не удалось бы так славно выспаться. Должно быть, Камо с Пьемуром пришли ей на выручку и сами накормили маленьких обжор. Менолли улыбнулась: наверняка и Камо, и Пьемура очень обрадовала такая возможность.

Ставни были открыты, но со двора не доносилось ни музыки, ни голосов. Значит, обед уже закончился и обитатели Дома арфистов разошлись по своим делам. Сторожевой дракон был на своем месте – на огневых высотах.

Вдруг Менолли резко села на постели – воспоминание о пережитом ночью ужасе вывело ее из приятного полузабытья. Послышался стук в дверь, и не успела она отозваться, как на пороге появилась Сильвина с подносом в руках.

– Видишь, как точно я все рассчитала? – довольно проговорила она. – Ну как, отдохнула?

Менолли поблагодарила Сильвину за заботу и за горячий кла.

– Вот только, не сочти за дерзость, у тебя такой вид, будто ты и не ложилась.

Покрасневшие глаза женщины окаймляли темные круги.

– Ты не ошиблась, и никакой особой дерзости я в твоих словах не усматриваю. Вот приготовлю все для Робинтона – и в постель. Ну-ка…

Сильвина похлопала Менолли по бедру, чтобы та подвинулась, и присела на край постели.

– Пожалуй, стоит рассказать тебе, что так взбудоражило твоих друзей нынче ночью. А то ведь в отсутствие Робинтона никто не додумается поставить тебя в известность. Да, я только что проверяла яйца файров – мне кажется, тебе тоже нужно на них взглянуть… Нет-нет, сначала выпей кла. – Сильвина удержала девочку за плечо. – Я хочу, чтобы в голове у тебя прояснилось после сонного зелья.

– Так что же случилось?

– Если вкратце, то вот что: нынче ночью Ф’нору, всаднику бронзового Кант’а, взбрело в голову отправиться на Алую Звезду…

Менолли так громко ахнула, что даже файры проснулись.

– Спокойно, девочка, я не хочу, чтобы они снова взбесились, нет уж, благодарю покорно!

Сильвина дождалась, пока файры не задремали.

– Видимо, именно это и привело твоих ящерок в неистовство. И не только твоих. Робинтон сказал, что перепугались все, у кого есть огненная ящерица, а твои девять, похоже, усиливали друг друга. Так вот, Кант’ и Ф’нор отправились на Алую Звезду. Неудивительно, что вы пришли в ужас. То, что ты рассказала о серых глыбах, ужасной жаре и диком хаосе, это и есть Алая Звезда. Никто не сможет там приземлиться.

Она помолчала и самодовольно хмыкнула.

– Это наконец заставит лордов-холдеров заткнуться. А то никак не успокоятся, хотят отправить туда всадников.

– Кант’ и Ф’нор?

Менолли почувствовала, как ледяной ужас сдавил горло. Она вспомнила пригрезившийся ей крик.

– Оба живы, но… это все, что пока можно сказать. И вот эта фраза – «Не оставляй меня одну», – которую ты услышала, вероятно, благодаря своим ящеркам, это был крик Брекки, обращенный к Ф’нору и Кант’у.

Сильвина взяла эффектную паузу.

– Каким-то чудом они вернулись. Во всяком случае, вырвались с Алой Звезды. И дальше было самое невероятное.

Сильвина прищурила усталые глаза, пытаясь представить это зрелище.

– Причина, которая заставила улететь сторожевого дракона, была в том, что он помогал приземлить Кант’а. По словам Робинтона, все драконы поднялись в воздух, подхватили Кант’а и Ф’нора и замедлили их страшное падение. Оба, конечно, были без сознания. Робинтон говорит, на Кант’е живого места не осталось – по нему будто наждаком прошлись. Да и Ф’нор выглядит немногим лучше – даром, что на нем был летный кожаный костюм!

– Скажи, Сильвина, откуда же мои файры узнали, что происходило в Бендене?

– Рамот’а созвала драконов… ты, верно, знаешь – королева Бендена это умеет. А твои файры бывали в Бендене. Наверное, они тоже ее услышали. – Эта часть загадки не особенно волновала Сильвину.

– Все равно не пойму: ведь файры переполошились задолго до того, как Рамот’а призвала сторожевого дракона, даже раньше, чем я услышала зов Брекки.

– Ладно, ладно. В свое время мы узнаем разгадку и этой тайны. У нас в цехе все тайное становится явным. А потом, если драконы могут переговариваться на расстоянии, то чем файры хуже?

– Драконы мыслят внятно, – проговорила Менолли, ласково почесывая головку проснувшейся королевы, – а эти крошки – нет. Или, во всяком случае, отнюдь не всегда.

– Младенцы тоже говорят не очень внятно, а твои файры не так уж давно вылупились, не забывай об этом, Менолли. А возьми Камо – он что, внятно болтает? Тем не менее он все чувствует!

– Кстати, это Камо накормил утром файров, чтобы я могла поспать?

– Да, вместе с Пьемуром. Перед завтраком он все нудил и нудил, пока я не догадалась послать их с Пьемуром наверх, чтобы он наконец заткнулся. – Сильвина хохотнула, вспоминая причитания Камо. – Все стонал и стонал: милашки голодные, кормить милашек. Пьемур сказал, что ты даже не проснулась. Правда?

– Да. – Но Менолли больше занимали умственные способности ее файров. – Пожалуй, и правда можно объяснить их поведение тем, что они побывали в Бендене.

– Как сказать, – возразила Сильвина. – Ведь малышка лорда Грожа тоже всполошилась. А она родом не из Бендена и никогда там не бывала. Может статься, эти зверюшки гораздо разумнее, чем мы думаем. Глядят на людей, которые мнят себя не хуже всадников, да посмеиваются!

– Я выпила весь кла. Пойдем?

– Да, обязательно. Если Рождение состоится в отсутствие Робинтона, он нам этого вовеки не простит!

– А Сибелл здесь?

– Здесь, и, как наседка, не отходит от яиц! – Сильвина так выразительно закатила глаза, что Менолли не выдержала и фыркнула. – А как сегодня твои ноги?

– Чуть-чуть отекли, самую капельку.

– Не забывай, мазь не лечит, когда она в банке.

– Да, Сильвина.

– Ну что ты все поддакиваешь, да еще так робко? – В голосе женщины прозвучала неожиданная теплота и ласка.

Менолли ответила Сильвине смущенной улыбкой, и та, захватив поднос, вышла.

Девочка быстро натянула одну из новых рубашек и синие кожаные штаны, взбила травяной тюфяк и застелила его меховым покрывалом.

Когда она вошла в комнату мастера-арфиста, Сильвина как раз заканчивала уборку. Красотка стремительно влетела следом и уселась Менолли на плечо. Наблюдая, как девочка проверяет яйца, маленькая королева с интересом вертела головкой. Потом вопросительно чирикнула.

– Ну? – насмешливо осведомилась Сильвина. – Что решили специалисты?

Менолли хихикнула:

– Не думаю, чтобы Красотка соображала в этом больше меня. Ведь она никогда не видела Рождения. Но я должна сказать, что яйца стали заметно тверже. Ведь мы так заботились, чтобы им было тепло. Не могу сказать наверняка, но, по-моему, они могут проклюнуться в любую минуту.

Сильвина громко охнула, испугав Красотку.

– Ох уж этот Робинтон! Теперь придется его разыскивать! – Она в последний раз ткнула кулаком тюфяк и разгладила покрывало. – Ведь если за ним не явятся от лорда Грожа, – женщина кивнула в сторону утеса Форт-холда, – то уж