дверь, и в гостиную вошла Рута. Ее щеки ярко пунцовели, но желто-карие глаза смотрели уверенно и чуть воинственно.

– Панде Катаржина, вы сказали прийти, – отчеканила она, застыв перед ней. Несмотря на кажущуюся уверенность, ее голос сорвался на писк.

– Ты это нашла? – Катаржина кивнула на карту и платок.

– Да, панде Катаржина.

– И где это было?

– В спальне на третьем этаже. Там еще огромная кровать, камин и целая куча сигар, а на стене висят кинжалы…

Катаржина жестом показала, что она может не продолжать. Рута описывала спальню Игната, хотя сама могла не знать, кому именно эта комната принадлежит.

Поднявшись с дивана, Катаржина подошла к ней. На каблуках она смотрела на Руту сверху вниз. Та уставилась на нее, распахнув огромные, почти детские глаза.

– Это все очень серьезно, старший офицер Фернадская, – медленно проговорила Катаржина. – Если вы врете или если вы сами как-то это туда подкинули, то за такое вас и вашу семью ждет каторга, если не казнь. Пострадаете вы сами, ваши родители, братья, сестры, любимый человек… Даже ваш хомячок и тараканы, живущие за шкафами на кухне. Вы очень сильно пожалеете, если посмеете мне соврать.

– Я не вру! Это правда было там! – выпалила Рута. Ее глаза налились влагой, нижняя губа надулась и затряслась. Во всем ее лице сквозила обида, но не страх. Катаржина потянулась к ней, вдыхая аромат, который выпускали ее железы.

– Панде рысь не лжет, – подал голос Ангелар. – Я тоже там был, и еще пара офицеров, которых мы позвали. Мы вместе двигали кровать. Панде рысь очень настаивала, чтобы мы посмотрели, что там.

– Сколько раз вам говорить: зовите меня старший офицер Фернадская, а не панде рысь! – обиженно воскликнула Рута, словно забыв о Катаржине, которая явно ее пугала до дрожи.

– Как же ты догадалась, что тайник именно там? – поинтересовалась Катаржина, ухватив ее ногтями за подбородок и повернув ее лицо к себе.

Рута вздрогнула, словно хотела вывернуться из ее хватки, но удержала себя.

– По звуку. Я простукивала пол и поняла, что где-то есть полость.

– Умно, – протянула Катаржина. – Напомни потом, я позабочусь о том, чтобы тебе выписали премию. Но пока для тебя и твоих ребят есть другое задание.

Подойдя к столику, она взяла карту, скрутила ее и бросила Руте – та ловко поймала ее в воздухе.

– Бери своих людей, и идите в сад. Судя по карте, под фонтаном находится вход в подземные туннели. Постарайтесь его отыскать. Попросите у пандера Людмила, чтобы дал вам дождевики, фонари, лопаты и что еще вам там может понадобиться.

– Есть! – Рута едва не подпрыгнула, отдавая ей честь.

– А для вас, мой дорогой полковник Ангелар, у меня есть другое задание, – сказала Катаржина, усаживаясь на подлокотник дивана рядом с ним.

– Для вас – все что угодно, панде, – ответил тот, лаская ее взглядом.

– Домак, ты тоже соберись! – приказала Катаржина.

Застывший у окна Домак мрачно кивнул.

Катаржине пришлось приложить некоторые усилия, чтобы взять себя в руки и вернуться в столовую как ни в чем не бывало.

За окном стеной лил дождь. Темное небо разрезали молнии, ветер гнул стволы самшитовых деревьев, грозя их сломать.

Пока снаружи бушевала буря, в столовой было уютно и тепло. Звенела посуда. Виолетта разливала из большого фарфорового чайника кипяток в подставленные кружки. Служанка принесла яблочный пирог, и его сладкий аромат забивался в ноздри.

Все было так, словно ничего не произошло, но внутри Катаржины, в самом ее сердце, разверзлась кровоточащая дыра. Почти одновременно она потеряла и любимого человека, и отца, а теперь лишилась еще и брата. Ей до сих пор не верилось, что за всем стоял Игнат, но и отрицать очевидное она не могла.

Конечно, будет расследование, суд, и там они во всем разберутся, но нужно было взять его под стражу. Устраивать скандал за столом не хотелось, да и опасно. Оборотни-медведи считались самыми сильными из всех, по мощи они превосходили даже тигров и обитавших в граничащих с Содружеством южных землях львов. Кроме того, медведи были хитры и непредсказуемы.

Хотя Игнат и казался больным, если он вздумает обернуться прямо в столовой, то прежде всего пострадают простые люди – Виолетта, Агнешка, пандер Людмил и служанки. Следовало куда-то его увести.

– После ужина я хотела бы с тобой переговорить наедине, – сказала Катаржина усаживаясь на свое место и раскладывая на коленях салфетку. – Сможешь зайти со мной в кабинет?

– Зачем? – спросил Игнат, скосив на нее взгляд. Белки его глаз пожелтели, а зрачки от тусклого освещения сузились в крохотные точки.

– Что значит «зачем»? Говорю же, нам надо кое-что обсудить.

– Не держи меня за идиота. Мы оба с тобой все прекрасно понимаем, – он повернулся к ней всем телом и уставился в упор.

Катаржина замерла. Простой человек едва бы заметил, и она сама еле уловила мелкую дрожь, прокатившуюся по его горлу из-за сжимавшихся мышц.

– Назад! – закричала она, вскакивая на ноги и опрокидывая стол.

Игнат содрогнулся всем телом. Тонкая рубашка порвалась на спине, обнажив разрастающуюся густую медвежью шерсть. Кости и мышцы заходили ходуном.

Обращение в медведя завершилось в два удара сердца.

Глава 35

Со звоном разбилась, скатываясь со скатерти, посуда. Агнешка завизжала – ее придавило столом, и пандер Людмил тянул ее за руки, пытаясь вытащить. Виолетта отскочила в сторону и орала отчего-то басом. Служанка уронила на пол пирог и, сжавшись в углу, закрывала подносом лицо.

Катаржина обернулась волком, чувствуя, как рвется на лоскуты одежда и как боль на мгновение туманит мозг, прежде чем сознание становится легким и пустым.

Распахнулись двери. Внутрь влетели Домак и Ангелар, обернувшиеся на ходу, за ними с рычанием и воем устремились остальные офицеры.

Игнат, огромный, хоть и исхудавший медведь с желтоватой шерстью, взревел, и от его рыка задрожали хрустальные подвески люстры. Катаржина оскалилась, готовясь напасть. Игнат взмахнул лапой – она отскочила, уворачиваясь от острых когтей, и спиной врезалась в буфет. Тот опрокинулся, хрустальные фужеры полетели на пол.

На Игната напирали волки, карабкавшиеся по перевернутому столу. Он развернулся и ломанулся в окно, высадив раму. Катаржина кинулась за ним, следом бросились остальные волки.

Игнат бежал через сад. Розовые кусты хрустели и ломались под весом его огромных лап. Его нагоняла волчья стая.

Катаржина тяжело дышала. Злость, обида и ярость питали ее, придавали сил. Она наслаждалась охотой на более крупного зверя. Сейчас она была вожаком стаи, остальные волки следовали за ней.

Они