Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Фыркнул в стороне Фезоч.
– Вы сомневаетесь в способностях лучшего мечника Арагонии? – поддела его Лиза.
– Я сомневаюсь в вашем смирении, леди Лисбет, – нагло ответил парень. Как же он бесил ее не только презрительными гримасами, но и этим дурацким именем! – Говорят, вы много дерзите и смеете не слушаться мужчин. Я бы на месте барона Такари давно уже воспитал вас.
У Лизы чуть челюсть не отвисла от такого заявления. И как здесь не послать некоторых куда подальше?
– Вот поэтому вы, Фезоч, не на месте лорда Такари, – ответила она, стараясь держать тон вежливым. Да, пусть Мрата гордится: иномирянка сама сдержанность. – Только тот, кто не боится... м-м, задач повышенной сложности, кто сражается не с женщинами, а с настоящими демонами, тот и становится лучшим мечником страны и хозяином такой прелести, как Аркерот!
Графеныш с перекошенной физиономией резко подался вперед в своем кресле, но его отец был быстрее:
– Цыть! – рявкнул он непонятно кому.
Но этого хватило, чтобы парень замер, вцепившись в подлокотник. И даже дернувшаяся было охрана – обеих сторон! – тоже застыла мигом.
– "Задач повышенной сложности"? – старший Буцунас явно понял, на что намекала Лиза. – Мда, именно так и говорили о вас, леди Лисбет: красива, как риэль, но язык как горвенская сталь, а внутри огонь, будто вы сама боевой маг. Какая у вас магия, леди Лисбет? И... она проявлена?
В стороне засопел Ульф. Лиза скоро по тональности его сопения научится распознавать критичность ситуации, в которой оказалось. Но здесь вроде все ясно – другие не должны узнать, что у нее нет магии.
– Извините, граф Гикудс, но подобный вопрос в моем мире считается неприлично задавать женщинам.
К счастью, именно в этот момент появилась в дверях Адди, нервно дергающая свою юбку. И Лиза поспешила пригласить гостей перейти в трапезную, пока конфликт не разросся.
Когда мужчины первыми подались на выход, Лиза послала Вальина показывать им дорогу, а сама не выдержала и задержалась, придерживая Ульфа.
– Кампаре, и как их теперь выпроводить? – едва слышно попросила она помощи у воина.
Почему-то больше всего Лизу раздражала не наглость младшего графеныша и не повелительная, даже давящая снисходительность самого графа, а... леди Киари. То ли ее непробиваемая покорность – девчонка ни разу толком не ответила ни на один ее вопрос, хотя Лиза поначалу еще пыталась включить гостью в их беседу. И уж точно та не проявляла никакой инициативы, даже глаза не поднимала на собеседников. Хотя с визитом явилась якобы Киари, а не ее папаша. То ли... ее красота, наиболее подходящая под стандарты местных? Ведь даже Ульф то и дело поглядывал искоса на наряженного подростка, словно оценивающе, причем безоговорочно положительно.
И Лиза вдруг задумалась: а что, если бы сейчас барон был дома? И что, он бы также любовался вот этим дитем в платье, увешанным драгоценностями, как новогодняя елка игрушками?
Почему-то эта мысль раздражала больше всего.
Глава 18
Когда солнце начало клониться вниз, гости наконец-то уехали, украв у хозяйки большую часть светового дня, пригодную для дел. А также спокойствие.
Лиза даже сама взяла в руки тряпку и лично намывала полы в комнатах, лишь бы успокоиться. И подумать.
Итак, какие выводы она сделала: все знатные мужики еще те козлы! Самомнения выше крыши, женщин ни во что не ставят, даже собственных дочерей и прочих леди, только все это еще возведено в степень их титулованного положения.
Зачем приезжали соседи, Лиза не совсем поняла. Вроде бы себя показать, их посмотреть, но девушка чувствовала еще какой-то интерес. Во время трапезы граф взялся выяснять, зачем они "уводят к себе его людей". Лиза тогда чуть не поперхнулась, не сразу поняв, что Буцунас имел в виде ту старушку, жалкие пожитки которой помогли перевезти на телеге.
– Уводим? – похлопала девушка ресницами. – Никого насильно не уводили, лишь предложили. Люди в Арагонии в праве сами выбирать, где им жить. И куда переезжать в любое время. Разве не так? Тем более что за ту старуху старосте ее часть налога в вашу казну заплатили, граф. А вот те наши крестьяне, которые бежали на ваши земли, не удосужились заплатить за полгода налог лорду Такари.
Да, не сдержалась, чтобы не подколоть. Только чего Ульф опять пыхтит в стороне? Разве не он всегда переживал о бюджете своего господина? За обработанные куски господской земли будет платить деревня, но раз часть людей сбежала, то их долг перейдет оставшимся. А что делать с теми деревнями, которые практически целиком опустели, оставив только одиноких стариков?
– Зачем вам старуха, леди Лисбет? – не отставал граф.
– М-м, да в целом незачем. Просто... мне интересно узнавать ваш мир во всем его разнообразии. Любопытно же. М-м, скажем так, я коллекционирую разные разности...
– Мда, я наслышан, – подрагивая уголками губ, Буцунас-старший оценивающе глянул на Мрату, что сидела дальше за столом. А дальше совсем неожиданно выдал: – Говорят, вы, леди Лисбет, даже молодого льдаска подобрали где-то. Для себя лично.
Ульф в стороне все больше темнел лицом, но все тише сопел, что настораживало.
Ух, играет с огнем этот граф! Что за намеки?
– Как много глупостей говорят люди! Не думала, что в вашем мире уже тоже появилась желтая пресса, – попыталась свернуть неприятный разговор Лиза.
Только сосед не отвлекался на непонятные названия. Его вообще почему-то не интересовал другой мир, только соседи и их дела.
– Так, может, ваш, леди Лисбет, льдаск утешит наш слух балладами? – приглашающе повел рукой граф.
– Увы, не получится. Наш льдаск временно недоступен, м-м, уехал... в турне, развлекать других.
– Куда же вы отпустили своего человека? А, не с бароном ли? А куда сам барон поехал? Все еще ищет демона, который столько скота задрал? Что ж, надеюсь, он наконец-то справится со своими обязанностями, и в нашем краю наступит покой и порядок.
– Лорд Такари обязательно справится, – Лиза сжала в пальцах двузубую вилку. Вовремя она купила в городе немного столовых приборов, хотя сомневалась тогда, что стоит тратиться на это. Но зато есть что сейчас подать на стол знатным гостям,