Здесь практически полностью отсутствовало какое-либо освещение, кроме бледного лунного света. В такой темноте меня попросту не было бы видно, а фары автомобиля, даже если бы машина подъехала вплотную, в эту сторону светить не будут. Угол не тот, да и само дерево удачно закрывало обзор.

Так что да — позиция выходила практически идеальная.

Я подошёл к дереву, упёрся плечом в его шершавый ствол. На всякий случай, негромко спросил у пацанов, видно ли меня отсюда. Те в один голос заверили, что с их позиции меня совершенно не видно. Просто потому, что темно — и точка.

Я машинально взглянул на часы. До обозначенного времени встречи оставалось ещё целых десять минут. Но, видимо, эти уроды настолько сильно хотели получить пароль от своего заветного криптокошелька, что решили приехать раньше.

В следующую секунду я увидел свет фар — к парку подъезжала чёрная иномарка.

Собственно, всё начиналось ровно так, как я и планировал. Геймеры действительно прибыли на своей чёрной машине. Лучи фар сразу же выхватили из темноты лавочку, на которой сидел Василий.

Водитель иномарки, естественно, тут же его заметил и несколько раз коротко посигналил. И надо отдать Васе должное — он так и остался сидеть на лавке, спокойно дожидаясь их там, где мы и договорились.

Бэха аккуратно заехала на импровизированное парковочное место и встала так, чтобы фары светили прямо на Василия. Причём светили намеренно — в упор. В этот момент Вася действительно выглядел как олень. Ну в смысле застывший посреди дороги под слепящим светом фар грузовика, несущегося на полной скорости.

Я отчётливо увидел, как с водительской стороны медленно поползло вниз стекло. Из салона высунулся тот самый урод, с которым мне уже доводилось созваниваться по видео. Лицо его я узнал сразу.

— Эй, Вася, иди сюда, садись в машину, — бросил он небрежно.

И вот это меня уже реально начало напрягать.

Если сейчас всё пойдёт по этому сценарию и Вася поднимется с лавочки, то его могут спокойно увезти куда угодно. А мы при этом останемся в заброшенном парке, и уже ничем не сможем ему помочь. Просто физически не успеем ничего сделать.

Но и выдавать себя прямо сейчас было крайне рискованно. Если я обозначусь раньше времени, есть вероятность, что эти уроды в иномарке не станут ни в чём разбираться. Они просто нажмут на газ, испугаются лишнего внимания и уедут отсюда. А тогда мы останемся без ноутбука Василия, ради которого, по сути, всё это и затевалось.

Нет. Вмешиваться сейчас было рано.

Я решил ещё немного понаблюдать за тем, как будут развиваться события дальше, и не торопиться с действиями.

Одновременно с этим мой взгляд машинально опустился вниз и зацепился за большую ветку. Даже не ветку — скорее уже полноценное бревно, лежащее между деревьев, словно специально оставленное здесь. Оно будто бы терпеливо дождалось своего часа.

Пусть пока полежит. В дальнейшем это бревно вполне может мне пригодиться. Всё будет зависеть от того, как именно начнут складываться обстоятельства.

Василий сразу не поддался на первый призыв. Он остался сидеть на лавочке. Пацан прекрасно понимал, что садиться в машину к этим ублюдкам совершенно не входило в наши планы. Поэтому его бывшие друзья посигналили ещё раз, настойчивее. Только после этого Вася медленно поднялся.

Возможно, в этот самый момент он ждал, что я вмешаюсь уже сейчас. Что я выйду из тени и остановлю всё прямо на этом этапе. Но нет — для моего вмешательства всё ещё было слишком рано.

Напряжение тем временем стремительно нарастало. Вася подошёл к машине, и водитель коротким кивком указал ему на заднюю дверь, где, по всей видимости, уже сидела парочка его дружков.

Василий подошёл к задней двери, замер на секунду, словно не решаясь садиться внутрь. И всё-таки сел.

Я снова перевёл взгляд на бревно, лежащее у меня под ногами. Я отчётливо понимал, что если что-то пойдёт не так, реагировать придётся мгновенно.

Я сделал медленный вдох, но нормально выдохнуть не успел. В этот самый момент дверь иномарки резко распахнулась. Я увидел, как Василий пытается выбраться наружу, но ему не дают этого сделать. Более того — почти одновременно с этим водитель иномарки вдавил педаль газа.

Ну что же — вот и мой выход.

Я метнулся к полену, которое лежало у меня под ногами, крепко перехватил его обеими руками и швырнул прямо под колёса чёрной иномарки этих уродов. Как я и предполагал заранее, клиренс у BMW был крайне небольшой. Стоило этому полену оказаться аккурат перед колёсами, как машина уже физически не смогла поехать дальше. Хотя бы потому, что низом переднего бампера она упёрлась в эту, на первый взгляд, не самую большую деревяшку.

Водитель резко затормозил, явно не желая прямо сейчас окончательно снять передний бампер со всех креплений. Судя по его реакции, он далеко не сразу понял, что вообще происходит. Не понял откуда взялось это полено.

Именно в этот момент я наконец выскочил из своего укрытия. Я прекрасно понимал, что промедли я хотя бы ещё на несколько секунд — и эти уроды уже увезли бы Василия с собой. А тогда мне бы не видать ни самого Василия, ни, что уж говорить честно, его ноутбука.

Естественно, ни один из этих вариантов меня категорически не устраивал. Да и устраивать попросту не мог.

Товарищи, увидев меня и быстро сообразив, что попали в засаду, тут же начали сдавать назад. Вот только бампер иномарки, упираясь в полено, начал натужно и противно скрипеть. Водитель стоял перед вполне конкретным выбором: либо остановиться и перестать пытаться вырваться. Ну или либо всё-таки продолжить попытку уехать — но тогда уже почти наверняка без своего переднего бампера.

Да уж, дилемма…

На то, чтобы принять решение, водителю понадобилось всего несколько секунд. Я отчётливо видел, как взгляды всех, кто сидел в машине, в этот момент разом устремились на меня. И я прекрасно понимал, что именно сейчас происходит у них в головах. Они лихорадочно пытались понять, выскочил ли я из засады один или со мной есть кто-то ещё.

Пока же их было четверо, а я — один. Василия, по большому счёту, можно было даже всерьёз не учитывать. Не исключаю, что к этому моменту он вообще потерял сознания от страха.

— Эй, да погоди ты, Вадим, — раздалось из салона бэхи. — Ты сейчас бампер на хер сорвёшь. Этот урод, походу, здесь один.

—