без такого же сильного восторга, но похвалил, что очень здорово, что у меня есть второй фамильяр, еще и “наш”, то есть светлый, и достаточного уровня, для официальных выходов.

– Ваше величество, Шанни не второй, а первый фамильяр. Она пришла ко мне первой и без каких-либо условий меня приняла. Скажите, а вас не смутило, что Нейта – темный фамильяр?

– Ничуть, я не предвзят.

– Но… по вашему приказу был арестован темный повелитель.

– Это другое дело, вейта Велроу. Ваш фамильяр хоть и темный, но не опасен для общества. Да, он сильный, но, при желании, с ним можно справиться. Вы ведь не будете отрицать, что фамильяр темнейшего вызывает опасения? Будь такой силы светлый фамильяр, я бы поступил также, ну может быть мягче, поскольку светлые фамильяры считаются менее опасными и агрессивными. К тому же предстоит выяснить, как обычный аристократ получил такого фамильяра. Этому должны были быть предпосылки. В этой истории много вопросов. А у вас, вейта, к тому же два фамильяра, значит вас нельзя отнести к темным магам, даже при наличии крупного темного фамильяра. Впрочем, как и светлым тоже. Вы универсальны и сбалансированы, и это прекрасно.

– А вы, вейта Велроу, кажется, сильно беспокоитесь об этом новоиспеченном темном повелителе? – прищурившись, спрашивает Оуэн, вклинившись таки в бесконечный поток восторгов своего отца. – Вы с ним, кажется, были весьма дружны, он часто посещал ваш дом, также сегодня ваша семья продемонстрировала, как хорошо его принимает.

В словах принца читаю скрытую опасность и угрозу. За себя я не беспокоюсь, за Райана нет смысла беспокоится, там нужно беспокоится тем, кто решится его обидеть. А вот моя семья не настолько защищена. Да, у отца много людей. Охраны столько, что хватит на небольшую армию, если, конечно, всех со всех частей королевства собрать, но это не абсолютный гарант безопасности. Позже переговорю с папой по этому поводу, а пока надо аккуратнее быть.

– Да, верт Фарендейл последние месяцы бывал у нас довольно часто, поскольку договорился о будущей практике на одном из предприятий моего отца, и папа возлагал на него большие надежды. И конечно мы дружны, ведь верт возлюбленный и пара моей лучшей подруги, вейты Милн. Она живет пока у меня дома, и верт Фарендейл всегда старался найти повод, чтобы прийти в наш дом и увидеться с ней. Да вы и сами, наверное, обо всем этом знаете. Жаль, что, кажется, вейта Милн довольно болезненно приняла тот факт, что ее возлюбленный стал темным повелителем, а сила ее фамильяра полностью противоположна его силе. Я хотела бы поговорить по этому поводу с вейтой Милн, утешить и успокоить, вот только нигде ее не вижу. Не подскажете, где она?

– Откуда же мне знать?

– Мне казалось, что вы тоже с ней весьма дружны.

Только сейчас подумала о том, что как же удобно, что Белла живет у меня дома и встречается с Райаном. Не нужно ничего выдумывать, чтобы объяснить мой интерес к темному.

– Оуэн, ты почему так с невестой разговариваешь? – возмутился король. – Одни сплошные вопросы и даже не поздравил.

– Прошу прощения, вейта Велроу, я вас искренне поздравляю. Два фамильяра – это невероятный успех и редкость. Я поражен. Позволите познакомиться с вашими фамильярами ближе? – говорит принц и тянет свои руки к моей Шанни.

Конечно нельзя! Ни к чему это. Самое плохое, что сейчас на нас все смотрят, король рядом, и ранее уже Шанни демонстрировала дружелюбие, чтобы отговариваться тем, что она кусается и не любит, чтобы ее трогали.

– Эм-м, я не уверена. Все же фамильяры приняли формы диких видов животных, – говорю я, отступая на полшага от принца. – Вдруг проявят агрессию, а меня потом обвинят, что это нападение на ваше высочество.

– Глупости.

Оуэн касается мордочки Шанни, она обнюхивает с любопытством руку и не проявляет никакой агрессии, даже подставляет мордочку под ласку, когда принц начинает чесать ее за ушком.

– Ваше высочество, это не уместно, – начинаю я подбирать новые причины, чтобы прекратить безобразие. Позже объясню Шанни, кому можно давать себя гладить, а кому не стоит. Но Оуэн меня прерывает.

– Почему неуместно? Вы же весьма дружны с моим фамильяром. Знаю, довольно часто навещаете его и общаетесь. Обнимаете, гладите. Почему я не могу дружить с вашими? – с этими словами его высочество без моего разрешения вытаскивает Шанни у меня из рук и прижимает ее к себе, гладит, а она совсем не против. Все вокруг умиляются. Принц воркует с фамильяром невесты. Но это все фальш. В другой реальности Оуэн не проявлял никакого особого интереса к Шанни и ни разу ее не погладил.

– Прошу прощения, но у меня дела, надо дать еще несколько распоряжений по сегодняшнему празднеству в честь закрытия недели церемоний по принятию фамильяров, – громко, для всех произносит принц.

Я выдыхаю, значит, Оуэн сейчас уйдет и отдаст мне Шанни. Но он разворачивается и действительно быстро уходит, вот только с моей Шанни на руках!

– Ваше высочество, постойте! – заполошно вскрикиваю, раскланиваюсь с королем и спешу нагнать принца. Оуэн не останавливается, хотя чуть сбавляет шаг, и я могу не бежать, а спокойно идти рядом, и Нейта величественно бесшумно шествует рядом с нами. Принц смотрит на меня искоса, чуть насмешливо.

– Ваше высочество, отдайте мне Шанни.

– Почему? Вас что-то беспокоит? Неужели считаете, что я могу чем-то навредить? Шанни не сказать, что легкая, а вы ее с рук не спускаете, словно чего-то опасаетесь.

– Нет, не опасаюсь. И это мой фамильяр, я сама еще с ней толком не познакомилась, а вы уносите.

– Сопроводите меня во дворец, и побудете со мной этим вечером? Ранее вы отказывались появляться и участвовать во всех дворцовых мероприятиях из-за учебы, но теперь она завершена.

– Я не смогу, у меня другие планы.

– Что же, тогда позволите Шанни побыть со мной в это время? Все же я по вам очень скучаю, когда вас нет, а Шанни будет мне напоминать.

Да, это в прошлой реальности никого не волновало, что я не пришла на главный бал года по случаю появления в мире новых фамильяров. Прорыдала всю ночь подальше ото всех. Думала, что у меня и в этот раз никто не обратит внимание на мое