Джин слушала в пол уха. Безусловно, все, что он говорил, было важно, но больше всего ее привлекла гравировка, на блестящей рукоятке. Красивыми витиеватыми буквами красовалась надпись: "С любовью, для моей Д.Т."

Он заказал их специально для нее, как подарок. Значит, он давно планировал все это. Что приведет ее в круг своих друзей, к себе домой, покажет свой мир и свою жизнь.

Аккуратно и нежно кончиками пальцев она коснулась холодной стали с гравировкой, и глаза против воли защипало от слез. Слез радости, смущения и стыда за то, что не приготовила ответный подарок.

- Я хочу танцевать!

Заметив затянувшееся молчание, Энни тактично решила вмешаться и увести всех, оставив Тедди и Джин наедине.

- Да потом потанцуем. - Энцо явно тормозил.

- Быстро пошел и включил мне мою любимую песню! - шикнула она на него, пихая в спину.

Другие намек поняли быстро и удалились в другую часть дома, где тут же загромыхала музыка.

- Тебе не нравится?

Присев возле ее ног, Тедди взял ее за подбородок и приподнял ее голову.

- Нравиться. - честно призналась она - Просто у меня нет ответного подарка.

И тут он с облегчением выдохнул. Он и не ждал никакого подарка. Лучшим подарком, который она могла ему сделать, это прийти сюда и разделить с ним и его семьей праздник.

- Мне ничего не нужно. - он ласково провел костяшками пальцев по ее щеке, и она тут же прильнула к его прикосновению - Ты здесь - это самый лучший подарок.

- Ты не понимаешь...

Теперь он внимательнее пригляделся к ней. Ее глаза стали почти зелеными, что говорило о том, что она грустит. Он очень хорошо научился отличать все оттенки ее глаз и какое настроение за этим стоит.

- Джин, что тебя тревожит?

- Тревожит то, что мне здесь нравится. - призналась она - Ты подарил мне платье, драгоценности, пистолеты. Но самое главное, ты подарил мне один день в окружении семьи. И мне это понравилось, и теперь...

- Ты не хочешь возвращаться? - догадался он.

Она молча покивала.

- Так давай останемся. Не будем возвращаться и все.

- Я не могу. Там моя жизнь. Там мой дом, мой мир, моя команда. Я не могу все бросить.

Он знал настоящую причину, которую она не хотела озвучивать - за ней шла охота. И пока она не найдет того, кто за всем этим стоит и каковы его мотивы, она не успокоится.

- Хорошо. - Тедди знал, когда надо отступить, а когда поднажать, и сейчас предпочел уступить лишь для того, чтобы в следующий раз надавить, не оставив даже шансов на сопротивление - В любом случае у тебя безлимитный ключ. Я рядом. А команда всегда нас ждет. Мы можем вернуться в любое время, когда захочешь.

Его голос был тихим, ласковым и нежным. Его ловкие пальцы, что активно пытались заправить за ухо непослушную прядку, действовали гипнотически и успокаивающе.

Джин застыла, впитывая в себя его заботу, ласку и нежность.

- Я хочу тебя. - выпалила она, смотря ему прямо в глаза.

- Тихо, любовь моя. - засмеялся он - У нас полный дом гостей. Когда все уйдут - я весь твой, можешь делать со мной все, что хочешь.

От этого обещания Джин расплылась в хищной и коварной улыбке. О! Она сделает, все сделает, все что давно хотела, но что он не позволял, продолжая доминировать и подчинять ее в постели каждый раз. Но сегодня она воплотит в жизнь все свои непристойные фантазии и покажет этому консерватору, как можно любить иначе.

Ближе к двум часам ночи большая часть команды, в том числе и Джин была просто в стельку, а посему самая трезвая часть команды вызвала такси, собираясь разъезжаться по домам.

Кай одевал ворчащую и еле стоящую на ногах Лилит в том же порядке, что и раздевал. Теплые штаны, свитер, сапоги, пуховик, шапка, шарф и варежки. В итоге она опять стала похожа на шаурму с глазами. Для того чтобы не терять времени он взвалил ее себе на плечо, как куль с мукой, махнул на прощание рукой и понес фею в машину.

Арик также ретировался сухо, быстро и немногословно.

Фил и Энни попрощались теплыми объятиями.

И только хмельное трио никак не хотело расставаться. Такси уже ожидало минут десять, когда они наконец разлепяться и распрощаются.

Когда Райан и Энцо вышли на улицу, Джин выскочила их провожать. Раздетая, в легких туфлях по холодному снегу она горланила вместе с Парсоном и Лэнгли веселые матерные частушки. Тедди семенил за ней и пытался накинуть на голые плечи меховую шубку, но та все время слетала, так как хозяйка слишком прытко танцевала на снегу.

С громким скандированием "У-у-у!" троица с разбегу стакнулась грудью друг о друга. Стукнуться-то стукнулись, но не учли того, что Джин намного меньше и пьянее их. Не удержав равновесия, она со всего маха шлепнулась спиной в сугроб, отлетев от стальной груди Энцо.

- Мать моя! - всплеснул тот руками – Джинни, ты цела?!

Он уже нагнулся, чтобы помочь ей встать, но угрожающий рык Тедди заставил обоих отступить и сесть наконец в машину.

Вытащив дрожащую Джин из сугроба, он тщательно отряхнул ее и, подняв на руки понес в дом. На пути в спальню она болтала ногами, выгибалась в его руках дугой, орала песни и требовала ехать на танцы.

- Тебе на сегодня хватит танцев, пьянчужка.

Уложив ее в кровать и сняв с нее туфли, Тедди укрыл Джин одеялом, и она тут же угомонилась и заснула.

Выключив свет, Тедди спустился вниз. Убрал остатки еды в холодильник, загрузил посудомойку, вытер стол и наконец разложил свою винтовку.

Разобрав ее, принялся бережно чистить все детали попутно бурча на командира отряда за неопрятность и халатное отношение к оружию, тем более чужому.

***

Джин проснулась от мучительной жажды. Во рту пересохло так, что язык прилип к небу. Почмокав пересохшими губами, она повошкалась в кровати, пошарила руками рядом с собой. Нащупав лишь холодные простыни, она с разочарованным стоном открыла глаза.

Липкая, как гудрон, паника начала окутывать тело моментально, когда Джин поняла, что находится в полной темноте. Тело сковал животный страх, кровь застыла в жилах, а сердце участило свой темп настолько, что в глухой тишине было отчетливо слышно, как оно бьется о