шурша на фоне. — И вообще, ты едешь ко мне, а не к Арту. Это и мой дом тоже. Я его наследника вынашиваю, если вы тут все об этом заб-ы-ы-ли!

Есть ощущение, что последнее предложение было предназначено не мне одной, но и тому, кто находится рядом с ней.

— То есть нет ни малейшей надежды на то, что ты сжалишься и согласишься посидеть где-нибудь в кафешке? — делаю мучительную попытку отмазаться.

— На улице так жарко. А если мне станет плохо? — задумчиво тянет сноха. — А вдруг я потеряю сознание? Я! Беременная твоим племянником! Тебе меня не жалко? Совсем?

Не сдержавшись, я прыскаю от смеха. Обычно боевая и собранная Сара совсем не вяжется у меня с неженкой, которая может свалиться от жары.

— Жуть какая, — прикрыв глаза, упираюсь затылком в подголовник. — Ты ужасная манипуляторша.

— И я тебя люблю, котик, — практически мурлычет родственница. — Целую и жду!

— Всё нормально? — ладонь Алекса ложится на мою ногу, слегка сжимая, когда я сбрасываю звонок.

— Извини, похоже, не получится провести день вместе, — непроизвольно кладу свою руку поверх его. Кажется, что таким образом я могу контролировать прикосновения и, в случае чего, пресечь любые попытки дальнейшего развития событий. — Жена брата пригласила в гости. Говорит, беременным отказывать нельзя.

— Ну, это как раз по твоей части, — усмехается сидящий за рулём, слегка сжав моё бедро. — Я тебя отвезу.

— Ни в коем случае! — выпаливаю, испугавшись, что нас увидит Артём, а затем, прикусив язык, уже спокойнее добавляю: — Тебе нужно отдыхать, ты же со смены. А дорога в обе стороны до Нью-Йорка и обратно займёт много времени.

— Хорошо, но вечером я заберу тебя. И не смей спорить. Не хочу, чтобы ты ночью бродила по станциям в поисках поезда или ехала на такси.

Смысла спорить нет, поэтому я благодарно соглашаюсь.

Ах, если бы я только знала, чем закончится этот день… в жизни бы туда не поехала!

До Нью-Йорка я добираюсь на поезде примерно за сорок минут. Всё это время не могу совладать с эмоциями, представляя очередную стычку с братом. Без конца трясу ногой и нервно накручиваю прядку волос на палец. А стоит подумать о том, что встреча пройдёт в его квартире, нервы вообще становятся ни к чёрту.

Папа говорил, что идти в гости с пустыми руками неприлично.

Что можно купить семейству Князевых, у которых всё есть? Понятия не имею.

Проходя по Пятой авеню на Манхэттене, мой рассеянный взгляд цепляется за бутик с детской одеждой, расположенный на соседней стороне улицы. На душе становится немного легче от того, что одна проблема уже решена.

Попав в рай для мамочек и их малышей, глаза разбегаются от изобилия шмоток для новорождённых. Решив долго не выбирать и не гадать, понравится ли будущим родителям, покупаю на свой вкус красивый комплект, состоящий из всего необходимого: боди, слюнявчика, двух шапочек, распашонок и ещё кучи вещичек в синей расцветке.

У элитной высотки, где проживают родственнички, я стою около двух часов дня. Потом ещё какое-то время жду, пока охрана соизволит поднять меня в хозяйские апартаменты.

В прошлой жизни я бывала тут у Артёма тысячу раз. Между прочим, у меня имелась собственная комната, где я оставалась после тяжёлых соревнований или когда не хотела долго ехать загород, в особняк.

Сколько воды утекло с тех времён…

— А вот и она-а-а! — радостно пропевает Сара, направляясь ко мне переваливающейся походкой, стоит створкам лифта распахнуться.

— Привет-привет! — мои глаза с восторгом загораются при виде ещё сильнее округлившегося живота снохи. — Как вы выросли!

— Моя поясница сказала «пока», — жалуется она, немного похныкав. — Уже не могу дождаться встречи с этим маленьким засранцем.

Мы тепло обнимаемся, насколько это позволяет её пузико.

— Уже определились с датой родов? — интересуюсь, слегка отстранившись и выпустив из своих тисков милую сноху.

Однако наш разговор нахально перебивает непонятно откуда появившийся Артём.

— Сама в ручки приплыла, даже искать не пришлось, — не упускает возможности подколоть брат.

— Искать? Можно подумать, ты не в курсе, где и как я живу, — не остаюсь в долгу, намекая на его маниакальные наклонности к слежке. Широко улыбаясь, Князев делает шаг вперёд, но я спешно выставляю руку. — С тобой обниматься не собираюсь!

Моё лицо вмиг принимает недовольный окрас, но Князева это не смущает. Наоборот, он начинает гоготать от моих слов.

— Чё там? Любимому брату подарок принесла? — судя по всему, Князев пребывает в прекрасном расположении духа.

Во-первых, из его уст не прозвучало ни одного мата (но это ещё не вечер). Во-вторых, он смеётся и не грубит, по обыкновению агрессируя.

— Мо-е-му пле-мян-ни-ку, — делая акцент на каждом слоге, почти швыряю в Арта несколько красивых подарочных пакетов.

Посмеявшись с перепалки, Сара почему-то тянет меня за собой в сторону коридора, ведущего в спальни, а не в гостиную.

— Ада, извини, пожалуйста, — тихонько говорит она, будто никто другой это не должен услышать. — Я не хотела, чтобы так получилось… Точнее, думала…

Договорить сноха не успевает — из-за Артёма, не знающего о понятии «приватный разговор» и «личное пространство».

— Потом языками почешете, — командует хозяин дома и кивком головы указывает идти следом за ним.

Вздохнув, сноха понуро опускает плечи, а я не могу взять в толк, почему она слегка напряжена. Но всё встаёт на свои места, стоит из глубины квартиры донестись до боли знакомому голосу. А ещё женскому смеху.

Внутри что-то ёкает от мысли, что он может быть здесь! В этот момент Сара берёт меня за руку, можно подумать, боится, что сбегу, и выдавливает напряжённую улыбку.

Хочется остановиться и спросить: что за чертовщина? Вдруг, у меня галлюцинации? Что Джону делать в Нью-Йорке? Разве бы он не приехал в первую очередь ко мне, находясь в такой близости?

Разве?..

Разве ты заслужила этого? — нашёптывает внутренний голос, и на лбу мигом проступает холодный пот. — Ты бросила его! Сбежала, не удосужившись попрощаться. И после всего этого мечтаешь, что он придёт к тебе на поклон? Весьма наивно.

Но встреча с Греем спустя мучительные шесть месяцев на расстоянии не самое худшее, что могло произойти за этот день.

Мои ноги едва ли не подгибаются, когда идущий впереди брат смещается в