минуты на мой нейроинтерфейс пришло уведомление от всеобщего информационного центра:

Регистрация Великого Дома Северных Медведей восстановлена.

Внесены изменения — домашняя звёздная система — «Последний ковчег».

Варп-маяк отсутствует.

Внесены изменения — новый Глава Великого Дома Северных Медведей — князь Ратибор Святославович Медведев.

Восстановлен зарегистрированный ранее герб Дома.

Внесены изменения — текущие владения: звёздная система «Последний ковчег».

Себастьен внимательно посмотрел на меня:

— Значит, звёздная система «Последний ковчег» без варп-маяка. Интересно. Выходит, ваш корабль может прыгать в другие системы, даже если в них отключён варп-маяк, — Себастьен не спрашивал — он констатировал факт.

Я лишь пожал плечами:

— Всё именно так, Себастьен. Я так понимаю, такие уведомления получили все главы Домов и официальные дипломаты?

— Да. Теперь о вашем Доме знает вся галактика. Не рано ли вы явили себя миру, Ратибор Святославович? — Себастьен продолжал внимательно на меня смотреть.

— Жизнь покажет, Себастьен. В любом случае это уже сделано, — ответил я.

Дни шли, складываясь в недели. Георгий и Каэль больше со мной не общались — так же, как и Себастьен.

Однажды утром я услышал в своей голове голос Яра:

— Ратибор, тело готово. Я могу начать внедрять сознание, но надо убить девушку.

— Хорошо, Яр. Я свяжусь с Домом Валуа, — ответил я.

Позавтракав, я отправился на командную палубу орбитальной станции, где располагался дипломатический сектор и кабинет Себастьена. Возле дверей стояла охрана в форме гвардейцев Дома Валуа.

— Сообщите дипломату, что прибыл глава Великого Дома Северных Медведей, — обратился я к гвардейцам.

Один из них постучал и скрылся за дверями. Буквально через минуту он вернулся и, поклонившись, произнёс:

— Господин Себастьен Клод де Монжуа ожидает вас. Проходите.

Я вошёл в кабинет. На этот раз Себастьен сидел за маленьким столиком с книгой в руках. Я удивлённо на него посмотрел: печатные книги уже давно никто не делал — по крайней мере, двести лет назад.

Заметив моё удивление, Себастьен встал и аккуратно убрал книгу на полку, где стояло ещё несколько экземпляров.

— Добрый день, князь. Книги — моя страсть, но найти их практически нереально. Это наследие, которое осталось от нашей родины с Земли. Хорошо хотя бы, что все они теперь обработаны химическим составом, который не даёт превратиться им в труху, — он бережно погладил свои книги. — Последний экземпляр, который я смог достать, обошёлся мне в пятьдесят семь миллионов кредитов. Практически стоимость лёгкого крейсера.

— Я не знал, что книги стоят таких баснословных сумм, — сказал я. — Думал, что они уже никому не нужны, ведь любые книги можно читать через нейроинтерфейс.

— Вы просто не понимаете, князь, — Себастьен вздохнул и повернулся ко мне. — Ладно, хватит про книги. С чем пожаловали?

— Тело готово. Надо лишить жизни девушку. Пока она жива, я не смогу внедрить в тело её сознание. Я уже говорил вам: технология не даст создать двойника, — ответил я и посмотрел в глаза Себастьену.

— Хорошо. Сегодня она погибнет, князь. Когда нам ожидать её появления здесь? Король желает лично убедиться, что это она и девушка полностью здорова, — Себастьен снова опустился в кресло и предложил мне присесть в соседнее.

— Я сообщу вам, Себастьен. Но как вы узнаете, что она здорова, если ваши доктора не смогли установить причину её болезни? — зацепился я за его слова.

Себастьен на миг замешкался, но я успел это заметить.

— Вы знаете причину её болезни, — сразу сказал я, теперь очень внимательно наблюдая за дипломатом. — Себастьен, ваши доктора нашли причину — вот почему вы так уверены, что сможете установить, больна она или нет. — Я продолжал давить на дипломата. — Себастьен, это ваш Дом подселил к ней нанитов?

Дипломат посмотрел мне в глаза и усмехнулся:

— Значит, вы тоже выяснили причину, князь. Что ж, похвально. Нет, это не мы подселили ей нанитов. Мы сами обнаружили их совершенно случайно. Можно сказать, нам просто повезло. — Дипломат замолчал, задумавшись, но, приняв решение, продолжил: — Я вам говорил, что наши доктора уже давно изучают её болезнь. Но в тот раз я вам сообщил, что причины мы найти не можем. Признаю: это была ложь. Мы уже знали про наниты. Но решили не вмешиваться в процесс. Девушка уже была калекой — и даже если бы мы уничтожили нанитов, долго бы она не прожила. Слишком большие разрушения тела. Поэтому мы продолжили исследования.

— Как вы обнаружили нанитов? — спросил я.

— Когда наши доктора в очередной раз обследовали Милославу, она уснула. Сама, без снотворного. Ведь если вколоть снотворное, наниты прекращали свою деятельность, — ответил Себастьен.

«Это так, Ратибор», — услышал я в голове голос Яра. — «Я тоже обнаружил их деятельность, когда она спала самостоятельно».

«Ты что, постоянно следишь за мной?» — возмутился я.

«Да. Я же тебе говорил, что не могу нарушить протокол», — ответил Яр.

— Что ещё вы выяснили? — поинтересовался я.

— Наш искусственный интеллект сделал вывод, что в наниты заложили другую программу, а потом подселили к девушке. Зачем это сделано, мы так и не поняли. Слишком извращённый способ убийства. Мы долго разговаривали с Милославой, пытаясь выяснить, где ей подсадили нанитов. Наши агенты и информаторы занимались поиском, — Себастьен замолчал.

— И что вы выяснили? — я смотрел на него.

— Мы думаем, что это Меровинги. Считаем, что они разрабатывают какое-то новое оружие на основе внедрения нанитов. Но прямых доказательств у нас нет. А Милослава была лишь подопытным, на которой поставили эксперимент. Тем более Георгий, как один из десяти глав Синдиката, им всегда не нравился. А наниты ей подсадил граф Велен — сразу, как только они вернулись с планеты «Эдемия Лазурь». — Себастьен замолчал и посмотрел на меня. — Мы считаем, что разработки ведутся на Меровинг-4, или, как называют эту планету Меровинги, — «Морган». Это ледяная планета с подповерхностными океанами. Там расположены тайные лаборатории,