— Да, я так считал. Я приехал сюда ночью перед тем, как отправиться на юг. На небе не было ни облачка, и над Пограничными землями ярко сияла Гелах. Я подумал, что это знак. Возможно, так оно и было. Возможно, она привела меня к тебе. — Он проводит рукой по губам. — Ты действительно хочешь найти Сердце Луны?

— Да.

Я почти ожидаю, что он передумает и скажет мне, что я не могу уехать.

— Хорошо.

— Ты собираешься позволить мне?

— Здесь тебе небезопасно. Больше нет. Александр хочет тебя, а я пока не в силах контролировать всех волков в своем королевстве. Я больше не допущу ошибку, доверяя людям слишком легко. Люди Александра готовятся к нападению на Мадах-Аллайх, и когда начнется сражение, я не могу быть уверен, что никто не предаст меня. — Он прикусывает нижнюю губу. — Но я не могу позволить тебе путешествовать одной. Это слишком рискованно.

Чувствую, как долгий выдох обдувает мое лицо.

— Ты хочешь отправить со мной Филиппа, не так ли?

— Вчера у меня был с ним разговор. Он вызывает у меня раздражение, но я не вижу в нем ничего плохого. Он твой брат, и он защитит тебя, когда я не смогу. Я собираюсь сказать ему, чтобы он возвращался к своей королеве в Снежные земли и привез ее сюда.

Поворачиваю голову к нему, стискивая зубы, чтобы не дать боли, которая разрывает меня на части, вырваться наружу. Он грустно улыбается мне.

— Не жениться на ней. Попросить ее сражаться вместе с нами. Я не знаю, чему верить, когда речь заходит о Боге Ночи. Просто чувствую, что скоро нам понадобится больше армии. Ты сказала, что хочешь отправиться в Глас-Кладах — их порт ближе всего к Снежным землям. Он может сопровождать тебя туда, и я рекомендую тебе отправиться с ним на родину.

— Хорошо.

Его брови приподнимаются, словно он не ожидал, что я соглашусь.

— Я думал, что мне придется бороться.

— Я борюсь. Даже если ты нет.

— Всегда знал, что в твоей душе есть огонь.

— Я думала, что ты ошибался, когда говорил это обо мне. Возможно, ты был прав. — Я поднимаю на него взгляд. — Что ты собираешься делать с Блейком?

Широкие плечи Каллума расслабляются.

— В конце концов, я его отпущу. Пока тебя нет, он не представляет для меня угрозы, и я не могу рисковать, чтобы он пострадал, ведь ваши жизни связаны. Гелах знает, что у него здесь столько же врагов, сколько и у меня. Я просто хочу убедиться, что ты покинешь королевство до того, как он окажется на свободе. — Он сжимает руки так сильно, что костяшки пальцев белеют. — Ты же знаешь, он придет за тобой.

— Да, — выдыхаю я. — Знаю.

— Возможно, было бы не так уж плохо, если бы он нашел тебя.

Боль пронзает меня насквозь.

— Почему ты так говоришь?

Каллум пожимает плечами.

— Он не причинит тебе вреда, я уверен. Для всего происходящего должна быть причина. Сначала я думал, что Гелах создала эту связь, потому что хотела, чтобы он стал королем, и чтобы вы объединили королевства. Но я не могу смириться с мыслью, что моя богиня хотела, чтобы на троне был южанин. Должна быть другая причина. — Он качает головой. — Я презираю его, но верю, что в нем есть доброта, спрятанная глубоко внутри.

Когда-то я тоже в это верила. Сейчас я вижу, что это не так. Но однажды я сказала Каллуму, что Блейк, возможно, не так плох, как мы думали, и он сказал мне, что я ошибалась.

— Что заставило тебя передумать?

— Маленький мальчик из Лоуфелла. Альфи. Я понял, почему узнал его.

Понимаю, что никогда не говорила ему, что Альфи — сын Магнуса.

— Так мы выяснили, куда Джеймс увез тебя, — говорит Каллум. — Блейк отправил сообщение в Мадах-Аллайх, и Магнус ответил. Я уверен, что Блейк заставил нас поверить, что он взял мальчика и его мать в заложники, чтобы контролировать Магнуса. Но этот маленький мальчик не был угрозой, он свободно бродил по замку, счастливый, здоровый, разбалованный. — Каллум качает головой. — Нет. Я думаю, он предоставил им убежище в своем замке, потому что знает, что Магнус — жестокий человек. Думаю, Блейк, как и я, понимает, что не все мужчины подходят на роль отцов.

— Это не делает его хорошим человеком.

— Нет. Но это дает мне надежду, что при определенных обстоятельствах он мог бы им стать.

Он вздыхает, и пар от его дыхания оседает у него на лице. Туман над озером рассеивается, открывая серебристую воду. Я качаю головой, ковыряя расшатавшийся камень в стене.

— Люди не меняются.

— Все уже изменилось, хотим мы того или нет, — говорит он хриплым голосом. В его тихом голосе слышится печаль. Мои глаза наполняются слезами, потому что я понимаю, что он прав. — Никогда не забуду, как впервые увидел тебя на собачьих боях, — продолжает он. — То, как ты выдерживала мой взгляд. Упрямая, полная огня и такая прекрасная.

Поднимаю взгляд к небу.

— Я вернусь к тебе, Каллум. Это не прощание.

— И я буду ждать тебя, всегда, — отвечает Каллум, его голос напряжен. Он выпрямляется и отступает на шаг, и я понимаю, что все вот-вот закончится. Я не готова. Как я могу быть готова?

— Ты обнимешь меня? — спрашиваю я. Мой голос звучит тихо и неуверенно.

Каллум делает глубокий вдох. Между нами, словно разверзлась бесконечная пропасть, и я думаю, что он уйдет. Но вдруг меня окутывает тепло его тела, когда он подходит ко мне сзади. Он обнимает меня, притягивая спиной к своей груди и кладя подбородок мне на макушку.

— Да.

Рядом с ним я чувствую себя в безопасности. Пытаюсь сдержать слезы, но горячая слеза скатывается по моей щеке. Он шмыгает носом, и я чувствую спиной как бьется его сердце.

Вместе, обнявшись, мы смотрим на небо над горами.

Глава пятьдесят четвертая

У меня тяжело на сердце, когда мы с Филиппом покидаем Мадах-Аллайх.

Нам предстоит отправиться на запад, к небольшому морскому порту Глас-Кладах. По приказу Каллума мы сначала поедем через долину на север, чтобы избежать встречи с армией Александра, которую заметили движущейся в нашем направлении.

Фиона приготовила для меня гнедую лошадку по имени Хизер, которую я оседлала. Перед отъездом она крепко обняла меня и сказала, что надеется на нашу следующую встречу. Миссис Макдональд упаковала для меня сумку с хлебом, вяленым мясом и орехами, а также еще одну из своих любовных историй, которую с подмигиванием спрятала среди других вещей. Каллум