class="p1">Спровоцировавшие это восстание жёсткие действия Чол-хана были, в свою очередь, спровоцированы коррупционными махинациями тверских и московских князей вокруг ордынской дани. Дело в том, что в 1321 году тверской князь Дмитрий передал ордынскую дань со всего Тверского княжества московскому князю Юрию, в то время имевшему ярлык на великое княжение и поэтому ответственному за доставку дани в Орду. Но Юрий вместо отправки тверской дани по назначению отвёз её в Новгород и через купцов-посредников пустил предназначенную ордынскому хану сумму в оборот под проценты. Известен размер этой суммы – 2000 рублей серебром (примерно 200 килограммов драгоценного металла).

Разборки тверского Дмитрия, московского Юрия и ордынского Узбека вокруг дани шли несколько лет. Дело осложнялось тем, что Юрий был родственником хана Узбека – мужем его младшей сестры. Не дождавшись завершения следствия по вопросу дани, при встрече в Сарае, столице Золотой Орды, в 1325 году тверской князь зарубил московского. И хотя ордынский хан морально одобрил убийство финансового махинатора из Москвы, однако поступил по закону и казнил тверского князя «за самоуправство», а в Тверь отправил двоюродного брата за новой данью. Там-то и случилась история с кобылой дьякона Дудко, которая в итоге направила всю историю страны в новое русло…

Событиями воспользовался младший брат убитого московского князя Юрия – Иван Калита, тоже финансовый махинатор, но, в отличие от брата, более осторожный и тонкий. Он быстро получил у разъярённого хана Узбека ярлык на великое княжение и при помощи ордынских войск разгромил Тверское княжество, ранее конкурировавшее с Москвой за лидерство на северо-востоке Руси. С этого времени Тверь уже не оправилась, и начался постепенный рост влияния Москвы во всём регионе.

Во многом этот рост будущей столицы обеспечивался именно центральной ролью Москвы в сборе «ордынского выхода» – дани в Орду. Например, в 1330 году московские войска по приказу хана Узбека выбивали недоимки по налогам из Ростовского княжества. В итоге москвичи не только собрали ордынскую дань и повесили главного среди ростовчан боярина Аверкия, но и присоединили к Москве половину ростовских земель. Часть собранных для Орды средств незаметно, но постоянно оседала в закромах Ивана Калиты. Неслучайно его прозвище Калита (от тюркского «калта») означало в русском языке того века «карман» или «кошелёк».

«И даша им новгородци 2000 серебра…»

Так сколько же платила Русь Орде? По итогам последней ордынской переписи на северо-востоке Руси, прошедшей в 1275 году, дань составила «по полугривне с сохи». Исходя из стандартного веса древнерусской серебряной гривны в 150–200 граммов, историки подсчитали, что в тот год Владимиро-Суздальская Русь уплатила Орде примерно полторы тонны серебра. Сумма для страны, не имевшей своих серебряных рудников, очень внушительная, даже огромная, но не фантастическая.

Известно, что Золотая Орда (она же Улус Джучи) как часть Монгольской империи некоторое время получала дань не только с княжеств Руси, но и с трёх далёких провинций на севере современного Китая: Цзиньчжоу, Пиньян-фу, Юнчжоу. Ежегодно с берегов реки Хуанхэ на берега Волги отправлялось 4,5 тонны серебра. Ещё не завоёванная монголами империя Сун, занимавшая южную половину Китая, откупалась от монгольских набегов ежегодной данью в размере 7,5 тонны серебра, не считая больших объёмов шёлка. Поэтому русские 1,5 тонны на этом фоне не выглядят чрезвычайно огромными. Однако, судя по доступным источникам, в иные годы дань бывала меньше и платилась с большими задержками.

Как уже упоминалось, территория Руси по монгольской налоговой системе делилась на налоговые округа – «тьмы». И в среднем каждая такая «тьма» на северо-востоке Руси в середине XIV века платила по 400 рублей дани – «ордынского выхода». Так, Тверское княжество и Новгородская земля делились каждая на пять таких налоговых округов и платили по 2000 рублей дани. Упомянутые выше махинации московских князей с двумя тысячами тверских рублей в 1321 году зафиксировал для истории Московский летописный свод. В Новгородской летописи за 1328 год читаем: «И в Новгород прислаша послы татарове, и даша им новгородци 2000 серебра и свои послы послаша с ними с множеством даров».

Кстати, именно необходимость уплаты монгольской дани подтолкнула в XIII–XIV веках новгородцев и владимиро-суздальцев начать экспансию на северо-восток, в лесные земли Белого моря и Урала, в «Биармию» и «Пермь Великую», чтобы за счёт обложения меховыми поборами аборигенов компенсировать налоговый гнёт Орды. Позднее, уже после распада ордынского ига, именно это движение на северо-восток разовьётся в покорение Сибири…

Относительно подробно известны размеры дани с различных уделов Северо-Восточной Руси в период княжения Дмитрия Донского. Дань с Великого княжества Владимирского составляла 5000 рублей. Нижегородско-Суздальское княжество в тот же период платило 1500 рублей. Размер дани с территорий собственно Московского княжества был 1280 рублей.

Для сравнения, только один город Хаджитархан (Астрахань), через который в те века шла большая транзитная торговля, давал в казну Золотой Орды 60 тысяч алтын (1800 рублей) налогов ежегодно. Город Галич, ныне райцентр Костромской области, а тогда «Галич Мерьский», центр довольно крупного княжества с богатыми, по меркам Владимирской Руси, соляными промыслами, платил 525 рублей дани. Город Коломна с окрестностями платил 342 рубля, Звенигород с окрестностями – 272 рубля, Можайск – 167 рублей. Город Серпухов (точнее, небольшое Серпуховское княжество) платил 320 рублей, а совсем маленькое Городецкое княжество выплачивало 160 рублей дани. Город Дмитров платил 111 рублей, а Вятка «з городы и волости» 128 рублей.

По подсчётам историков, вся Северо-Восточная Русь в этот период платила в Орду порядка 12–14 тысяч рублей. Большинство историков считает, что серебряный рубль тогда равнялся половине новгородской гривны и содержал 100 граммов серебра. В целом получаются всё те же полторы тонны драгоценного металла.

Однако из сохранившихся летописей неясна периодичность такой дани. Теоретически она должна была выплачиваться ежегодно, но на практике, особенно в период междоусобиц русских князей или ордынских ханов, она не выплачивалась или платилась частично. Опять же для сравнения укажем, что в момент расцвета Монгольской империи, когда потомки Чингисхана владели всем Китаем, только налоговые сборы с китайских городов давали в монгольскую казну в десять раз больше серебра, чем вся дань с Северо-Восточной Руси.

После битвы на Куликовом поле «выход» дани в Орду продолжался, но уже в меньших размерах. Дмитрий Донской и его наследники выплачивали не более 10 тысяч рублей. На московский рубль в начале XV века можно было купить 100 пудов ржи. То есть весь «ордынский выход» в последний век татаро-монгольского ига стоил как 16 тысяч тонн ржи. В современных ценах такой объём ржи будет стоить смешную в масштабах государства сумму – не более