косу. И это оружие казалось самым правильным для текущей миссии. Эванджелине было строго-настрого запрещено идти со мной, и я расценил это как намек, что для меча Азраила сейчас неподходящее время, так что я оставил его дома в своей оружейной в безопасности. М-да, теперь я окончательно перестал быть типичным калифорнийцем, верно? И всего-то нужно — лишиться души.

Добравшись до развилки, я снова осторожно высунулся, высматривая отряд вооруженной охраны, объявивший на меня охоту. Вместо этого я заметил двоих патрульных: они шли в мою сторону, расслабленно опустив плечи. Спецназовской бдительности в них не угадывалось — обычный плановый обход территории.

Медленно, словно уходящий под воду аллигатор, я отступил обратно в свой проход, втиснулся между двумя огромными ящиками на одной из полок и буквально зарылся в темноту. Я был почти уверен, что большие лужи теней, ложившиеся между конусами свисающих с потолка светильников, задумывались для создания интимной и роскошной атмосферы, но мне они чертовски облегчали задачу по незаметному перемещению.

Я затаил дыхание, пока мужчины не спеша проходили мимо. Они лениво крутили головами, оглядывая взглядом помещение, но их негромкий разговор не прерывался ни на секунду. Профессионалы — спору нет, но глубоко скучающие профессионалы. Только сумасшедший осмелился бы напасть здесь.

Мой взгляд буквально сверлил их спины, пока они продолжали патрулирование, минуя мой ряд и уходя вглубь комплекса. Я заставил себя медленно досчитать до ста. Все еще переживая, что они могут оказаться слишком близко, я накинул сверху еще тридцать секунд и лишь после этого вынырнул из своего убежища, чтобы проверить обстановку. Вокруг не было ничего, кроме поджидавшей меня темноты.

Я пулей пересек перекресток и рванул по следующему длинному ряду, краем глаза разглядывая бескрайнее море заколоченных ящиков с неведомыми чудесами. Что бы я здесь обнаружил, будь у меня время порыться в этих запасах? Подозреваю, что многие «навеки утерянные» артефакты истории покоились прямо сейчас вокруг меня.

О том, что я приближаюсь к сектору с запредельно ценными вещами, стало понятно по резко изменившейся планировке. Путь мне преградила массивная сетка-рабица, натянутая от пола до самого потолка. В нее была вмонтирована металлическая калитка со считывателем магнитных карт, закрывавшая проход.

Я с досадой поглядел на замок, после чего пожал плечами и призвал косу. Материальная тень соткалась в моей руке в то же мгновение, обдав ладонь леденящим онемением. Я перехватил оружие поудобнее и трижды коротко полоснул по стальной сетке.

Лезвие косы прошло сквозь металл, словно сквозь дым. Сетчатый треугольник, достаточно крупный, чтобы я мог пролезть на четвереньках, отвалился и с тихим шлепком рухнул на плотный ковролин. На обычном бетонном полу грохот стоял бы на весь склад. В очередной раз роскошь этого места сыграла против его безопасности.

Я развеял оружие, пролез в дыру и прибавил ходу, углубляясь в зону строгого контроля. Оставалось лишь предполагать, что экспонаты по эту сторону были куда ценнее — или опаснее. На одном исполинском ящике, превосходившем меня размерами раза в два, красовалась наклейка: «ЖИВОЕ СУЩЕСТВО — НЕ ПРИБЛИЖАТЬСЯ — ПРОТОКОЛ ОМЕГА». Стоило мне приблизиться, как весь короб зашипел и заходил ходуном — что-то внутри с силой впечаталось в стенку, среагировав на звук моих шагов.

Я почувствовал, как волоски на затылке встают дыбом, пока рассматривал этот контейнер. Вообще я парень упертый. Терпеть не могу, когда мне указывают, что делать. Но что бы ни было в том ящике, это меня напугало. Я совершенно не хотел приближаться.

Заставив себя сфокусироваться, я активировал чутье и позволил ему вести меня к Неосмерти. Я был совсем рядом. Буквально соседний ряд и чуть дальше по проходу. Темнота впереди пульсировала какой-то неправильной, извращенной аурой, буквально призывая меня к себе. Я свернул на следующем перекрестке и застыл как вкопанный от удивления при виде того, что меня там ждало.

Исчезла тихая роскошь эскроу-склада Рынка Абаддон, сменившись суровой эффективностью. Ковер обрывался внезапно, переходя в грязный бетон. Передо мной тянулся ряд из полудюжины морских контейнеров — точь-в-точь таких, какими забивают грузовые лайнеры. Все они были обращены к проходу, зияя раскрытыми металлическими пастями.

«МОРСКИЕ ПЕРЕВОЗКИ «ПОСЕЙДОН» — гласила крупная наклейка на одном из них, изрядно выцветшая от долгих лет в море. Прямо под надписью красовался горизонтально нарисованный красный трезубец. От этого зрелища меня пробрала дрожь. Я уже не верю в совпадения. Не после всего того, что пережил. Я слишком часто сталкивался с олимпийцами, чтобы видеть в этом что-то, кроме жирнейшей подсказки.

Технически Плутон и Сомнус относились к римскому пантеону, тогда как Посейдон был греком. И хотя часть оригинального актерского состава вернулась во второй сезон, я без понятия, исполнял ли тот же самый парень роль Нептуна в сиквеле или ушел в сольную карьеру.

Но какой бы бог океана это ни был, сам факт присутствия имени Посейдона на грузе казался чертовски важным. Аид был сломлен. Плутон обратился в прах. Место бога Смерти в римском пантеоне оставалось вакантным, и один из старших богов этого мира помогал возить контрабандой Неосмерть. Может, совпадение. Может, он не в курсе.

Или же это заговор против Сомнуса.

Осторожно сделав несколько шагов вперед, я заглянул в открытую дверь первого контейнера. У меня сжалось сердце, когда я обнаружил именно то, чего и ожидал. Ящик за ящиком, полные слитков темного металла, сложенные в штабеля и готовые к отправке. Их было даже больше, чем я ожидал.

Когда мы с Алексом помогали Эванджелине зачищать техномагов, производивших эту дрянь в Лонг-Бич, на том складе нашлось всего несколько слитков. Мне и в голову не приходило, что их производство развернулось в таких масштабах. Нескольких орудий, подобных атаму, которым убили Марию, было достаточно, чтобы совершать зверства. Убийство — это ужасно, одно из худших злодеяний на свете.

Но это? Этого объема хватило бы совершить геноцид, а затем присвоить его плоды.

Во рту пересохло, а сердце бешено заколотилось, пока я перебегал к следующему контейнеру, заглядывая внутрь для подтверждения — там было то же самое. Третий и четвертый тоже оказались забиты под завязку. К моему облегчению, пятый был заполнен лишь наполовину, а шестой и вовсе стоял пустым, напоминая голодного кита, замершего в ожидании корабля. Понятия не имею, глотают ли киты корабли, но под местный бренд метафора