за то, а меня все равно батюшка отдаст за проклятого Белаву. Я уже все слезы по тебе выплакала, сокол мой ясный.

— А может нам убежать, Пересвета?

В этот момент я услышала за спиной чьи-то шаги, и быстро поспешила пройти дальше. Не хотела, чтобы меня застали подслушивающей чужие разговоры.

Глава 9

Чуть позже в тронном зале крепости моя матушка держала речь перед княжичем и сотниками императора.

— Даже не выразить словами нашу благодарность вам, храбрые витязи!

— Мы выполнили свой долг, царица, — ответил так же торжественно Руслан. — Давно пора приструнить распоясавшегося разбойника Углеба, который третирует все северные земли.

Затянутой в алый короткий кафтан без рукавов, белую расшитую рубаху, обтягивающие штаны и короткие сапоги Руслан из царского рода Танганитов был великолепен. Гордый, чуть надменный, величавый, крупный телом и красивый лицом он невольно приковывал мой взгляд. Настоящий царевич, правитель огромного княжества и сын императора. За такого величавого «сокола» и замуж пойти не грех, и Пересвета прекрасно знала, кого выбирать себе в возлюбленные.

— Боги Вышние не зря направили и привели вас сюда, дабы помочь нашей беде.

— В холодных степях мы нашли твоего гонца, царица, — отвечал княжич. — Смертельно ранен он был, но все же передал послание на словах. А вскоре умер. Мы же снарядили другого гонца к царю Чарославу, а сами поспешили сюда, на выручку к вам, пока не поздно. Успели. Хотя в договоре о военном союзе не упомянута эта крепость, но думаю мой батюшка примет мое решение о том, что свобода царицы Налагии заслуживает праведной битвы.

— И это говорит о тебе, княжич, как о благородном витязе и достойном преемнике твоего отца — Тимула Смелого. Теперь объединив усилия наших государств, мы вместе пойдем на Углеба.

— Согласен, правое дело это, царица.

Я слушала весь этот пафосный обмен любезностями и молчала. Знала, что Руслан лукавил сейчас. Не мою мать он спешил освободить теперь, а Пересвету. Только из-за любви к ней спешил сюда, и нашел прекрасное оправдание перед своим отцом, что спасал царицу Налагии. Но чтобы сказал император, знай он об истинной причине поведения сына? Чтобы говорил в свою защиту царевич, если бы моей матери не было в этой крепости, а императорские войска освобождали крепость только ради зазнобы Руслана.

Понимание этого и лицемерие царевича вызывало в моей душе брезгливое чувство и досаду. Может быть оттого, что Руслан был неистово влюблен в Пересвету? А меня презирал? Он то и дело косился на княжну горящими глазами, а она тоже не спускала с царевича влюбленного взора. Мне же хотелось поскорее покинуть торжественную залу и лечь спать. Валилась с ног. Почти четыре часа до этого я перевязывала, и обмывала от грязи и крови раненых, обрабатывала их раны. А сейчас уже было далеко за полночь.  

Императорские войска задержались в крепости на несколько дней, чтобы залечить раны и чуть передохнуть перед дальней дорогой на родину.

Следующие дни я не видела ни княжича, ни Пересвету. Точнее сама избегала встреч с ними, а все свое время проводила в оружейной зале помогая раненым. В этом я находила утешение, и считала это полезными нужным занятием.

Однако спустя неделю у стен нашей крепости появился другой пятисотенный отряд воинов. И у них над головами развевались знакомые бело-голубые знамена Налагии.

Едва заметив из своей горницы, как вооруженный отряд ратников въезжает на территорию крепости я быстро приникла к окну, распахнув его настежь. Впереди верхом на медведе разглядела величавую фигуру отца Чарослава. Обрадованно бросилась прочь из своей комнаты.

Когда спустилась то увидела, как царь быстро скрылся за дверьми большой гридницы.  Я стремительно приблизившись к ней, но уже у входа меня остановил грозный рык царя Налагии, раздавшийся из-за приоткрытых дверей гридницы:

— Как смог, так и прибыл! И не смей кричать на меня, Вея!

— Где ты так долго был, Чарослав? Я отправила к тебе семерых гонцов! Если бы не витязь Руслан с императорским войском, нас бы взяли штурмом ещё пять дней назад.

— Возможно.

Взявшись за дверную ручку, я не дерзала войти, боясь помешать разговору родителей.

— И ты это говоришь так спокойно? — возмущенно воскликнула Златовея. — Тебе что наплевать если бы меня убили, а твою дочь Углеб забрал к себе на потеху?

В ответ царь что-то недовольно пробурчал, и я не расслышала его слов.

— Так мой посланец добрался до вас или нет? — продолжала допрос матушка.

— Приехал, ещё в полнолуние.

— Почему же ты так медлил? Ты же знал какой смертельной опасности мы подверглись!

Разговор шёл на повышенных тонах, а я так и не осмеливалась войти в гридницу, хотя изначально хотела обнять и поприветствовать батюшку.

— У меня были дела в Мирной крепости.

— Дела в крепости?

— Да, надо было до конца проверить запасы продовольствия на случай осады.

— Ты хочешь сказать, муж, что какие-то тюки с мукой и зерном, важнее наших с Еланой жизней? Ты ничего не попутал?!

Выражение из моего старого мира резануло по моим ушам, но более ошарашил ответ отца.

— Плевал я на ваши жизни, поняла?

— Что? Ты не в себе что ли?

— Ещё смеешь требовать от меня верности после того что сотворила?

Я увидела, как в следующий миг Чарослав стремительно приблизиться к царице и прохрипел ей в лицо:

— Ты думаешь я не знаю о твоей измене, шлюха?

Глава 10

— Что?

— Не смей отрицать. Той весной когда была зачата Елана ты раздвигала ноги перед Рогданом! Перед этим ублюдком, который предан тебе как пёс! Елана мне не дочь!

— Что ты несёшь, Чарослав?

— Не смей отрицать! Я все знаю про вас! Оракул друидов показал, что твоя дочь родилась зимой, а не весной. И ты умело прятала её три месяца ото всех, чтобы скрыть свой позор! Потому что понесла ее в то время пока меня не было в столице. А потом в нужное время представила её, как новорожденную, но твоей девке было уже три месяца. Ты зачала ее от Рогдана, который тогда был при твоей юбке. Все эти годы ты делала из меня дурака, Вея!

Я пораженно замерла, не веря своим ушам.

Неужели моя нежная правильная матушка сотворила подобное? Изменила моему отцу со своим