что Кейн, Престон и остальные игроки команды старались удержать линию обороны, я все испортил, и теперь всем остальным приходится страдать от моего скверного настроения.

Тренер Слейтер отводит меня в сторону, чтобы высказать все, что он обо мне думает, и напоминает, что моему отцу не понравится то, что он называет «худшей игрой за всю мою карьеру».

К черту моего отца.

Если он хотел, чтобы моя игра и статистика в этом сезоне были идеальными, возможно, ему не стоило показывать мне то письмо или записи с камер видеонаблюдения.

Ему стоило поступить как Джулиан и оставить меня в неведении до конца моих дней. Так было бы лучше для него, для меня и для всего мира.

Но нет, он должен был заставить меня усомниться в моих отношениях с матерью.

Джулиан сказал, что все эти годы Регис ненавидел меня за то, что я возвел ее на пьедестал, а его в своей голове называл Люцифером.

Так что раз я никогда не смогу проникнуться симпатией к своему отцу, то он решил, что и к своей матери я ее больше испытывать не должен.

Он всегда был отвратительным жестоким ублюдком.

Всякий раз, когда мне что-то нравилось или я к кому-то привязывался, он на собственном горьком опыте показывал мне, что такие, как мы, не привязываются. Все – это сделка, включая межличностные отношения.

Он одобряет мою дружбу с Кейном и Престоном только потому, что они часть нашего мира и понимают значение наследия, которое мы должны сохранить.

После того как я выслушал болтовню тренера о том, что на самом деле я отличный игрок, но позволил эмоциям взять верх и должен быть более внимательным к команде, которую сегодня подвел, я выхожу с арены с телефоном в руке.

ДЖУД

Где она?

ЛАРСОН

Дома.

ДЖУД

Как давно она пришла?

ЛАРСОН

Несколько часов назад. После того как заехала в Стантонвилль.

Ларсон сказал, что Вайолет поехала в «РАЙ», вероятно, чтобы навестить Лауру и ее дочь, потому что Вайолет не забывает ни о ком в своей жизни. Например, она до сих пор постоянно навещает Марио и даже разговаривает с ним. По ее словам: «никогда нельзя знать наверняка. Он может меня слышать. Я хочу составить ему компанию».

Однажды она сказала, что ее вышивки хорошо продаются, но вместо того, чтобы потратить эти деньги на себя, она купила кучу вещей для дочери Лауры.

Даже с Ларсоном рядом мне все равно не нравится, что она ездит в это мерзкое место.

Что-то тяжелое ударяется мне в спину, и я теряю равновесие.

Престон прыгает передо мной и ухмыляется.

— Отвези меня домой.

— Я тебе не гребаный шофер.

— Ты будешь тем, кем я, черт возьми, захочу, учитывая, что ты подставил нас на сегодняшней игре, и теперь мы отстаем от «Волков».

— Я, по-твоему, играю в хоккей только ради того, чтобы победить «Волков»?

— А зачем еще? Они самые надоедливые ублюдки, так что их нужно уничтожить, — он снова улыбается. — В любом случае, я еду с тобой.

Он идет рядом со мной, полностью игнорируя мои попытки оттолкнуть его.

— Как чертовски обидно, что, несмотря на мои жертвы, разбитую губу и провокации, из-за которых в моем списке врагов станет еще больше, твои жалкие штрафы привели к нашему поражению.

— Хватит драматизировать, — я толкаю его в сторону машины. — Ты бы все равно вел себя как гребаный провокатор.

— Верно, но не заработал бы по своему прекрасному личику, — он постукивает по уголку губы. — Из-за тебя моя безупречная внешность пострадала, так что тебе придется загладить свою вину передо мной. Рассказывай, здоровяк, что, черт возьми, так вывело тебя сегодня из себя.

— Просто исчезни с глаз моих, Прес.

— Не-а, — он подходит вплотную ко мне. — Ты сам не свой, и Ви постоянно спрашивает, все ли с тобой в порядке. И ты ее теперь избегаешь. Что ты натворил?

— Почему ты думаешь, что это я что-то натворил?

— Потому что она добрая, милая и мухи не обидит. Чего не скажешь о тебе.

— Чей ты друг?

— Конечно, твой, поэтому я и называю тебя придурком, — он ухмыляется. — Ну же, поболтаем за рюмочкой?

Не хочу.

Но мне нужно с кем-то поговорить, хотя Престон – не лучший вариант. Он будет паясничать и постоянно повторять: «Я так и знал», что моя мама была не в себе, а моя одержимость местью – странная.

— У меня есть идея получше! — Престон хлопает меня по плечу. — Ворвемся к Кейну домой и заставим его что-нибудь нам приготовить, а потом дадим тебе какой-нибудь дельный совет. Идем? Рад, что ты согласился, забили!

Я качаю головой, но сажусь на водительское сиденье его машины, а он включает какую-то ужасную громкую музыку и начинает фальшиво ей подпевать.

Боже.

Но, по крайней мере, возможно, после того как я поговорю с парнями, я смогу нормально встретиться с Вайолет.

Глава 33

Вайолет

— Что ты вообще здесь делаешь? — спрашивает Далия, уперев руку в бедро и свирепо глядя на Престона сверху вниз.

Он срывает несколько виноградин и набивает ими рот, а затем осматривается по сторонам.

— Ты со мной разговариваешь, Дакота?

— Далия! Ты явно делаешь это нарочно, придурок! И вали отсюда. Это наш с Ви пикник.

— Нет, наш. А ты иди, карабкайся на Кейна, как на дерево.

Ее лицо краснеет, но она пытается пнуть его, а он, схватив сэндвич, отползает назад на пледе. Не думаю, что есть, катаясь по земле, нормально или хотя бы удобно, но Престон, похоже, справляется с этим без каких-либо проблем.

— Она моя сестра, я в приоритете, — бормочет Далия, плюхаясь рядом со мной.

— Что упало, то пропало, ну ты поняла, — он подкатывается ближе к нам, опираясь на локти и ухмыляясь.

Сегодня он выглядит немного иначе, хотя не могу понять почему. Он одет в джинсы, белую футболку и бомбер «Гадюк». Его волосы растрепались, а глаза немного потускнели.

Мы с Далией решили устроить пикник в местном парке, учитывая, что сегодня прекрасная погода, и Престон, как обычно, решил к нам присоединиться. Однако на улице все еще немного прохладно, так что, скорее всего, нам придется собрать вещи и уйти.

Поскольку сегодня выходной, здесь полно