грудь, когда он сокращает расстояние. Борода щекочет кожу. Я стону, чувствуя, как он снова входит в меня, и впиваюсь ногтями в его спину, пока он наращивает темп.

О, Боже.

Это чертовски приятно. Раунд номер пять, меньше чем за двенадцать часов, начинается, и он сжимает мою челюсть, заставляя меня оторвать голову от подушки. Он целует меня, шепча «я люблю тебя» прямо в мои губы всё это время.

ЭПИЛОГ.ДЭННИ

Мой член шевелится в форме, когда я вижу Ари в платье для беременных.

Она на седьмом месяце, носит наших близнецов, и это настоящее благословение — наблюдать, как в ней растут дети, которых я подарил в ней в ту ночь, когда спас ее от Омара.

Она забеременела в ту самую ночь, когда я излил всю свою любовь в нее прямо у дерева. Ночь, полная хаоса и обреченности, проносится в голове так ясно, будто это было вчера. Ее черные волосы мерцали в зимнем лунном свете. Грудь подпрыгивала снова и снова, пока я вколачивался в нее так глубоко, как только мог.

Женщины — прекрасные создания. Хрупкое тело Ари, в котором растут наши малыши, поражает меня каждый день, когда я просыпаюсь и вижу ее живот, такой восхитительно идеальный.

Она создает жизнь.

Никогда не думал, что стану верующим после всего, что видел за годы службы. Но потом в моей жизни появилась мой ангел именно тогда, когда я нуждался в ней больше всего. Она уничтожила моих демонов, спасая меня от самого себя.

Если бы не она, я бы, наверное, и дальше жил как эгоистичный ублюдок, топя свою жизнь в выпивке и убийствах.

А теперь она носит под сердцем две невинные жизни, которые я поклялся защищать до конца своих дней.

Как мне не верить в рай, если само существование Ари служит доказательством того, что он есть?

Я никогда не был религиозным, но всё изменилось. С тех пор как мы поженились, я каждое воскресное утро хожу на мессу в местную католическую церковь на базе вместе с Ари и ее матерью. Мне еще многому предстоит научиться, но начало положено.

Скоро я отправлюсь на задание, а она может родить со дня на день. Есть реальная вероятность, что я всё пропущу.

— Я мог бы провести остаток своих дней с языком внутри твоей киски и рукой, обхватывающей твою задницу.

Ари судорожно вдыхает, ее бедра дрожат на моих плечах, пока я сосу ее чувствительный набухший клитор.

Мой член пульсирует от боли, а потребность почувствовать ее сжигает изнутри. Единственное, что способно потушить этот пожар похоти — ее бархатное нутро.

И она его потушит… но сначала мне нужно заставить мою беременную жену кончить.

Ее пальцы зарываются в мои волосы, а тихие, прерывистые стоны заполняют спальню.

— Вот так, хорошая девочка. Твои стоны такие же сладкие, как твой вкус, детка. — Её крики заставляют ещё больше крови прилить к головке моего члена, и я уже готов кончить прямо в штаны, просто возбуждаясь от звуков, которые она издаёт, когда мой язык трахает её идеальную киску.

— Дэнни… я сейчас… — Ари снова издает высокий стон, не в силах закончить фразу из-за прилива экстаза. — Я сейчас… — повторяет она, пока мой язык раз за разом скользит по ее клитору, поднимаясь от складочек и слизывая мед, который она источает для меня. Я ввожу три пальца, проталкивая их внутрь снова и снова. Она сводит бедра, плотнее сжимая мою руку. Её мягкая кожа прижимается к моим щекам, и мой ангел вот-вот сыграет мне симфонию своими криками.

Затем она выкрикивает моё имя. Её пальцы ног подгибаются, когда оргазм пронзает её тело, а тяжёлое дыхание эхом разносится по нашей спальне.

Она так опьяняет. Я никак не могу насытиться вкусом ее вишневых губ.

— Хочу, чтобы ты кончила еще раз.

— Что? — Её грудь вздымается и опускается. Она смотрит на меня, всё её тело всё ещё дрожит после того, как она кончила на моё лицо и пальцы.

— Ты слышала. Мне нужно почувствовать, как моя беременная жена кончает прямо на мой член.

Я тянусь и стягиваю ее платье, чтобы открыть больше тела.

Она хотела сделать фотосессию для беременных до того, как я уеду на задание сегодня ночью. Я не из тех, кто любит фотографироваться. Ненавижу всё, что связано с соцсетями, и снимки — это точно не мое.

В моей камере полно всякой случайной херни. В основном это по работе. А если там и есть мои фото, то на них всегда Ари.

Но всё, что хочет моя жена, она получает.

Ари перекатывается на бок, выставляя живот напоказ.

Я за секунды сбрасываю форму, полный решимости оказаться внутри нее.

Опираюсь на кровать рядом с ней, матрас прогибается под моими костяшками. Мой вес заставляет Ари немного опуститься, когда я пристраиваюсь так, чтобы ее задница обхватила мой член.

Мои руки ложатся на её живот, обхватывая его с боков.

Провожу пальцем по её бедру, целуя её плечо, затем прикусываю его, и она в ответ стонет.

Мои пальцы скользят по ее бедрам, мой твердый член зажат между ее ягодицами, и у меня появляется искушение трахнуть ее и туда.

Ещё несколько месяцев, и я ворвусь её задницу. Ещё пару месяцев, и я увижу, как она проливает прекрасные слёзы, пока давится моим членом.

Всего. Пару. Месяцев.

Когда моя рука касается её фиолетовых растяжек, она вздрагивает и напрягается.

Я в недоумении поднимаю брови.

— Прости. Это плохо, что они мне не нравятся? — шепчет она, крепче сжимая мои пальцы, желая оттолкнуть.

— Не стыдись своего тела, детка. Оно у тебя такое из-за меня. Ещё одно напоминание, что ты моя. Эти части тебя — мои любимые.

Она запрокидывает голову, сильнее откидываясь на моё плечо.

Я пользуюсь тем, что она выгибает спину навстречу мне. Беру ее набухшую грудь в рот, посасывая и покусывая чувствительный сосок через плечо, не переставая ласкать ее пальцами.

Вхожу в нее медленно, и она шипит, пока я растягиваю ее. Продолжаю сосать грудь, покачивая бедрами внутри.

Я перестаю сосать её грудь и кладу руку ей на горло, пока трахаю её, смакуя каждую секунду, будто она последняя. Потому что, возможно, так оно и есть. Я никогда не знаю, вернусь ли живым с задания, но Ари и наши дети дают мне причину сражаться как проклятый.

— Ты всегда будешь прекрасна для меня, Ангелок.

Она никогда не