хотя бы начал смиряться, он должен понять: для меня это не просто мимолётная интрижка. Он привык, что я рассказываю ему про случайные перепихоны, и он должен знать, что это вообще не из той серии. Это всё по-настоящему.

— И я знаю, что было по-мудацки прятаться и скрываться вместо того, чтобы сразу тебе всё сказать, — вздыхаю я. — Я знал, что это неправильно, но не мог себя остановить. Как я уже сказал, с ней всё по-другому, чувак. Я хочу быть с ней, только с ней.

Тео начинает двигаться в мою сторону, и я невольно дёргаюсь, не понимая, не собирается ли он снова кинуться на меня. Но в его взгляде что-то меняется. Его жёсткая броня даёт трещину, и через неё начинает просачиваться та уязвимость, которую он так умело прячет. Он вдруг выглядит уже не как человек, готовый убивать, а скорее как тот парень, который мучился, выбирая куртку для девушки, которая ему нравилась.

Я продолжаю стоять как вкопанный, пока Тео обходит скамейку, подходит ко мне и опускается на неё. Он наклоняется вперёд и утыкается лицом в ладони. Я ещё несколько секунд просто стою как полный идиот, не понимая, что делать, и тупо смотрю на его макушку. Волосы у него насыщенного шоколадного цвета, точно такого же, как у Куинн. Каждый раз, когда я замечаю, насколько они похожи, мне хочется дать себе по голове за то, что я не увидел этого в ту первую ночь — но, с другой стороны, если бы увидел, я, возможно, упустил бы самое лучшее, что было в моей жизни. Медленно я разворачиваюсь и сажусь рядом, глядя на пруд.

Тео поднимает голову и, не отрывая взгляда от воды, снова заговаривает. — Слушай, я вообще согласился встретиться с тобой сегодня только потому, что моя сестра сказала, что у неё к тебе чувства.

У меня сжимает грудь, сердце колотится о рёбра. Когда я вывалил всё Куинн, у неё так и не было шанса ответить и сказать, чувствует ли она то же самое. И теперь Тео сам подтверждает, что да — и внезапно мне становится чертовски трудно дышать.

— Какой бы пиздецовой ни была вся эта история, я не собираюсь вставать у вас на пути, если вы двое хотите быть вместе, — продолжает он тихим голосом. — Я просто пытаюсь заботиться о своей сестре. Я пытаюсь понять, как теперь быть рядом с ней, раз меня не было последние пять лет. И не буду врать, мне было тяжело видеть, как ей было хуёво всю эту неделю, а ещё тяжелее — когда я понял, что это сделал тот, кому я доверял.

Это та сторона Тео, которую люди почти никогда не видят. Он не просто матерящийся вспыльчивый мудак, в нём сидит глубочайшая травма и куча чувств, которые он мастерски прячет от всех, кроме самых близких. Мне довелось заглянуть за этот занавес всего пару раз, но именно понимание Тео помогло мне понять и его сестру — они гораздо больше похожи друг на друга, чем сами осознают.

— Вся наша ссора и началась потому, что я хотел сам всё тебе рассказать, а Куинн — нет, — говорю я. — Она до смерти боится, что ты снова уйдёшь, Тео. Ей нужно знать, что она может накосячить, а ты всё равно останешься её братом, всё равно будешь рядом.

Тео что-то бурчит, кадык дёргается, когда он тяжело сглатывает. — Она и так должна это знать.

— Может, и так, — пожимаю я плечами, — но лишний раз напомнить бы не помешало. Поверь мне, у меня есть сёстры. С женщинами вообще ничего нельзя воспринимать как само собой разумеющееся.

Он кивает, и между нами снова повисает тишина. Но на этот раз она уже не напряжённая и не неловкая — она спокойная. Будто мы хоть до какого-то взаимопонимания всё-таки дошли.

Через минуту-другую я тяжело вздыхаю, откидываясь назад на скамейке, и смотрю на друга. — Мне правда жаль, брат. Надо было сразу прийти к тебе с этим, а не заниматься всей этой скрытностью у тебя за спиной.

Тео косится на меня. — Это хотя бы избавило бы нас от нескольких совершенно ебанутых разговоров. — Вдруг он морщится, будто что-то только что вспомнил, и проводит ладонью по лицу. — Чувак, я ведь тогда слышал её через твою дверь…

Я кривлюсь от воспоминания. — Я знаю. Прости.

Снова пауза, после которой Тео вздыхает и поворачивается ко мне. — Я со временем это переживу. Просто… если ты собираешься дальше встречаться с моей сестрой, ты должен поступать с ней как надо. Иначе я тебя реально убью.

Я криво усмехаюсь, хотя что-то мне подсказывает, что он не шутит. — За это можешь не переживать, чувак. Если она меня примет, я сделаю её счастливой. — Я улыбаюсь, думая о Куинн, о том, какая она невероятная, и о том, каким неуязвимым я себя чувствую рядом с ней. — Как я уже сказал, я ни с кем никогда такого не чувствовал. Без неё у меня ощущение, будто от меня оторван кусок. Я думаю, она может быть моей парой.

Вот это уже его цепляет. У Тео взлетают брови, а я сам не могу поверить, что только что произнёс это вслух. Мысль приходила мне в голову уже не раз, но я никогда её не озвучивал, боясь, что если скажу это в мир, то оно не сбудется. Но к чёрту — теперь уже всё. Я только что получил от Тео максимально близкое к благословению, какое вообще мог получить, убрав самое большое препятствие между мной и Куинн. Пора возвращать свою девочку. По-настоящему.

Тео шумно выдыхает, подаётся вперёд и встаёт со скамейки. Он поворачивается ко мне, снова засовывает руки в карманы куртки и кивает головой, подзывая меня. — Пошли тогда. — А? — моргаю я.

Впервые с тех пор, как он сюда пришёл, на губах Тео появляется что-то вроде намёка на улыбку. — Ну если ты и правда так сильно всё это чувствуешь к Куинн и думаешь, что вы пара, тебе лучше поехать к ней и разобраться со всем своим дерьмом до полнолуния.

— Да? — Я тут же вскакиваю на ноги, и голос у меня так и переливается восторгом. Я быстро беру себя в руки и делаю лицо посерьёзнее. — В смысле, тебя это правда устраивает?

—