чтобы ты никогда больше не чувствовала себя в опасности. Я уже многое поменял. Ради тебя. Ради нас.

Я поднимаю голову.

— А если у нас будут дети? — тихо спрашиваю. — Что, если с ними что-то случится? Я не смогу жить с этим страхом каждый день…

Саша чуть отстраняется, смотрит на меня, и в его глазах вспыхивает теплая, озорная искра.

— Ты уже думаешь о детях? — спрашивает он с хрипотцой и едва заметной улыбкой.

Я закатываю глаза, но не могу сдержать нервный смешок.

— Нужно же смотреть наперед, — бормочу я, чувствуя, как горят щеки.

Он улыбается шире, обхватывает мое лицо ладонями и прижимается лбом к моему.

— Мы будем смотреть наперед вместе. И я сделаю так, чтобы ты не боялась. Обещаю.

Я молчу несколько долгих секунд, собираясь с силами.

— Хорошо… — наконец шепчу. — Давай попробуем еще раз. Но медленно, шаг за шагом и не будем торопится.

Одна его рука ложится мне на затылок, пальцы зарываются в волосы, а вторая крепко прижимает за талию.

— Спасибо, — выдыхает он мне в губы.

А потом целует.

Поцелуй выходит глубокий, голодный, почти отчаянный. Сначала его губы мягко прижимаются к моим, но уже через секунду он углубляет поцелуй, жадно ловит мой вздох. Его язык скользит по моей нижней губе, просится внутрь, и я открываюсь ему. Вкус мяты, тепла и чего-то неуловимо его. Одна рука крепче сжимает мои волосы, вторая скользит по спине вниз, прижимая меня еще сильнее.

Я отвечаю так же яростно: обхватываю его за шею, встаю на носочки. Наши дыхания смешиваются, становятся прерывистыми, горячими. Тихий стон вырывается у меня из горла, и Саша сразу ловит его губами, целует еще глубже, настойчивее. Сердце колотится так, что кажется — он чувствует его удары через свою грудь. В поцелуе все: полгода тоски, страх, любовь, злость и огромное облегчение.

Мы целуемся долго, не в силах оторваться. Медленно, жадно, с маленькими паузами, когда мы только касаемся губами, тяжело дыша, и снова ныряем друг в друга. Его пальцы ласково гладят мой затылок, а потом снова сжимаются, выдавая, как сильно он сдерживается.

Когда мы наконец отрываемся, оба тяжело дышим. Лбы прижаты, губы влажные и чуть припухшие. Саша проводит большим пальцем по моей нижней губе, словно не может поверить, что это реальность.

— Я не отпущу тебя больше, — шепчет он хрипло, целуя меня в висок.

— Не отпускай… — выдыхаю я и снова тянусь к его губам.

Глава 33

САША

Июль 2019

(Настоящее время)

Прошло не знаю сколько времени с того момента, как мы с Миленой сошлись. Эти месяцы дались нам тяжело. Каждый день мы делали маленькие шаги, чтобы снова выстроить доверие. Точнее, эти шаги делала Милена. В ней я уверен на все сто. Ей нужно было научиться доверять мне заново, и моя малышка справлялась.

Были дни, когда все было нормально: она улыбалась, шутила, вела себя как раньше. И я ловил себя на мысли, что вот — отпустило. А потом ее могло накрыть из-за какой-нибудь мелочи, и она закрывалась.

В такие моменты я не лез. Просто был рядом. Она сама говорила, что ей так проще. Милена продолжала ходить к психологу. Насколько я понял, она обходила все, что касалось меня и моей деятельности. И правильно делала. Это не для лишних ушей.

Я особо не спрашивал, о чем они говорят. Мне было достаточно того, что я видел, как после консультаций ей становится легче. Старался держать все под контролем, но не душить ее этим. Хотя иногда, если честно, перегибал.

За это время я всего несколько раз мотался в Москву. Все основное скинул на Макса и Стаса. Они меня поддержали, взяли дела на себя полностью, и впервые за долгое время я смог немного выдохнуть.

Кирилл остался здесь. У них с Дашкой своя история, и туда я не лезу, как бы ни хотелось. Сестра сразу предупредила, чтобы я даже не думал вмешиваться, иначе только хуже сделаю.

И я ее знаю. Если она так сказала — лучше не проверять. Поэтому я держался в стороне, хотя видел, что у них там все непросто.

А у меня в голове уже давно сидела другая мысль. Мы должны оформить наши отношения с Миленой официально.

И лучшего момента, чем сейчас не будет. Да, у нас не самый простой период, но я точно знаю — я ее не отпущу ни при каких обстоятельствах.

Сделаю ей предложение сегодня, в свой день рождения. Шесть лет назад в этот день у нас должно было быть первое свидание, первая встреча, но тогда все сорвалось.

А сейчас я хочу, чтобы этот день ассоциировался у нас с приятными воспоминаниями. Но для начала нужно было сделать все правильно. Попросить благословения у ее родителей.

К родителям Милены я приехал во время одного из своих очередных визитов в Москву.

С Темкой я договорился заранее. Попросил подгадать все так, чтобы родители точно были дома, а не вышло, что я приеду и уткнусь в закрытую дверь.

Он поржал, но все организовал.

Воспоминание:

Когда я подъезжаю к их дому, он уже ждет меня у подъезда.

— Ну что, готов, жених? — ухмыляется, хлопая меня по плечу.

— Ой, не начинай, — бурчу я, но сам понимаю, что немного напряжен.

— Да расслабься, все нормально будет, — кивает он. — Погнали, пока батя не ушел куда-нибудь.

Поднимаемся, он открывает дверь своим ключом и орет с порога:

— Ма, па, я к вам гостя привел!

Из кухни выходит Ксения Андреевна, вытирая руки о полотенце, смотрит сначала на Темку, потом на меня, чуть хмурится, потому что не понимает, кто я вообще.

— Ой… а вы кто? — спрашивает она, переводя взгляд на сына.

Виктор Владимирович появляется следом, останавливается в дверях, смотрит на меня внимательно, без лишних эмоций.

— Ну, здравствуй, — говорит спокойно. — И кто ты у нас?

Я делаю шаг вперед.

— Саша.

Пауза.

— Я… парень Милены.

Они переглядываются.

— Парень? — переспрашивает Ксения Андреевна удивленно. — Она вроде ничего не говорила…

— Ма, не душни, — вмешивается Темка. — Нормальный он.

— А ты откуда его знаешь? — спрашивает Ксения Андреевна и подозрительно смотрит на нас.

— Так я на него работаю. Это он мне работу предложил, когда деньги нужны были, — Темка все сразу выдает, даже не юлит. Уважаю.

— Ничего себе, — удивляется она и сразу переводит взгляд на своего мужа.

Виктор Владимирович тем временем все так же спокойно меня разглядывает.

— Проходи, парень моей дочери, — кивает он. — Если пришел, значит серьезный разговор у тебя.

Мы