Крупный план хвостовой части самолета Bf-109 Арнольди, на котором видны полосы, означающие шесть его предыдущих побед, одержанных над Норвегией в 1940 году

Этот налет на аэродром в Ларисе произошел в 06:50, когда дежурное звено «Харрикейнов» 33-й эскадрильи КВВС только взлетело. «Мессершмитты» Bf-109E из II/JG77 атаковали аэродром группами по 3 самолета. Первая тройка каким-то образом не заметила взлетавшие «Харрикейны», но следующие три «Мессершмитта» атаковали их, когда «Харрикейны» поднялись до 1500 футов. Лейтенант Якоб Арнольди добился нескольких попаданий в «Харрикейн» пайлот-офицера Чарльза Четэма. Наблюдатели с земли видели, как истребитель Четэма, казалось, продолжал управляемый полет, и исчез за деревьями на некотором расстоянии от аэродрома. Фактически же Четэм погиб. Арнольди проскочил следующую пару «Харрикейнов», и флайт-лейтенант Джон Макки (канадец) зашел ему в хвост и выпустил несколько очередей по его «Мессершмитту». В этот момент его «Харрикейн» был атакован «Мессершмиттом» фельдфебеля Отто Кёлера, перевернулся и врезался в землю, канадский пилот погиб.

Лейтенант Арнольди, ас Норвежской кампании, был ранен в грудь, и с трудом смог выпрыгнуть на парашюте с высоты около 1000 футов. Когда он опускался, охранявшие аэродром греческие солдаты начали в него стрелять. Неизвестно, был ли он ранен еще раз, но он умер вскоре после того, как его доставили в медпункт. Его «Мессершмитт» (заводской номер 5277) сел без пилота на брюхо, почти не получив повреждений; ниже фонаря кабины были найдены только две пробоины от пуль.

Последний оставшийся «Харрикейн» пилотировал сержант Джордж Джендерс, это был его первый бой. Он смог уклониться от атаки «Мессершмиттов» и зайти в хвост истребителю Кёлера. «Мессершмитт» Кёлера также был подбит и совершил вынужденную посадку недалеко от аэродрома. Но когда подошли греческие солдаты, чтобы взять пилота в плен, его в кабине не оказалось, там был только его парашют. Кёлер смог избежать плена и позже вернулся в свою эскадрилью. На аэродроме было уничтожено несколько самолетов, в том числе еще один «Харрикейн», «Гладиатор» (N5783), еще числившийся в составе 33-й эскадрильи КВВС, и несколько греческих машин, включая один трофейный S.79, несколько учебных «Авро-621 Тьютор» и легких бомбардировщиков «Потэ-63» и один неисправный истребитель МВ.151. Всего в тот день пилоты «Мессершмиттов» из II и III/JG77 заявили о 19 самолетах, уничтоженных на земле в районе Ларисы. Вероятно, они включили в их число югославские «Дорнье», уничтоженные на аэродроме Парамития.

Сержант Джордж Гендерс, 33-я эскадрилья

Примерно в то же время, когда начался налет на Ларису, «Мессершмитты» Bf-109E из II/JG27 атаковали греческий аэродром Каламбаки/Вассилики, где были сосредоточены последние оставшиеся истребители греческих ВВС (кроме восьми PZL из 23-й эскадрильи еще остававшихся в Ларисе). 15 греческих истребителей — МВ.151, «Гладиаторы» и PZL — были подняты в воздух, когда было получено сообщение о приближении 18 немецких бомбардировщиков в сопровождении истребителей. В последний момент группа немецких самолетов повернула к Триккале, но когда первые греческие истребители догнали бомбардировщики, их атаковали «Мессершмитты».

