к байку. Ставлю банку на пол. Приближаюсь к Кириллу. Камера расположена так, что на первом плане — бренд. А на заднем — наши тела, слитые воедино.

Да, я это сделала — оседлала Кирилла.

Наши лица очень близко. Его руки на моей талии. Мои на его плечах. Все внешние звуки сливаются в кашу, и я слышу лишь стук собственного сердца.

— Можно как-то пораскрепощённее, Лиза?..

— Проведи по его шее ладонью, Лиза...

— Прижмись к нему теснее...

Я выполняю команды на автопилоте. И не могу скрыть дрожь. Она объяла всё тело. У меня трясутся руки. Дрожат губы. И дыхание неровное. Рваное, судорожное.

— Шшш... Тише, — шепчет Кирилл. — Я же тебя не обижу. Наоборот. Могу сделать тебе чертовски приятно!

И он совсем не помогает мне этими замечаниями!

Одна его рука по-прежнему лежит на талии. Вторая переползла на задницу, немного задрав юбку.

— Вот так отлично! — слышен возглас режиссёра.

Нет, это совсем не отлично. Это просто ужасно, что Кириллу разрешили лапать меня! Но он, похоже, счастлив. В его синих глазах — лукавые искры. Дьявольская улыбка озаряет лицо.

— Кирилл, нет! Верни серьёзное выражение, — тут же просит помощник режиссёра.

Кирилл стирает улыбку, и теперь его взгляд становится проникновенным.

Что ж... Он хороший актёр.

Кирилл сжимает мою задницу рукой. Я провожу по его шее ладонью и наклоняюсь чуть ниже. Так, словно сейчас мы поцелуемся. Замираю в миллиметре от его губ.

Эти несколько движений мы повторяем вновь и вновь...

Мы возбуждены. Оба. И уже оба тяжело дышим. Я чувствую напряжённый член Кирилла у себя между ног, и преградой служат лишь ткань джинсов и мои тонкие трусики.

Когда это закончится?!

— Что-то не то, — хмуро протягивает режиссёр.

У меня опускаются плечи.

Съёмочная группа вновь совещается, а мы просто ждём, не меняя позы.

— Ты же тоже это чувствуешь? — негромко говорит Кирилл, сильнее стиснув пальцами мою ягодицу. — Чувствуешь, как пульс зашкаливает? Уверен, ты сейчас вся мокрая.

Боже...

— Я устала и хочу поскорее закончить.

— Ты плохая актриса, — хмыкает Кирилл. — То, что ты сейчас делаешь, не смогла бы сыграть естественно, если бы сама не хотела этого.

— Ты меня совершенно не знаешь! — начинаю злиться. И, резко повернувшись к режиссёру, заявляю: — Мне нужен перерыв! Могу я...

— Нет! — тут же отрезает помощник режиссёра. — Лиза, потерпи пять минут. Мы почти закончили.

Чёрт... Ладно...

Кирилл самодовольно ухмыляется и посильнее сжимает мою задницу. Я шиплю ему в лицо:

— Хватит! На нас смотрит мой жених!

— Да? И где он? — Кирилл бросает взгляд в сторону. — Похоже, у него нервы на пределе. Он не выдержал того, как натурально мы играли, и ушёл.

Я осматриваюсь. Давида, и правда, не видно.

— Давайте попробуем с поцелуем, — внезапно говорит режиссёр, хлопнув в ладоши. — Делайте всё то же самое, а в конце — поцелуй. Поняли?

— Хм... Как неожиданно... — протягивает Кирилл. — Как здорово, когда помощник режиссёра мой должник.

Господи… Что?

— Ты всё это подстроил?! — восклицаю возмущённо.

Кирилл качает головой.

— Не всё. Но поцелуй — это действительно моя инициатива. И у тебя, кстати, нет выбора! Так что, давай. Целуй!

Глава 8

Кирилл

Вадик — помощник режиссёра — мой приятель. Он как-то проиграл пари, пытаясь склеить девчонку в баре, которая была ему не по зубам. И я поставил на его проигрыш. А уже ночью сам кувыркался с ней в постели.

В общем, он задолжал мне тогда услугу. За пару минут до съёмок я шепнул ему, что будет неплохо, если мы с Лизой поцелуемся. И плевать, что это не по сценарию.

— Я не стану!

Кажется, Лиза разозлилась не на шутку. Её щеки краснеют, и она сжимает челюсти. Атмосфера между нами ещё сильнее звенит от сексуального напряжения, ведь нет ничего ярче, чем секс и ярость, сплетённые вместе.

— Станешь! — отрезаю я. — Потому что ты же не трусиха, верно?

Похоже, мои слова задевают за что-то больное, и она почти выплёвывает:

— Хорошо! Я сделаю это!

Она больше не пытается найти своего жениха глазами. Я же готов поставить на то, что его увела Вика. Возможно, сейчас они пьют вместе кофе. Порой мне кажется, что Вике плевать, с кем быть, лишь бы с лидером одной из команд.

Ладно, плевать и на неё, и на Халидова. Всё моё внимание сосредоточено сейчас на Лизе.

Я в предвкушении... Член стоит. Яйца словно тисками сжали. Если честно, я и над собой издеваюсь, потому что разрядки так и не получу, похоже, сегодня. И всё закончится, когда режиссер скажет «Стоп, снято!»

— Поехали, — усмехнувшись, бросает помощник режиссёра, и мы с Лизой вновь начинаем двигаться.

Моя рука сжимает её упругую попку. Вторая бережно скользит по талии. Лиза проводит ладонью по моей шее... Глядя мне в глаза, начинает склоняться к моему лицу... И если хреллион дублей подряд мы на этом останавливались, то теперь уже требуется продолжать. Лиза несмело прижимается к моим губам и замирает.

Меня окутывает аромат её дыхания. Горячие мягкие губы почти заставляют дрожать моё тело от нетерпения, но я могу себя контролировать. Немного приподнявшись, хватаю девушку за лицо, впиваюсь в сочные губы и вторгаюсь в рот... Лизе приходится отвечать мне. Приходится. И когда она это делает... Когда её язычок несмело проходится по моему языку, мой мир будто взрывается. Ммм... Она чертовски вкусная... Её охренительные губы просто созданы для того, чтобы целовать меня.

— Стоп! Снято! — командует кто-то.

Но я уже не реагирую, продолжая целовать её. Ловить кайф от того, как она дрожит в моих руках. И от того, как наши тела трутся друг о друга.

— Кирилл, мы закончили! — насмешливый голос Вадима всё же вторгается в возбуждённое сознание, и я про себя чертыхаюсь.

Лиза сразу отстраняется. Поспешно с меня слезает. Вытирает губы ладонью, одёргивает юбку. Я медленно поднимаюсь с пола.

— Думаю, что очень скоро мы вот это всё повторим. Только будем голыми, — тихо говорю ей.

Она в этот момент ищет глазами своего жениха, но после моих слов резко поворачивается ко мне.

— Господи! Отстань от меня! — сердито толкает в грудь, но тут же отдёргивает руку. — Просто отстань от меня, и всё! Я люблю Давида!

— Люби! — пожимаю в ответ плечами. — Мне-то что?

Хотя меня вдруг задевает это её «люблю Давида».

Блять! За что?

Лиза качает головой, видимо, устав со мной препираться, и стремительно уходит со съёмочной площадки. Направляется к гримёрке. Скорее всего, на поиски своего жениха. Я иду было за ней, но Вадим меня останавливает.

— Ты,