моих исцеляющих способностях — но на эти вопросы я имею право не отвечать, потому что не обязан свидетельствовать против себя перед главой клана, Чемпион которого — мой прямой конкурент в борьбе за титул победителя Всесистемных. И я так же оценил ваше беспокойство по поводу запрещённых приёмов, которыми я владею… но не волнуйтесь, те, кто меня этому научил, так же очень подробно объяснили мне, что использовать их на любых официальных турнирах запрещено. Поэтому, при всём уважении, Маркус… мы с огромным уважением относимся к тому, что вы защищаете наш материк от нападения орков… но при этом политические интриги никогда не были — и не будут самой сильной вашей стороной…

От последних слов Маркус натурально позеленел от ярости, после чего злобно посмотрел на Адральвеза и… ничего не сказал. Сареф сначала даже не понял этого движения… но потом догадался. Если бы Сареф был членом клана Зинтерра, то Маркус в такой ситуации мог потребовать от магистра демонов, чтобы тот приструнил своего подопечного. Но… Сареф членом клана Зинтерра не был — и потому в данном случае Адральвез не нёс ответственности за его действия. Маркус хотел разговора с мальчишкой? Вот мальчишка, разговаривай. А если ты не можешь приструнить его и поставить на место — это уже, уважаемый, не наши проблемы…

— Ладно, — Маркус тряхнул головой, — ещё мне нужно поговорить с одним из твоих бойцов, что были на передовой и сражались…

— Нет, не нужно, — неожиданно жёстко ответил Адральвез.

— Что значит — не нужно⁈ — тут же вскинулся Маркус, — мои лучшие люди были здесь, они рисковали не меньше, чем все остальные, они внесли решающий вклад в то, чтобы спасти ваши шкуры, в конце концов! Вы не можете…

— Вот своих людей и допрашивай, — невозмутимо парировал Адральвез, — моих людей ты допрашивать не имеешь права.

— Адральвез, ты не можешь запретить мне это сейчас! — тихо проговорил Мэндрейк, — этой ночью здесь произошло то, ради чего и создаётся Орден, в который собираются лучшие люди всех кланов! Мы не просто имеем право знать — мы должны знать для нашего будущего выживания, что здесь произошло!

— Вот и говори об этом со своими людьми, — холодно сказал Адральвез, — они дадут тебе исчерпывающие ответы на твои вопросы. Я не будут сейчас дёргать своих раненых ребят для того, чтобы они рассказали тебе ровно то же самое. Сареф сообщил тебе всё, что мог. А если ты обиделся на то, что он раскусил твои неуклюжие попытки вызнать о его способностях — то я здесь…

— Хватит! Хватит! — прорычал Мэндрейк, — я не для того посылал сюда своих лучших людей, чтобы вы…

— Маркус, мне кажется, у вас есть достаточно неотложных дел, — устало сказал Сареф, которому всё это уже надоело, — предлагаю вам пойти и заняться ими. А я…

— Так-так-так, — Маркус с новым интересом впился взглядом в Сарефа, — кажется, мальчик хочет поторговаться! И что же ты, мальчик?

— А я не будут говорить Жерару, что вы считаете его внука жадным, неконтролируемым и поехавшим дегенератом, который спит и видит, как бы заключить сделку с Хаосом, — хладнокровно закончил Сареф.

— Я… я не… я не так… я этого не говорил! — Маркус запнулся всего на секунду, но этого уже было достаточно. Да и любому понятно, что в данной политической ситуации меньше всего хотелось ссориться с главой одного из двух ведущих торговых кланов.

— Верно. Не говорили, — кивнул Сареф, — как и не доставали руководство Зинтерры своими вопросами больше, чем того требовала ситуация, не так ли?

Маркус злобно засопел, с неприязнью глядя на Сарефа — но тот со стальным спокойствием смотрел на него в ответ. Здесь глава Мэндрейк заслужил каждую полученную оплеуху, потому что он в какой-то момент начал откровенно перегибать палку. То, что Маркус и его люди страдают, защищая Севроганд от орков — за это ему почёт и уважение. А вот то, что Маркус, прикрываясь этим фактом, начинает творить дичь и ересь в других кланах — это уже подлость, которую необходимо пресекать.

— Захир, ступай за мной, — распорядился Маркус в последней попытке хоть как-то сохранить лицо, — нам ещё нужно переговорить.

Сразу после этого глава Мэндрейк стремительно вышел из кабинета. Захир, который, несмотря на свой профессионализм, не смогу удержаться от того, чтобы закатить глаза, послушно вышел за ним.

И как только за ними закрылась дверь, как Нед довольно рассмеялся.

— Ну, вот это я понимаю, — он ещё раз одобрительно взглянул на Сарефа, — молодец, парень, грамотно поставил его на место. А то… ну давайте по-совести, Маркус неплохой человек, и боец хороший, и глава клана не самый худший… но он как начнёт задвигать свою телегу про то, какой он бедный и несчастный, и как его орки без конца обижают — так взвыть хочется, он в эти моменты хуже Дюваля становится!..

— Ладно, ладно, — сказал Адральвез, — спасибо, Сареф. Как я и просил — ты всё честно рассказал Маркусу, но при этом не стал перегружать его мозги ненужной информацией.

— Да он и так нос к потолку задрал за то, что его люди помогли мне с этой вылазкой, — буркнул Сареф, — если рассказать ему ещё и такое — у него вообще случится несварение котелка.

Нед гыгыкнул, и даже Адральвез, вероятно, снисходительно улыбнулся.

— Сейчас важно другое, Сареф. Начиная с момента, который наступит где-то через полчаса — и… я не знаю, насколько долго это продлится, но я в течение этого времени буду недоступен. Поэтому, ещё раз, Сареф, если мы чем-то можем тебе помочь — говори.

— Да… вообще я шёл сюда для того, чтобы проведать Ванду, — сказал Сареф, — потому что направил её сюда я, и…

— Ты боялся, что девочку будут здесь обижать? — поинтересовался Адральвез.

— Нет… я понимаю, что вы бы позаботились о ней, — неловко сказал Сареф, — но… просто…

— Что? — участливо спросил Нед, — говори смелее, парень, уж после того, что случилось этой ночью, ты можешь не ссаться от того, что тебе ссыкотно что-то нам сказать.

— Да потому что среди членов Зинтерры я ни разу не видел, ни гномов, ни орков, ни эльфов! — выпалил Сареф, после чего деликатно добавил, — ну… кроме вашей