огня – зарежу! Так я навсегда избавлю вас от этой головной боли! – кинувшись Юйвэнь Ху в ноги, Чжэн Цецзун, сверкая озлобленными глазами, раскрыл свой коварный план.

Император закрыл глаза и скрестил руки на груди, как бы молча соглашаясь с услышанным предложением. Ему необходимо было избавиться от этого человека, чтобы скрыть свои ошибки.

– Возьми Юйвэнь Юньфэя с собой. Ледяной страж Будды все-таки мудрый охотник, и у него есть опыт сражений с ланами. Ты ему не соперник, – напомнил он Чжэн Цецзуну.

Это была еще одна причина, по которой Юйвэнь Ху колебался, принимая решение об убийстве На Лояня. Юноша был подобен тигру – если его приручить, он будет верным стражем, а если не суметь им правильно воспользоваться – станет хищником, подстерегающим в горах.

– Ваше величество, пускай командир Юйвэнь охраняет вас. Если в этом мире и есть что-то, более привлекающее меня, чем охота, так это одно – карательный поход против не подчинившегося приказу сановника, – злобно усмехнулся Чжэн Цецзун.

Юйвэнь Ху вспомнил, что Чжэн Цецзун тоже охотник. Хорошему охотнику нужна интересная дичь, только тогда в нем просыпается азарт и жажда крови.

– Что ж, тогда я… буду ждать радостных новостей.

Получив приказ, Чжэн Цецзун откланялся. Юйвэнь Ху пристально всматривался в уходивший силуэт, а затем углубился в пустые и безмолвные покои Дворца Великого Начала. На него ни с того ни с сего накатывало чувство крайнего изнеможения, такого он тоже никогда раньше не испытывал. Как странно – за одни сутки пережил два чувства, с которыми за всю жизнь ни разу не сталкивался!

– Ло Шэньли, как там императрица-мать?

– Ваше величество, из Дворца Вечной Добродетели только что доложили, что императрица-мать пропала. Может, стоит отправить людей на поиски?

– Не нужно. Я устал. Подготовь паланкин, я отправлюсь во Дворец Долгой Осени… Нет, лучше во Дворец Морозных Облаков… Нет, все-таки в Башню Радостных Голосов. – Юйвэнь Ху долго не мог сделать выбор, но в итоге решил навестить Мужун Цзялянь.

– Как рана супруги Мужун? – раздвинув жемчужную занавеску паланкина, спросил Юйвэнь Ху у следовавшего за ним тенью Ло Шэньли.

– Ведомство придворных лекарей направило доктора. Он сообщил, что повреждена лишь кожа, угрозы здоровью нет. Ваше величество, можете быть спокойны. – Ло Шэньли взмахнул метелкой фучэнь, всевидящий и всеслышащий – ни одна мелочь, случившаяся в гареме, не могла скрыться от него.

Не успел Юйвэнь Ху вступить в Башню Радостных Голосов, как до него донеслись веселый смех, аромат вина и вкусных блюд. Эге, что за праздник? Да еще и без него? Придя в изумление, Юйвэнь Ху ускорил шаг, Ло Шэньли обогнал его и толчком распахнул дверь, объявив громким голосом:

– Прибыл его величество!

Юйвэнь Ху увидел Юйвэнь Юньфэя, ползавшего на коленках по полу – он был лошадью, а наездником – маленький принц Юйвэнь Жуйцзи. Рядом с ними сидела Мужун Цзялянь, лоб девушки был перевязан цветной лентой, в руках у нее был круглый веер, который она старательно и очень искусно расшивала. Вокруг суетились служанки, расставляя еду и вино. Никто не обратил ни малейшего внимания на пришедших.

– Как у вас тут весело! – возмущенно и с нескрываемой ревностью и недовольством произнес Юйвэнь Ху. Он будто забрел не туда, словно это не дворец его супруги, а покои обычной женщины.

