не сваришь. А мне вот самое то. Если бы не её замкнутость и сложный характер. Слова бывает не вытянешь, сидит напротив и молчит. Ну и я перестал пытаться её втянуть в разговор. В постели такая же картина. Послушно раздевается и закрывает глаза. Реже смотрит в одну точку на потолке. Чтобы её реже видеть, я разрешил ей со служанками часто оставаться в нашем городском доме. Его я перестроил и сейчас он меня полностью устраивает. Тем более удалось выкупить два соседних участка и разбить толковый сад с прудом, куда запустили рыбок. Благостно так приехать летом, после жары и всех дел. Сесть в беседке и смотреть на пруд, который полюбили местные утки. Анна в этом доме вроде как оживает, особенно когда остаётся одна. Вот такой суп с котятами.

Наш проект вышел на финальную стадию. Штаты практически укомплектованы, и мы начинаем работу, которая заключается в аудите всех важнейших приказов. Потихоньку обросли осведомителями из самых различных слоёв общества. Особенно успешными были лавочники и кабатчики ввиду своей специфики. Мотивы работы на нас самые разные. Кто-то искал денег, кого-то зацепили на горячем. Были и те, которым за державу обидно. А из чиновничьей братии чаще за карьерный рост и повышенную зарплату. Потихоньку копили компромат, собирая картотеку. Был у нас и пыточных дел мастер. На улице его увидишь, подумаешь, что идёт глава благополучного семейства, к любимым деточкам торопится. А этот внешне благостный человечек, входя в пыточную в своей красной рубахе и кожаном фартуке, одной своей гаденькой улыбочкой разговаривал зверского вида разбойников. Талант однако.

Из реально положительного — это то, что мы довели нашу гаубицу-пушку до ума. Только она не будет называться единорогом, соколом окрестили. На бронзовом корпусе отлили сокола, устремляющегося ввысь. Так царь пожелал.

Пока отлили всего полторы дюжины полупудовых орудий. Все прошли испытания и готовятся попасть в войска. Нам надо создать несколько батарей. Следующими будем изготавливать орудия помощнее. Пудовые с длиной ствола 12–15 калибров. Сейчас подбираем разные конструкции лафетов. Будут стационарные на маленьких колёсах и полевые с громадными деревянными колёсами для транспортировки лошадьми. Отдельно нарабатываем запас бомб и ядер. Отдельная история — это обучение пушкарей. Даже идеальная пушка в руках неумех — просто дорогой кусок бронзы. Нам с Алексеем не терпится удивить заносчивых пшеков. Дело идёт к новой войне. В их руках до сих пор остаётся стратегически важный русский Смоленск и ещё немало наших земель.

Как бы мне ни хотелось, запланированные события откладывались. Тормозила денежная реформа. Уже и оборудование стоит, и дизайн утверждён высочайшим повелением. На одной стороне его лик, с другой двуглавый орёл. Это на полушках. На рубле всадник с копьём и тот же орёл. Пробный выпуск денег показал, что они выгодно отличаются от существующих правильной формой и чётким оттиском. Но пока что их разобрали на сувениры. Мы хотим выкинуть сразу большую партию денег и постепенно выводить из обращения старые. Но вот ждём достаточное количество серебра.

Перед рождественским сочельником, я с охраной возвращался из своего села Дровнино, что в дне пути от города. У меня там мастерская с кузней, доставшееся с наследством от супруги. Вот на ней я и разместил заказ по производству лафетов для пушек. Проведя инспекцию и наведя ужас на своего управляющего, я провёл там два дня и решил возвращаться. Дорога нелёгкая, недавно прошёл снег и едущие впереди рейтары торили для меня дорогу. Проезжая ельник услышал заливистый свист и перед нами начало заваливаться дерево, преграждая дорогу. И тут же сверху, со склона посыпались темные фигуры. Их было много, наверное несколько десятков. Мой десяток рейтар, что ехали со мной в авангарде сразу развернулись и стали готовить своё оружие. Главным оружием рейтара являются специальные пистолеты, длиной больше напоминавшие ружья. На боку у каждого меч. Загремели выстрелы и нас заволокло дымом. Я тоже обнажил саблю, никогда не думал, что мне кто-то будет угрожать в десятке вёрст от Москвы. На меня набежал звероватого вида мужик с вилами в руках. Он зачем-то стал тыкать ими в меня, но я горячил коня, заставляя того крутиться. А сам ловил подходящий момент. Если бы этот придурок ткнул в жеребца, мне пришлось бы худо. Но метил он мне в корпус, за это и заработал удар по голове. Его отчасти смягчила мохнатая шапка, но противник как подкошенный упал в снег.

А тут подоспела основная часть моей охраны и с напавшими было мгновенно покончено.

Решили остановиться ненадолго. У нас было трое легкораненых, и я приказал оказать им помощь.

Оказалось, что напавших было около сорока человек. Выжило семеро, все пораненные. Я слушал и охреневал. Выяснилось, откуда они взялись. Из деревушки, что в пяти вёрстах от сюда. Это обычные крестьяне, которых вынудили заняться грабежом, чтобы прокормить свои семьи. А те буквально умирали от голода в эту зиму. Что уж там у них произошло? Раненные жаловались на барина, который выгреб все припасы и даже забрал скотину. Если честно, то мне стало жалко бедолаг. Но спустить им разбой и лиходейство не мог. Меня бы не поняли свои. Поэтому пришлось вести их в город и сдавать в «разбойный» приказ. Но после рождества я поручил отвезти в ту деревню воз продовольствия, которое закупил на свои деньги. Кормильцев уже не вернёшь, так может хоть детишки с бабами выживут. Заодно отдал распоряжение разобраться с владельцем деревни. Как довёл своих крестьян до такого состояния.

Мне пока удаётся противостоят давлению бояр, которые требовали от царя принять новое Соборное уложение, окончательно закреплявшее крестьян и переводившее их в разряд бессловесной скотины.

Само новое уложение давно назрело и работы по его подготовке заканчиваются. В нём отменяются старинные и противоречащие новым реалиям и друг другу законы и указы. Вместо них предлагается более современное законодательство. В нём определялись нормы государственного, гражданского и уголовного права. А также регламентировались наказания за нарушения. Рассматривались семейные отношения и судопроизводство. Мы изучали европейский опыт и подстраивали под наши российские реалии.

И я приложил все силы, чтобы телесные наказание с членовредительством заменить на каторгу в Сибирь. Там пустующие области некому подымать, а они руки рубят направо и налево.

Тоже касаемо и крепостного права. Да, на Руси всегда были несвободные категории крестьян. Это смерды, закупы и холопы. Но не было узаконенного рабства без права выкупа. В конце концов существовал «Юрьев день» по которому раз в год осенью крестьянин мог перейти к другому хозяину. Сейчас срок сыска беглого