так понимаю, что идейный вдохновитель тут Ирина, а Татьяна по простоте душевной вылезла вперёд:

— Иван, мы хотели с тобой серьёзно поговорить. Понимаешь, нам с Ириной здесь не место. Дикая скукота и никаких развлечений.

Дальше можно было бы и не слушать. Суть ясна, красавицам захотелось цивилизации. Такое ощущение, что в Москве они с балов не вылазили. Да, там были несколько величественных храмов, в которые можно было попасть на богослужение. Из окна девичьих спаленок открывался шикарный вид на спешащий служивый люд и неторопливо прогуливавшихся бояр. На мой взгляд, здесь в селе у них намного больше свобод. Чисто гипотетически можно даже интрижку завести с охранником. Такого строгого пригляда точно нет. Но вот решили они взбрыкнуть, как норовистые молодые лошадки.

Я задумался. Планировал, что сёстры составят компанию моей супруге. Вместе всё веселее. Но придётся видимо перевозить их в город. В монастырь исключено, игумен уже брату не раз писал на меня слёзные жалобы. Дескать из монастыря сделал бордель. Строительство дворца в лучшем случае завершится через три года. Это если нанять несколько бригад. Хотя, надо поговорить с Лукой на предмет возможности возвести сначала центральную часть. Но там такая грязюка и шум будут, что нам и самим не захочется.

В письме, которое брат передал с Анной, он как всегда шифрованно, интересовался настроениями дворянства города. Видимо у него назревает конфликт с боярством. Вот и зондирует почву. Заодно вкратце информирует о новой войне с Польше, которой избежать не получится. Та военная компания, завершённая в прошлом году только одна из многих. Пока обе стороны недовольны существующей ситуацией, устойчивого мира не будет.

В ответном послании я тоже в «хитром» виде довёл до брата мои проблемы с сёстрами и жильём. И ненавязчиво так испросил его совета. А в реальности это означало, что мне нужна его помощь.

Этот дом когда-то принадлежал известному купцу Епифанию Светешникову, ему одному из немногих местных присвоили звание «гость государев». Это что-то типа Героя Социалистического Труда со всеми вытекающими. Потом участок достался некоему Квашнину Ивану Григорьевичу. Этот царский воевода получил дом в награду от моего батюшки и коротал здесь свой век. Помер бедолага, не оставив детей и всё вернулось в казну.

Вот брат и дал задание подобрать что-нибудь поприличнее. К сожалению, дом деревянный. Но помпезный, с огромным участком пустующей земли. В этом плане, если на улице будет бушевать пожар, он может и не зацепить это строение. Домина стоит на Пробойной улице, которая идёт параллельно реки Волга. Метров через триста церковь Ильи Пророка, которую воздвигли на пересечении двух улиц. В принципе место тихое, здесь среди нескольких церквей проживает старое дворянство и купцы из первых. Улица начинается от надвратной Семёновской башни в северо-западной части города и пересекая весь город упирается в Успенский собор. На ней же стоит местный Кремль.

Не знаю, дому требуется значительный ремонт. Но огромным преимуществом стало то, что это подарок мне лично. Место просто центровое и со временем здесь, к примеру можно возвести наше учебное заведение для девушек. Такие участки в свободном доступе не находятся. Их контролирует воевода и царёвы слуги. Вот я таким и являюсь. Чисто теоретически я назначен сюда присматривать за порядком.

Зимой работы мало и нам не составило труда нанять бригаду опытных плотников на ремонт дома.

Вселенский переезд пришёлся на середину марта. Днём уже снег подтаивал и через седмицу-вторую начнётся грязь. Развезёт так, что разве только пешком. А багаж сестёр занял пять подвод. Поэтому мы и торопились закончить ремонт дома.

Новые хоромы тоже не вызвали в них восторга, но несмотря на кислые физиономии они с интересом обследовали комнаты. Здесь не боярские хоромы с их раздельным проживанием. Нет чисто женского изолированного крыла. С трудом я разрешил все их жилищные вопросы. Вроде дворня при деле и царевны довольны.

Моё семейство проживает по-прежнему в Спасо-Преображенском монастыре. На мою жену, дочь и служанок возражения игумена Никандра не распространяются. Он всё-таки знает меру своему рвению. Но вот моя дражайшая половина неожиданно проявила характер.

— Ванечка, я хочу отсюда съехать. Ужас как надоели эти монаси с их постными лицами. Мне больше по душе твои сёстры, да и Наталья охотно идёт к тёткам на руки. Давай переедем в новый дом.

Я вернулся после трудного дня. Питались мы отдельно от остальной братии. Вот и жена вкусно накормила мужа, помогла мне ополоснуться и теперь включила извечный женский ресурс. Она просунула ладошку мне под кафтан и поглаживает меня по груди. Ей нравится этот процесс предъявления прав на своего мужчину.

Пришлось её разочаровать, дом не удобен для проживание стольких знатных особ. Ну вот каждой из сестёр нужно несколько комнат, а это весь второй этаж. На первом столовая, всякие кладовки и прочее. Домик для дворни пристроен к основному. Поварня снаружи, подальше от дома. Но свободного места просто нет.

Вместо того, чтобы послушать мужа, Аня продолжила изображать из себя жену-мегеру. Будто у неё появился безлимитный интернет и её подружки насоветовали как правильно построить мужа.

А я как идиот попёрся к ней в спальню. Мы уже две недели не были близки. То у неё «особые» дни, то я возвращался поздно без сил. А сегодня так захотелось к жене под бочок.

Ага, оказывается у неё голова ужасно болит. Классика, бляха-муха.

Аня отлично знает моё рыцарское отношение к ней и этим напропалую пользуется.

На второй день те же отмазки. Пришлось говорить с нею напрямую.

— Анечка, любовь моя. Как ты не понимаешь? Там нам придётся ночевать в одной спальне. Твои служанки будут спать все вместе в одной комнатке. Я-то ладно, целый день по делам. А тебе придётся пересекаться с золовками. Сейчас даже не погуляешь в саду, грязь одна. Давай лучше подождём до конца мая.

В результате счастливый отец Никандр абсолютно искренне обнял меня и пожелал самого наилучшего на новом месте. Он даже прослезился, когда перекрестил меня.

А мы перебрались в город.

Глава 5

Чувствую себя жильцом большой коммунальной квартиры, постоянно сталкиваюсь с домочадцами. Так забавно видеть расхристанную простоволосую старшую сестру Ирину. А Татьяна просто напоминает старшеклассницу после выпускного бала, разбуженная злой мачехой. Всклокоченная и глаза совсем дикие, непроснувшиеся. Зато девицы активно пользуются тем обстоятельством, что можно подольше поспать и не надо спозаранку тащиться на заутреню. Батюшки под боком нет и некому читать нам наставления. Я, наоборот, не пропускаю утреннюю молитву, тем более