А может быть, и из-за банальной глупости? Такой вариант я тоже не отбрасывал. Не знаю. Да и если на то пошло, сейчас это не так уж и важно. Мы оба знали, что это была чистая правда. Последние пару лет ему становилось труднее двигаться. Лерант стал медленнее, а реакция и точность движений снизилась. Я видел это так же хорошо, как сейчас стоящего передо мной Луи. И каждый раз, когда он отказывался от очередного заказа, мотивируя это тем, что у него нет времени или же заказ ему банально не интересен, на самом деле Луи просто боялся, что возраст не позволит ему сделать работу с той педантичностью и профессионализмом, к которым привык он и его клиенты.

Никто не может победить время.

И сейчас, глядя на его горящие от возбуждения глаза, я слишком хорошо понимал, что никогда не смогу его отговорить. Само мироздание не позволит мне этого сделать. Но попытаться я был обязан.

— Луи, я прошу тебя ещё раз, — как можно более спокойным и рассудительным тоном заговорил я. — Одумайся. Откажись от этого дела. Ты не сможешь…

— Смогу! — с жаром заявил он. — И сделаю…

— Да никто не смог этого сделать, — пропустив его слова мимо ушей, сказал я. — Ты не хуже меня это знаешь. Все, кто пытался, либо были арестованы, либо вообще исчезли…

— Что только лишний раз доказывает, что это возможно, — тут же возразил мне Лерант, чем сбил меня с толку.

— Что?

— Тебе никогда не казалось это странным? — продолжил он. — Только подумай об этом, парень. Каждый раз, когда наших ловили при попытке, из этого целое представление устраивали. А ведь бывали и случаи, когда их…

— Да потому что некого было ловить! — не выдержав, рявкнул я. — Боже мой, Луи, ну послушай сам себя, ты говоришь это, чтобы убедить в этом в первую очередь себя! Ты…

Я вдруг резко замолчал. Неожиданная догадка кольнула сознание, вворачиваясь в него, как саморез в мягкую древесину. Всё глубже и глубже, пока осознание того, что он задумал, наконец не дошло до меня в полной мере.

— Господи. Да ты ведь и без меня всё понимаешь. Так ведь? Ты знаешь, что у тебя ничего не получится, — пробормотал я.

Потрясение оказалось настолько сильным, что я сделал пару шагов и упал в кресло. Он знает, что это невозможно. Он прекрасно это понимает. Сам рассказывал мне. И Луи хорошо видит, что даже будучи молодым, он не смог бы добиться успеха, а уж в его нынешнем возрасте и подавно. И дело не в том, что он хочет совершить невозможное, нет.

Похоже, Лерант догадался о том, что я раскусил его замысел. Он молча стоял у стола и смотрел на меня уставшим, но добродушным взглядом. Тем самым взглядом, каким смотрел в те моменты, когда я после долгих попыток наконец добивался успеха.

— Значит, вот как ты решил исполнить свою мечту, да? — негромко спросил я. — Это твой план?

В первые секунды у меня создалось впечатление, что Луи меня не расслышал. Стоящий у стола Лерант нахмурился и посмотрел на меня с таким видом, будто я только что сказал какую-то невероятную глупость.

— Я не понимаю, о чём ты…

— Луи, пожалуйста, не делай из меня дурака, — не столько попросил я, сколько буквально умолял его. — Я ведь не идиот и всё вижу.

Старый вор посмотрел на меня, недовольно поджал губы и тяжело вздохнул.

— Вот ведь. И в кого ты такой догадливый уродился? — пробормотал он, после чего сел в своё кресло за столом и… замолчал.

Я тоже говорить не торопился. Мы так и сидели в тишине, друг напротив друга, словно каждый боялся первым сказать слово и разрушить этот странный момент. И всё-таки долго так продолжаться не могло.

— Ты не сможешь отговорить меня, — ровным и негромким голосом сказал он, глядя мне в глаза. — Даже не пытайся, парень. Я уже всё решил.

В очередной раз я поразился той железной и бескомпромиссной уверенности, что звучала в его голосе. Он говорил так, словно не испытывал совершенно никаких сомнений в своём выборе. Да скорее всего так оно и было.

— Луи…

— Нет, парень. Я уже всё решил. Я либо сделаю это, либо нет…

— Но почему? — не сдавался я. — Зачем так рисковать, у тебя же есть…

— Что⁈ Что у меня есть? — резко и с вызовом спросил он.

Луи пристально посмотрел на меня, и в его глазах я видел такую горечь, которую никогда не замечал в Леранте до сих пор. Лишь её отголоски, тщательно скрываемые за едкими и саркастичными шутками. Но сейчас, похоже, эти чувства его переполнили. Настолько, что сдерживаемые эмоции наконец выплеснулись наружу.

— Думаешь, я сам этого хочу? Думаешь, что я не хотел навсегда остаться молодым, парень? Видишь? Давай, посмотри на мои руки.

Он поднял ладони и показал их мне. Я и так знал, что там увижу. Заметил ещё год или полтора назад. Небольшую, даже едва заметную дрожь, которую Луи никак не мог унять, сколько ни старался. И я раньше замечал, как он иногда перекладывал сигарету из пальцев одной ладони в другую. А затем убирал сжатые в кулак пальцы в карман куртки или пальто, скрывая своё состояние. Думал, что я не замечу. Или не думал. Это значения не имело. Из уважения к ним я никогда не обращал на это его внимание.

Но сейчас все карты легли на стол.

— Видишь? Видишь, как они дрожат? Раньше я мог этими пальцами вскрыть любой замок. Абсолютно любой. С закрытыми глазами. В темноте. Вверх ногами. В любом состоянии. А сейчас? Они теперь порой дрожат так, что я не могу ключом в замок попасть, когда домой прихожу. Не могу, понимаешь? — Луи сжал пальцы в кулаки, словно одной только его злости на собственное тело, что предательски подводило его, было достаточно, чтобы унять эту проклятую дрожь. — Мои силы уходят. Рефлексы уже не те. Даже зрение и то подводит порой. Я чувствую, как всё это вытекает сквозь пальцы, и ничего, ничего не могу с этим сделать!

Его голос сорвался на хрип. Луи резко поднялся с кресла и прошёлся по комнате. Замер у окна спиной ко мне. Я не мог увидеть выражения на его лице, но мне и без того было понятно, что он сейчас испытывает.

— Всю жизнь я лишь этому и учился. Тренировался, чтобы быть лучше всех, — тяжело вздохнул он. — Красть. Вскрывать замки. Я