а на десятом, благо у каждого из нас было по одному, раскрутившись, он и вовсе достал до берега. Вот только машина была на пять метров дальше и за стеной из дерева.

— Придется подплыть ближе, — почти безнадежно сказала Лисандра, — давайте щиты. Нужно разрушить по́рок, пока он нас не побил. Благо до сумерек осталось полчаса. Выдюжим, коли постараемся!

— Всем стрелкам оставить запас на крайний случай, — крикнул Хребет, принимая командование, — остальные прикрывайте метателя!

Выстроив три плота в ряд, мы подгребли почти к самому берегу. Эльфы не то были слишком далеко, не то не рискнули высовываться из укрытия, но стрелами нас почти не встречали.

Проверка удачи. База: 2. Бонус: 0. Бросок: 2. Требование: 3. Успех.

Первая же склянка с зажигательной смесью пролетела выше стены, но разбилась о щит, прикрывающий порок. Воин тут же отбросил загоревшуюся железяку, а на его место встал другой. Второй снаряд зашел не так удачно — упав на землю, подпалив траву. Только последний кувшин разбился о самую перекладину камнеметной машины.

Солдаты тут же бросились его тушить, не обращая внимания на другие угрозы. А зря! У нас еще оставалось немало стрел, нашедших свои жертвы, несмотря на толстые доспехи. Однако уже вскоре люди Вокры победили пожар. И все, казалось бы, должно вернуться к прежнему вялому противостоянию. По крайней мере, я на это очень рассчитывал.

Крики на левом заднем плоту застали меня абсолютно врасплох. Бойцы попадали с разваливающегося сооружения и, отчаянно хватаясь за переворачивающиеся бревна, гребли к берегу.

— Что происходит⁈ — спросил я, пытаясь заметить признаки врага. Из-за кругов от камней и волн, поднимаемых пытающимися спастись бойцами, разглядеть с моим единственным глазом в наступающих сумерках что-либо было невозможно.

— Это ситоэли! Гребаные морские эльфы! — крикнула в ответ Лиска. — Нужно грести к берегу, пока они все плоты не порезали!

— Какого черта делает Трия⁈ — спросил я и практически сразу получил ответ на свой вопрос. Яростные крики двух сражающихся девушек разнеслись над озером, и я увидел Эву, схватившуюся с русалкой врукопашную. Нага отчаянно сопротивлялась, удерживала руки противницы и пыталась утащить ту на глубину. Но морф, еще и воспользовавшаяся своими способностями, платой за которые было сокращение жизни, была в разы сильнее. Эльфийка уже вытащила Трию на мелководье, и помощи от той ждать не стоило.

— Все к берегу! Там, где луг! Увидите в воде остроухих тварей — нещадно режьте!

Появление ударного отряда эльфов, да еще прекрасно себя чувствующего в воде, стало для меня полной неожиданностью. Я-то наивно считал, что единственная оставшаяся угроза — это камнемет и продержаться надо всего-то полчаса. Теперь же картина предстала совсем в другом свете. Хоть плавать я и умел, но не в тяжелом доспехе. Потому к берегу греб рьяно, заодно пытаясь вспомнить, сколько у врага эльфов осталось, и пытаясь понять, почему они не атаковали сразу.

Стоило причалить к берегу и броситься на выручку Трии, как я вынужден был признать: ответ лежал на поверхности. В прямом смысле — на поверхности пруда. Эва, поняв, что в любую секунду может оказаться в окружении и не в состоянии быстро убить русалку, сбежала по кромке редких деревьев в сторону оставшихся сил Лекса. А я смог наконец оглядеться.

На глади пруда посреди разбросанных бревен плавали тела восьми эльфов. Практически весь оставшийся после засады в лесу отряд. Вода была столь прозрачной, что попробуй они провернуть трюк с плотами на полчаса раньше — перебили бы их еще на подходе. Но сейчас, в последних обманчивых лучах солнца, маневр врага почти удался. Если б не Трия — мы все бы сейчас были на дне.

— Все на луг! Строимся в черепаху! — скомандовал значительно повеселевшим голосом Хребет. Видно было, что на твердой земле чувствует он себя гораздо увереннее. — Осталось продержаться всего пятнадцать — двадцать минут, и солнце сядет!

— Тридцать, — безжалостно поправила его Лиска, — стена Колизея слишком высокая, вот нам и кажется, что уже ночь скоро. Но еще полчаса.

— Твою мать. Ну что за бесконечный день, — вырвалось у меня. В самом деле, весь мокрый и набегавшийся, я стоял на ногах только благодаря эликсирам, действие которых как раз должно закончиться с закатом. Так нет же. — Нам нужны факелы, черт его знает, почему противник их не использует, но это только их проблема. Драться в темноте — не лучший вариант.

— У нас половина бойцов с отличным ночным зрением, зачем нам еще и себя подсвечивать? — возразила Лисандра. — И как ты при близости огня собираешься магию использовать?

— Не знаю. А она у нас есть? Что-то я магов среди нас не замечаю.

— Потом об этом поговорим, — отмахнулась Лиска, явно намекая на что-то значительное. Ну и ладно, сейчас и других дел с головой хватало. Например, отряд Лекса, который уже собрался и, построившись в боевой порядок, двинулся на нас. А мы-то все торчим на побережье!

— Они идут! Быстро к лугу! — скомандовал я, подхватывая Трию, которой хозяйственная Василиса уже сделала перевязку. Нам до луга было рукой подать, и когда бойцы Вокра выстроились перед нами, мы уже приняли боевое построение. Однако враг явно не собирался придерживаться строгих правил. Впереди, обгоняя других на три шага и оставляя за собой выжженный кислотой след, шел сам баронский сынок.

Где он набрал столько крови, оставалось только гадать, но все его тело было покрыто вторым слоем доспехов, а руки обвивали в несколько слоев уже знакомые мне хлысты. Попади под такой обычный мечник — мало не покажется. А значит, хочешь не хочешь, придется принять этого гада на себя.

— Лиска, командуй, чтоб они шагу в нашу сторону ступить не могли.

— А ты куда? — взволнованно спросила девушка.

— Пойду поздороваюсь.

Глава 75

— Я тебя зарою, смерд, — процедил сквозь зубы Лекс, раскидывая руки в стороны. Жгуты кровяных хлыстов уже распластались, готовые в любой момент взвиться в воздух.

— Мне кажется, публика уже устала, — ответил я настолько насмешливо, насколько мог, — ты потерял большую часть людей, а сейчас они и вовсе стоят, прячась за щитами. Кто выиграл, а кто проиграл — вполне очевидно.

— Солнце еще не село. Стоит мне добраться до вашей крови, и все вы поляжете на арене.

— Ну попробуй, злобный сосатель, — ухмыльнулся я, расправляя