Пилот МВ.151 капрал Георг Моккас по греческим данным сбил два бомбардировщика, но после сам был сбит и погиб. Его сбил обер-лейтенант Густав Рёдель, (он принял «Блок» за «Харрикейн»), это была его 15-я победа. Несколько минут спустя Рёдель сбил один из «Гладиаторов», а обер-фельдфебель Отто Шульц сбил PZL (это была его 5-я победа). Лейтенант Эрнст Бёрнген сбил еще один «Гладиатор». Примерно 15 минут спустя после начала боя (в 07:05) Рёдель сбил PZL, а обер-лейтенант Вильгельм Визингер сбил «Гладиатор» (его 9-я победа). «Гладиатор» капитана Келласа, командира 21-й эскадрильи EVA, был тяжело поврежден, раненый пилот посадил загоревшийся истребитель. PZL сержанта Кацареллиса из 22-й эскадрильи EVA был сбит, пилот остался жив, но получил тяжелые ранения. Еще один пилот PZL из той же эскадрильи лейтенант Контогиоргос был легко ранен.

После того, как налет на аэродром в Ларисе закончился, с него взлетели два «Лайсендера» из 208-й эскадрильи КВВС, чтобы доставить в Афины двух выживших пилотов из 211-й эскадрильи, последних уцелевших после «бойни «Бленхеймов»», случившейся два дня назад. На «Лайсендере» L4719 флайн-офицера Уэймарка летел пассажиром флайн-офицер Годфри, а на «Лайсендере» L4690 пайлот-офицера Стюарта — сержант Джеймс. Почти сразу же были замечены истребители, которые пилоты «Лайсендеров» сначала приняли за «Харрикейны», но оказалось, что это «Мессершмитты». Оба «Лайсендера» спикировали к земле и на предельно малой высоте пытались выполнять маневры уклонения, но это их не спасло. «Лайсендер» L4690 был сбит почти сразу, ударился о землю на скорости 200 км/ч и полностью разрушился. Стюарт выжил, получив лишь незначительные травмы, но сержант Джеймс погиб. Тем временем другой «Лайсендер» пытался уйти, Годфри отстреливался из единственного пулемета «Виккерс», выпустив целый диск по преследовавшему их «Мессершмитту», но безуспешно. Через несколько минут и L4719 был сбит. Годфри, еще раньше раненый в руку (потерял два пальца), получил тяжелые травмы ног, но пилот «Лайсендера» Уэймарк отделался лишь царапинами.

Примерно тогда же PZL сержанта Кутрумбаса из 23-й эскадрильи EVA (база Лариса) преследовал разведчик Люфтваффе и по греческим данным сбил его в районе горы Олимп. Но вскоре после этого он вступил в бой с немецкими истребителями и был сбит, сержант Кутрумбас погиб. Заявления о победах пилотов VIII авиакорпуса Люфтваффе в тот день включали сбитый «Харрикейн», два PZL и три «Гладиатора», засчитанные пилотам II/JG27, три «Харрикейна» над Ларисой, засчитанные пилотам II/JG77 и два «Лайсендера» и еще один PZL засчитаны пилотам I(J)/LG2.

На аэродроме Лариса после налета JG77 пайлот-офицер Уинсленд проводил испытания пулеметов недавно прибывшего «Харрикейна». Он вспоминал:

«Меня «попросили» облетать эту машину, а когда самого младшего офицера о чем-то просят, то это, конечно, чертов приказ! Я завел мотор и выруливал на край аэродрома для взлета, когда поверхность полосы передо мной просто вскипела от попаданий снарядов авиапушек и зажигательных пуль. На аэродром пикировали не меньше дюжины 109-х, обстреливая все. Как они не попали в меня, я просто не знаю. Я не только сидел в полностью исправном истребителе — большинство остальных уже имели повреждения — но уже катился по полосе, солнце отражалось от фонаря кабины и крыльев, и пропеллер, конечно, вращался — этого хватило бы, чтобы привлечь внимание всех немцев. Господи, ну и напугался я. Я опустил сиденье и скорчился в кабине чуть ли не вдвое, чтобы хоть как-то укрыться между мотором спереди и бронеспинкой сзади. Ситуация выглядела настолько ужасной, что я уже думал отстегнуть ремни, выскочить из кабины и бежать к ближайшей траншее. Но так как было бы стыдно