расскажут, и поймет, как действовать дальше. Вот только всё стало намного запутаннее.

— Вы только представьте, насколько ему было больно, когда вытаскивали из его тела чешуйку? Дракон обезумел и в ярости своей выплеснул силу и разорвал границу между миром живых и мертвых. А затем перевоплотился в человека.

— Так это вы его отправили в больницу? — спросил Минхо.

— Да, когда я почувствовала неладное, прибыла на место, но опоздала. Никого рядом с Юном не было. Ли Бён мне тогда помог. Создал фирму «Ча Гын», чтобы оплачивать больничные счета для дракона. Нам лишь оставалось ждать и надеется на лучшее.

— Поэтому вы набрали новых жнецов смерти? Чтобы защищать не только людей, но и Юна? — уточнила Хеа. Теперь ей стало понятно, отчего Смерть взяла к себе на службу не только тех, кто уже умер, но и добровольцев из живых людей. Они могли защитить Юна, если бы он проснулся и не мог бы видеть обычных слуг смерти.

— Да, на случай если дракон вообще забудет о своих силах и не сможет разглядеть защитников, — кивнула Смерть.

— А что изменилось? — не унимался Минхо. — Платежи не поступили в больницу задолго до того, как пробудился Юн.

— Дракон об этом сам попросил, — ответила она. — Знаете, мне и Ли Бёну привиделся один и тот же сон. Иногда даже нам они снятся. К нам пришел Юн и попросил больше о нём не заботится. Вот мы и перестали.

— Знаете, после вашего рассказа стало все ещё намного запутаннее, — усмехнулся Минхо. — Одно мы теперь знаем наверняка. Только Юн способен рассказать, что произошло на самом деле.

— У него амнезия, — напомнила Хеа.

— А теперь я расскажу вам самое главное, — Смерть довольно потерла ладони. — Пробудить память Юна способна только истинная любовь.

Хеа вздрогнула. Вот это новость. Ладно, почти как в сказке, надо найти истинную любовь. Да только, кто полюбит дракона, из-за которого в мир проник убийственный загробный мрак? Его все ненавидят. Искать среди смертных?

— Так мы никогда не вернём ему память, — сказал Минхо, будто читая мысли Хеа. — Вы его видели? Он же чудик! Кто на него посмотрит?

Смерть в образе старушки посмеялась и исчезла.

Рассказ Смерти всколыхнул воспоминания Хеи. Она столько лет была поглощена ненавистью и желанием отомстить, что никогда по-настоящему не заглядывала в темные уголки своей человеческой памяти.

Да и работая жницей смерти, то человеческое что оставалась в ней со временем стиралось, оставляя лишь только беспристрастную бессмертную сущность, провожающую души в загробный мир.

Как оказалось, вспомнить было что, особенно сейчас, когда события закрутились вокруг Хеи с небывалой скоростью.

Ещё несколько мгновений Хеа и Минхо молчали. Они наблюдали за тихим течением Намхагана. Только не смотря на всю безмятежность внешнюю, внутри Хеи начинался шторм.

— Что будем делать? — все же нарушил тишину Минхо. Лису явно не терпелось разобраться в этой запутанной истории.

— Ты знаешь, та маленькая девочка, что упала в воду была я, — неожиданно сказал Хеа. Она решила, что может доверится другу и соратнику. Они не раз спасали жизнь друг другу, и Минхо обязан знать все подробности.

— Как такое возможно? — не понял кумихо. — Сейчас ты довольно взрослая жница смерти.

— Отчего-то Госпожа Смерть решила меня так назвать, — Хеа обняла себя и не отрывая взгляда от реки продолжила: — Даже теперь при встречи говорит мне «маленькая девочка». Возможно, это потому, что когда-то очень давно я была на пороге смерти, и даже виделась со жнецом.

— И спаслась? Почему? — у Минхо в кармане завибрировал телефон, но он решил не отвлекаться. Немногословная Хеа редко о себе рассказывала. Он боялся упустить такой шанс, узнать жницу смерти поближе.

— Дракон помог, опять, — ухмыльнулась она, своим детским воспоминаниям. — Я видела его во сне, когда была в больнице. Красивый, с чешуей, цвета воды Намхагана. Длинная белая борода, с мелкими пузырьками воздуха, будто маленькие жемчужинки украшали её.

— Так ты знакома с ним давно? — удивился Минхо. — И почему среди смертных он выбрал именно тебя?

— Не знаю, — Хеа пожала плечами. — Теперь я чувствую опустошенность. Я не знаю, что мне делать. Дракон меня спас, дважды. А я его ненавижу. И, только он способен ответить на все мои вопросы. Что делать не представляю.

Она не знала, как объяснить лису свои печали и тревоги. Дракон виновник того, что случилось с её близкими и родными, но также он пришел на помощь. И теперь в образе человека, Юн был таким же беззащитным ребёнком как тогда была Хеа.

— Получается ты видела, что произошло тридцать лет назад и кто пленил Дракона? — задумчиво сказал Минхо.

Да, сейчас она отчетливо вспомнила тот вечер. В воде она увидела белую бороду всю в пузырьках, и вспомнила тот сон из детства. Она пошла вдоль берега реки, и завороженно застыла. Из глубин на сушу поднимался Дракон. Подул сильный ветер и Хеа не смогла удержаться на берегу и упала в воду. А там под водой бушевал водоворот, и неожиданно было так глубоко, что Хеа чуть не захлебнулась, безуспешно пытаясь выбраться на поверхность. И так бы она потонула, если бы не исполинский хвост Дракона, который легко подтолкнул её на воздух.

Хеа встала и сделала несколько шагов. Воспоминания пятнами всплывали перед глазами. Как она, выбравшись на берег, сжимала песок руками. Как выплевывала воду. Как упала на спину и смотрела на звездное небо, заполненное сотнями оранжевых фонариков. Потом она посмотрела на реку и там Дракон плакал, а после когтистой лапой…

Хеа остановилась и посмотрела прямо в глаза Минхо, произнесла:

— Нет, там никого не было. Дракон сам выдрал из груди свою чешую.

Минхо вскочил со скамейки, приблизился в плотную к Хеа.

— Почему ты раньше молчала? — казалось он вложил в эту фразу все свои сумбурные чувства, хоть внешне и был спокоен.

— Только вспомнила, — Хеа прикрыла глаза. — Ты сам знаешь, что жнецами смерти становятся те, кто искупает свои грехи и после вступления в должность не помнит о своей прошлой человеческой жизни.

— У тебя же другой случай, — перебил Минхо. — Смерть сама вам предложила, ещё живым людям, вступить в ряды жнецов, чтобы помочь с проклятыми душами.

— Да, так и есть. Мы зависли между мирами живых и мертвых, но и память Смерть забрала, и вот мне только что её вернула, — Хеа открыла глаза и в них стояли слёзы. — Я всю свою жизнь знала Дракона и искала с ним встречи. Мечтала о нём и тянулась к нему. И вот тридцать лет его ненавидела. Я не знаю, что теперь делать?

Минхо хотел