых, везде, где русские ведут наступление, они прямолинейно прут в лоб и добиваются хоть каких-то результатов, если только атаки пехоты поддерживает бронетехника… И это перетекает в «во-вторых»: львиная доля русских танков имеют довольно слабую броню, что успешно поражается и 37-миллиметровой противотанковой пушкой, и трофейными польскими противотанковыми ружьями.

Исключения, правда, есть — все тот же Белов провел в свое время блестящий (и внезапный!) контрудар, разгромив довольно крупные силы вермахта. И под Брестом «красные», не добившись ничего в прямолинейных атаках, быстро перешли к тактике действия штурмовых групп… Но умница Гудериан, получив подкрепления, вполне успешно держит оборону, опираясь на довольно сильную фортификацию пусть и устаревшей крепости Бреста.

Ну и в-третьих, самое главное — для успеха наступления на УССР необходимо переформировать танковые дивизии. Усилить броню на Т-3 и Т-4, нарастить выпуск немецких и чешских средних панцеров, добавить к выстрелам «двойки» и «тройки» осколочно-фугасные гранаты… А кроме того, был поднят вопрос о создании «истребителя танков» на базе бесполезной по сути «единички» — сняв башню и разместив в открытой рубке противотанковое чешское орудие калибра 47 миллиметров. Получившаяся самоходка сможет взять 52 миллиметра брони на дистанции в километр!

В свою очередь, сам фюрер предложил увеличить число подвижных соединений путем сокращения танковых полков в танковых дивизиях до одного — и одновременно тем переформировать «лёгкие» дивизии в полноценные танковые… Заодно нарастив выпуск бронетранспортеров для мотопехоты соединений панцерваффе.

Таким образом, к следующей весне вермахт должен получить восемнадцать танковых дивизий! Такой бронекулак советам не остановить — особенно, если большевики «сточат» собственные панцеры о грамотно организованную оборону германских пехотных частей… На вооружение которых уже сейчас поступят как трофейные польские противотанковые пушки «бофорс», так и трофейные противотанковые ружья. Да и 7ТР поляков вполне ещё могут послужить в танковых войсках… Выведенных во вторую линию для переформировки, пополнения — и способных в крайнем случае послужить мобильным подвижным резервом обороняющейся пехоты.

Но если активные боевые действия можно приостановить до весны (в надежде, что русские не успеют поставить на поток производство тяжёлых «призраков»), то в тылу становится все более неспокойно. Молниеносная кампания в Польше должна была продемонстрировать германскому народу успехи вермахта под началом фюрера, а возросшую мощь Германии — всему миру! И даже боевые действия против русских можно назвать «условно» успешными — в конце концов, занят Лемберг, отбит Станиславув, заняты Карпатские нефтяные месторождения… Пусть большевики и успели уничтожить при отступление всю инфраструктуру нефтепромыслов.

Однако затяжная война с СССР, определённо требующая мобилизации как военной, так и трудовых ресурсов, ложится непосильным бременем на немецкий народ… Особенно в условиях английской экономической блокады. В Германии уже ввели продовольственные карточки, как и в годы Великой войны — тогда, впрочем, такие карточки пришлось вводить всем воюющим сторонам… Кроме России — вследствие чего «красная» революция на фоне недостатка хлеба в отдельно взятом Петербурге кажется трагикомичным фарсом.

Впрочем, есть ли фюреру дело до русских — смертельного врага германской нации со времен тевтонского ордена, и главного конкурента за жизненное пространство в Восточной Европе⁈ Они были бы врагом в независимости от политического строя и лидера, стоящего во главе страны — хоть царя, хоть вождя… Разве это важно? Нет, важно совсем другое! Важно, что немцы уже сейчас вынуждены сесть на продолжительную диету из хлеба, картофеля и капусты… А польские трофеи пойдут на производство тушенки для вермахта.

На этом фоне предложенная Кейтелем оккупация Дании помимо стратегического значения (контроль Зундского пролива, прямая связь со Швецией и Норвегией, дополнительные аэродромы и порты) имеет также и практическое значение. В Дании очень развито животноводчество — и после оккупации страны планируется массовый забой датского скота… Но проблему полноценного снабжения немцев этот шаг все равно не решит — мясо коров также пойдёт в армейскую тушенку.

А чем может обернуться недовольство испуганного войной и изнуренного голодовкой народа, хозяин вагона прекрасно знает по опыту ещё Великой войны… В силу чего уже завтра он планирует покинуть фронт и вернуться в Берлин. Демонстрируя с одной стороны, спокойствие и уверенность в ходе боевых действий — а с другой показав немцам, что их вождь вместе с ними, вместе с народом! Тот самый вождь, что поддержит своих людей… И не потерпит волнений в тылу сражающейся армии.

Не менее тревожной, однако, была информация и о