Эльтан подивился, насколько жизнь среди людей обнажила ее пороки. И так она была по эльфийским меркам дурно воспитанной, вспыльчивой и кровожадной, что для девы, естественно, никоим образом не могло служить похвалой, а в людском мире все это стало еще очевиднее.

— Она жива? — Сцина стащила с головы капюшон, обнажился хвостик на темени и раскиданные во все стороны коротко остриженные кудри. Эльтан помнил их длинной до бедер, как и полагается приличной эльфийской деве.

— Разумеется, — холодно обронил Эльтан.

— Ну мало ли, она чихнула тебе на рукав, и ты не сдержался... — Сцина фыркнула.

— Где Линар? — оборвал ее ерничество Эльтан.

— Надеюсь, там, где должен быть. Связи с Ниланом нет, так что или они в нашем славном подвале, или. все хреново закончилось. — Сцина пожала плечами. — Мы разделились. Я ушла поездом, они должны были уйти на машине. Шахранэ хотел, чтобы я пришла сюда и помогла смертной.

Тревога стиснула сердце Эльтана. Он на одно счастливое мгновение поверил, что раз Сцина здесь, то все благополучно выбрались, а теперь снова неизвестность.

Она снова вышла на улицу. Эльтан посмотрел сквозь щелку двери. Подошла к машине, ключом открыла багажник и вытащила крупную черную сумку. Негромко хлопнув, закрыла багажник и оглянувшись пошла обратно в дом.

Эльтан закрыл за ней дверь и защелкнул все замки. Сам не знал зачем — от кого они помогут? От сердобольных соседей хватит и одного, а от людей консулов не хватит и всех замком мира.

— Веди, — приказала Сцина. Эльтан мог бы скрипнуть зубами от злости, но злости в нем не было. Они пошли наверх.

Он был рад ее видеть, даже такую, какой она была сейчас: одетую в людские одежды, с обрезанными волосами, не встречающуюся с ним взглядом. Сцина всегда была такой — дерзкой, очень воинственной. Ей очень хотелось доказать, что дева может сражаться наравне с мужем. И она доказала. Но эльфы не были готовы к тому, что их девы станут столь же воинственны, как Сцина Макидарская. Ее порывы не нашли отклика в народе: мужчины тайком насмешничали, девы в открытую презирали. Когда она, подтвердив все кривотолки о собственном безумии, плюнула ему под ноги и срезала звезду с плеча, ее погнали и из Сиршаллена и из родного Макидара. Это было чересчур для любого эльфийского града — предать служение. Да еще так. Плюнуть под ноги Кайранэ Сиршаллена! До сих пор даже те, кто ненавидел Эльтана, презирал, желал ему гибели, не говорили и не делали ничего против него открыто. Чтить владык — это была эльфийская черта, впитанная с молоком матерей, привитая сотнями лет почета. Миротворец — худшее, что он слышал в свой адрес от эльфа. Но Сцина. Этой деве никогда и ни в чем не было удержу. Она ненавидела согласие о землях и не собиралась с ним мириться. И притворяться тоже не собиралась.

Тогда он принял это как подобает. Промолчал. Две звезды бросили ему в лицо в один день. Нилан и Сцина Макидарская, двое его перстов, что предали и отринули службу. Он знал, что Согласие о Землях не будет принято безропотно, но в перстах своих надеялся найти поддержку. Увы, эти двое не могли смириться. Кто из них был прав, Эльтану уже не суждено было узнать. Он сделал выбор, и эльфы все еще дышали на этой земле. Он ни о чем не жалел.

Они вошли в темную комнату, Эльтан зажег скудную лампочку на потолке.

— А это кто? — Сцина кивнула на Роша.

Тот мигом проснулся от ее голоса. Сел, потирая глаза и всем видом изображая сонливость, но от Эльтана не укрылось, что взгляд у него был цепкий и настороженный. Впрочем, Рош не мог не понимать, что при нужде ему против Эльтана никогда не выстоять.

— Альберт Рош, с недавних пор предатель консулов, — представил его Кайранэ.

— Драсьте, — комично поклонился Рош. — А вы кто?

Сцина ничего не ответила и подошла к кровати.

— М-да, ну, по крайней мере, она не при смерти, — сделала она вывод. София спала, вымотавшись от боли. — В тайнике была греза?

Эльтан кивнул.

— В общем, предлагаю так: усыпляем малышку грезой, режем, достаем пулю, заливаем твоей крови. По-моему, план что надо.

— Ты сможешь достать пулю?

Сцина пожала плечами.

— Конечно, смотря куда она попала, будет попроще или посложнее. Правда людям я доставала их меньше чем эльфам, но доставала и не раз. Не поверишь, как часто они дырявят друг друга, и как мало людей хоть что-то могут с этим сделать. В основном валятся в обморок от вида крови. Принеси грезу, Кайранэ, — приказала Сцина. Эльтан молча вышел и сходил за маленькими баночками. Сцина и Рош притащили откуда-то покосившуюся тумбочку, она разложила на ней инструменты.

— С твоей кровью заражение ей, конечно, не страшно, так что. Но я думаю лучше ей всего этого не видеть, ты как считаешь Кайранэ?

Эльтан решительно открыл баночку с грезой и сунул Софии под нос. Один вдох — и он скорее отстранил вытяжку прочь.

— Это первый, — показала один палец Сцина. — Как известно много грезы для смертных опасно, так что считаем их очень внимательно.

Она осторожно перекатила Софию на спину, расстегнула ее тюремную куртку.

— Помогать будет кто, нет? — подняла она голову. Эльтан остался стоять, где стоял, Рош подошел с другой стороны кровати и начал помогать раздевать смертную жену.

Под робой на смертной был испачканный в крови спортивный лифчик. Эльтан отвел глаза. Не желал он никогда видеть ее вот так! Но так уж вышло...

София была худой, бледнокожей, и казалась очень хрупкой. Какой-то... поломанной. Эльфийки, наделенные стойкостью тел не меньше чем мужи, никогда не выглядели такими уязвимыми.

«Всего одна крохотная пуля. Всего одна маленькая пуля» — досадовал Эльтан. Он хотел обмануть сам себя, убедив, что, может быть, он и не знал, что ранение из такого смешного оружия обернется для смертной такой серьезной раной, и не смог. Все он знал. Он желал, чтобы Реджан выстрелил ей в голову, чтобы наверняка. Что было бы с Линаром, исполнись его подлая мечта?

Сцина стала сматывать повязку. По животу Софии потекла маленькая струйка крови.

— Почти заросло, ты посмотри, — хмыкнула Сцина. — Твоя кровь творит чудеса, Кайранэ.

Эльтан промолчал. Сцина, разумеется, насмехалась над ним, что «чудеса» своей крови он отдал