судя по всему все были если не заселены, то пущены на нужды многочисленных штабистов, тыловиков, лекарей, ремонтников и прочий люд.

— Это вас доставили из лагеря Апраксина? — встретил нас у ворот, ведущих на территорию штаба молодой, не старше двадцати двух лет Мастер.

— Да, — подтвердил я.

— Прошу за мной, сударь. Вас уже давно ждут! — строго, будто даже с претензией заявил этот хлыщ и, не оглядываясь, двинулся вперед.

Нормально… Этот хрен вообще ни во что не ставит ни мой ранг, ни меня самого. В любой другой день я бы непременно устроил этому выскочке хорошую взбучку, просто порядка ради, но сейчас меня действительно ждут люди, которых явно лучше не игнорировать. Так что засранцу повезло… Ну а вообще даже интересно, что у него за происхождение, если ему и Архимаги не указ. Очередной высокомерный говнюк из Великого Рода, причем явно из одной из высших его ветвей — рядовые члены такое поведение по отношению к магам высших рангов себе позволить не могли. Тут никакая фамилия не поможет — свои же трепку зададут, дабы хвост слишком высоко не задирал. Иерархия в магическом обществе — штука хоть и сложная, но жесткая.

Шли мы, кстати, совсем не к главному, самому крупному зданию, где по идее и должны были сидеть все важные шишки. Пройдя мимо него мы углубились в небольшую рощицу — явно часть защитных мер штаба, ибо различной магии в этом месте было с преизлихом. Работа сильных, умелых друидов шестого и седьмого рангов, не меньше…

— Кто именно меня ждет-то? — поинтересовался я через десяток минут нашего молчаливого шествия.

А на горизонте замаячила, стремительно приближаясь, до боли знакомая аура, от которой на лицо само собой наползла кривая улыбка.

— Узнаете по прибытию, — отрезал он. — Не задавайте лишних вопросов, сударь. Если сочтут нужным — вам всё объяснят по прибытии. Что сомнительно, — уже тише добавил себе под нос молодой Мастер.

— Майор, ты ничего не напутал? — из лесного полумрака, из самых темных теней выступила высокая, подтянутая фигура в мундире генерал-майора и черном, мерцающем тусклыми искорками плаще. — Каким тоном ты разговариваешь со старшим по рангу, званию и статусу, самоуверенный хлыщ⁈ На основании чего ты игнорируешь заданные тебе вопросы?

— Я…

— Головка от х**, — весьма нецензурно перебил его чародей. — То, что твой дед Маг Заклятий не дает тебе права задирать нос перед Архимагами. Мой господин, простите за столь нерадужный прием и за то, что вас встретил именно этот недоумок.

Парень покраснел и сжал кулаки до хруста. Аура начала наливаться силой, готовая в любой момент выплеснуться атакой, потекли потоки маны в активируемых артефактах… Казалось, ещё миг — парень нападет на своего обидчика, невзирая на последствия. Очень, очень странная картина — сопливый Мастер-малолетка, что собирается кинуться на Архимага. Отдает бредом и сюрреализмом — когда я был на четвертом ранге, несмотря на все свои знания, память, силы и навыки я дышать боялся в сторону Архимагов. И вполне обоснованно — при разнице в три ранга победить можно лишь в одном случае. Как тогда, когда я пленил Архимага Шуйских — ударом в спину, когда он ранен и совершенно истощен. И атаки с твоей стороны не ожидает совершенно… И даже тогда — помниться, просчитайся я хоть немного, будь у подранка хоть миг на то, что отреагировать, нас бы всех обратило в пепел…

Я внимательнее вгляделся в ауру парня, сплетая и накладывая разом множество заклятий — Познание, Сенсорику и прочие чары, что призваны были предоставить мне более подробную картину по моему невежливому проводнику. Может, я чего-то не понимаю? Может, он такой же перерожденец как я, только со своими секретами? Или просто маскирующий свою силу и ранг чародей, как минимум тоже седьмого ранга?

Но нет. Ничего подобного — передо мной самый обыкновенный молодой маг. За исключением того, что очень талантливый. Нет, скорее даже гений — из тех, кто имеет все шансы взять в будущем ранг Мага Заклятий, явно достигший уровня Мастера до двадцати и сейчас уже не слишком далекому от взятия ранга Младшего Магистра. При артефактах, кстати, и весьма непростых — пожалуй, с этими вещами он вполне способен прикончить большинство Старших Магистров или побарахтаться против слабенького Архимага, пусть и очень недолго…

Но стоящий перед ним чародей среди себе подобных был отнюдь не слабаком. Больше того, за то время, что мы не виделись, мой друг изрядно окреп и развился — сейчас он по праву мог считаться чародеем пусть не из верхней планки, но выше среднего точно. И никакие дорогущие фамильные артефакты, выданные ради безопасности семейному гению, не помогли бы ему против такого противника. Их возможная схватка закончилась бы за секунду, максимум две… И не знать этого парень из Великого Рода просто не мог.

— Однажды я стану сильнее вас, господин Николаев-Шуйский… или Смолов? Ну или как там вас вообще, даже не знаю… — со злой насмешкой процедил парень. — В отличии от вас я — гений, которой обязательно достигнет восьмого ранга. Не говоря уж о разнице между нашими Родами.

— Гений? — хохотнул Петр и шагнул к нам.

Сверкнули семь разноцветных молний, пронзающих круг, на черном плаще волшебника. Сверкнули в такт словам, от которых парень дернулся так, будто его с оттягом, от души перетянули вдоль спины длинным кожаным хлыстом:

— Гений стоит позади тебя, мальчишка! Тебе двадцать один и ты пике ранга Мастера… Как и моему господину — вот только ваше сходство на возрасте и заканчивается. Рядом с тобой двадцатилетний Архимаг, уже успевший самолично убить с десяток противников аналогичного ранга, стать героем многих сражений, человек, при котором наши войска не проиграли ни одного сражения, тот, кого враги зовут Кровавым Палачом, Магаданским Мясником и ещё десятком различных прозвищ… Вот это — гений, которому не стыдно служить! А ты… Ты так — плесень на сапогах своего Рода, отсиживающаяся в тылах и настоящего боя отродясь не видевшая. Комнатный цветочек, что грозит, став когда-нибудь большим и сильным, отомстить всем, кто не целовал его в попу… Проваливай, Рысев, не гневи богов и не искушай судьбу — я ведь могу и осерчать оп-настоящему!

Вы не поверите, но лишь когда Петр указал на меня рукой и начал нахваливать, мой провожатый удосужился приглядеться ко мне, а затем начать прощупывать мою ауру восприятием. Он что, реально не знал,