– Ваше величество, – первым пришел в себя Юйвэнь Юньфэй, поставил принца на землю и, приникнув к земле, дрожащим голосом поприветствовал государя.

Мужун Цзялянь тоже отложила рукоделие, притянула к себе сына и опустилась на колени.

– Решил по пути зайти, посмотреть, как тут у вас дела. Цзялянь, как твоя рана, не беспокоит? – Юйвэнь Ху не поднял ее с колен, он как вкопанный замер на месте, оглядываясь по сторонам.

– Юйвэнь Жуйцзи, подойди ко мне, обнимешь папу?

Юйвэнь Ху заметил, как в глазах принца, которому было почти пять, мелькнул страх. Как долго он не проводил время с сыном? Уже слишком давно, он даже и не помнит, когда это было в последний раз. Неудивительно, что ребенок не испытывает к нему ласковых чувств.

– Жуйцзи, подойди к отцу, – Мужун Цзялянь потянула маленькую ручку сына, подталкивая его к императору.

Мальчик вырвался из рук матери, кинулся к Юйвэнь Юньфэю и спрятался за его спину. Все словно оцепенели от неловкости. Юйвэнь Ху беспомощно улыбнулся и махнул рукой – навязанное проявление родственных чувств ему было ни к чему. Нечего строить иллюзий, здесь в его опеке и заботе совершенно не нуждаются.

– Ло Шэньли, идем. Мы направляемся во Дворец Белоснежных Цветов, – он круто повернулся и без сожаления направился к выходу.

– Ваше величество? – промямлил Юйвэнь Юньфэй, с опаской нагнав императора и надеясь получить его прощение.

– Ох… Я не нуждаюсь в твоей охране, играйся с принцем – это важнее. Только не торопись так уж сильно развлекать его – я пока не объявил наследника! – Юйвэнь Ху не удостоил его даже взглядом и гневно задернул жемчужный занавес.

Наказывать его – да это просто лишних хлопот себе добавлять и злиться попусту. Цзялянь, даже не мечтай стать императрицей! Юйвэнь Ху утвердился в своем решении – императрицей будет Чжэн Ми, а принц Юйвэнь Жуйцзинь, которого она воспитывает, станет наследником престола.

«Гулящая парочка», – про себя выругался Юйвэнь Ху на Мужун Цзялянь и Юйвэнь Юньфэя. Он сразу почувствовал, что их связывает нечто большее, какая-то мрачная тайна, ловкая хитрость, о которой знают лишь эти двое.

Во Дворце Белоснежных Цветов было тихо и спокойно. Чжугэ Люйюнь кормила маленькую принцессу Юйвэнь Жуи, мать и дочь были одеты в платья похожего цвета. Только Юйвэнь Ху вошел в покои, как Чжугэ Люйюнь радостно отложила палочки и пиалу и крепко обняла его мощное тело. Маленькая принцесса тоже подошла, взялась ручонкой за полу его одеяния и нежно пролепетала:

– Батюшка-император, я скучала по тебе.

– Ах, мое ты сокровище! Я тоже скучал по тебе. – Юйвэнь Ху присел на корточки, его борода и усы кололись, от чего принцесса захихикала.

Негодование, скопившееся в груди Юйвэнь Ху, вмиг развеялось – он наконец вернул себе чувство, что он единственный мужчина, он глава и хозяин семьи. Чжугэ Люйюнь нуждается в нем, принцесса Юйвэнь Жуи тоже.

– Ваше величество, вы утомлены. Я как раз сварила мягкую рисовую кашу на курином бульоне, попробуете? – На фоне дочери Чжугэ Люйюнь выглядела блекло и невзрачно.

Девушка пренебрежительно махнула служанке Юцао рукой, и та подошла с подносом, на котором были аккуратно расставлены серебряная пиала с кашей, пара серебряных палочек и хрустящие ароматные лепешки. От вида угощений у Юйвэнь Ху так