пропажу: только лет через сто мне снова что-то понадобилось в этой части подземелья. Сперва я искал здесь, на месте. Потом отправился на поиски фермера или его родни. Но сам он, разумеется, уже умер, потомки куда-то поразъехались; и хотя я был очень осторожен, о моей пропаже все-таки прослышала нежить. Они прочесали всю равнину и даже пустынные взгорья на востоке, до самой пропасти Рагнарок. Да и сварты шныряли повсюду, вынюхивая добычу, точно хорьки. Но никто ничего не обнаружил, в том числе и я.

Попади Огнехлад в руки Настронда — плохо мое дело. Против магии, заключенной в камне, Дух Тьмы бессилен. Но стоит ему уничтожить сам талисман — и чарам придет конец.

Правда, Огнехлад не так-то легко уничтожить. Еще прежде, чем в него заключили источник магии, это был древний и могучий талисман. И пока горит в подземелье волшебный свет, я знаю: он жив, он где-то есть — а значит, есть и надежда.

Вот вам все мои злоключения, а заодно и ответы на ваши вопросы. А теперь — в обратный путь, ибо час поздний, друзья ваши в тревоге, да и сам я за вас не спокоен, пока нынешний случай остается загадкой.

Они прошли сквозь пещеру спящих рыцарей и стали подниматься вверх по коридорам и просторным подземным залам. Наконец путь им преградили железные ворота, за которыми виднелась глухая каменная стена. Каделлин коснулся посохом ворот, и они медленно распахнулись.

— Их когда-то выковали гномы, оберегая свои сокровища от вороватых свартов. Теперь сюда рвутся воры пострашней, и без магии не обойтись.

Сказав так, Каделлин приложил ладонь к стене, и в синеватом камне появилось отверстие. Оттуда потянуло холодом и ночной росой.

Снаружи было темно, а в Хранилище светло и безопасно, и ребятам страх как не хотелось уходить. Стараясь держаться поближе к волшебнику, они пролезли в расширившееся отверстие — и оказались под деревьями на склоне холма.

С грохотом закрылась за ними скала, и, когда глаза привыкли к лунному свету, ребята обнаружили, что стоят перед валуном, похожим на острый зуб. Это к нему бежали они, задыхаясь, через буковый лес, когда сварты своими клешнями уже хватали их за пятки…

Слева виднелся гребень холма над знакомой лощиной.

— Вон там они на нас напали, — показал Колин.

— И немудрено, — засмеялся волшебник. — Седловина всегда кишела свартами. Нашли же вы откуда полюбоваться закатом!

Они поднялись по тропе к Грозовому Утесу. Все было тихо; лишь луна освещала недвижные серые камни. Проходя мимо Чертовой Могилы, ребята невольно прижались к своему спутнику; но ничто не шелохнулось в узком черном провале.

— А в старых шахтах водятся сварты? — спросила Сьюзен.

— А как же! У них есть и свои норы, но когда люди начали здесь копать, эти твари явились следом, разнюхивая путь к Хранилищу. А когда рудник закрылся, они тут расплодились без помех. Так что держитесь подальше от заброшенных шахт!

От Грозового Утеса Каделлин повел их по широкой тропе, что бежала напрямик через лес на открытое место. Там она круто поворачивала и тянулась вдоль кромки луга, огибая лесистые склоны холма. Дорогу эту, объяснил их спутник, когда-то проложили эльфы, и она еще хранит частицу древнего волшебства. Сварты обходят ее за версту, и даже ведьмы и колдуны без крайней нужды на нее не ступят. Вот по ней-то, сказал Каделлин, пусть ребята и ходят, если им надо будет с ним повидаться. И ни шагу в сторону: здесь полно опасностей! Самое лучшее для них — вообще не приближаться к лесу и ни в коем случае не показываться из дому после захода солнца.

Тропа кончалась за углом трактира «Чародей». Дальше они зашагали по дороге — и почти сразу услышали стук копыт. Из-за поворота показалась повозка с двумя керосиновыми фонарями спереди.

— Это Гаутер!

— Обо мне ни слова, — предупредил Каделлин.

— Да, но как же… — начала Сьюзен, но рядом уже никого не было.

— Тпрру! — Гаутер осадил Принца и наклонился, вглядываясь в темноту.

— Эй, вы, там! Не поздновато ли гоняться за чародеями? Уже одиннадцать пробило!

— Простите, пожалуйста, мы не нарочно, — Колин выступил вперед, — мы заблудились и застряли в болоте, а потом никак не могли выйти на дорогу.

Почти похоже на правду, подумал он. Так им скорей поверят, да и Каделлин не хотел, чтобы о нем узнали.

— Ну-ну, — проворчал Гаутер, — коли так, то уж ладно. В другой раз будьте осторожней, не то Бесс, пожалуй, поднимет на ноги полицию да пожарную команду. Она думала, вы в шахту провалились! Полезайте-ка сюда, и поехали. Коли вас и впрямь занесло в Холивеллское болото, так хорошая ванна вам не повредит…

Дома Колин и Сьюзен мигом стащили грязную одежду и с наслаждением забрались в горячую воду. Из ванны они прямиком отправились в постель, и Бесс, хлопотавшая над ними, как наседка над цыплятами, принесла им полные миски горячего молока с хлебом и солью.

Сытые, отмытые и согретые, они лежали, проваливаясь в сон, не в силах ни думать, ни разговаривать. Глаза слипались, мысли путались. У Колина в голове мелькали какие-то поезда, черные птицы, опавшие листья, подземные коридоры, лошади, папоротники…

— Ну и ну, — пробормотал он, зевая, — куда это мы попали? Волшебники, гоблины… или мы еще дома? Спросить у Сью… насчет этих… рыцарей… лучше у мамы… никаких фермеров… не бывает… то есть колдунов… м-м…

Он тихо засопел.

Над уснувшей усадьбой, на верхнем краю Корчевья, темнел в прозрачном свете луны высокий, тощий силуэт. На плече у него сидела черная птица.

Глава пятая

БЕСПОКОЙНАЯ НОЧЬ

Утро выдалось дождливое, и ребята проспали допоздна. Был уже десятый час, когда они спустились к завтраку.

— Я нарочно дала вам отоспаться, — сказала Бесс. — Вчера-то вы совсем уморились, да и сейчас еще вон какие бледненькие! Посидели бы нынче дома, не все же по лесу шастать.

— Да, пожалуй, в лесу мы уже нагулялись, — согласилась Сьюзен. — Можно и отдохнуть денек-другой.

Они едва успели позавтракать, когда к дому подъехал грузовик. Это прибыли со станции их велосипеды и остальной багаж. Ребята сразу же принялись распаковывать чемоданы.

— Как по-твоему, — спросила Сьюзен, когда они остались одни, — это правда было или нам почудилось? Я про вчерашнее.

— Сам не пойму, — отозвался Колин. — Но не