безмолвных смешков, склонил голову в намеке на поклон и скрылся за дверью на галерею. Еще немного повозившись и основательно поспорив, они завершили превращение. Пен прошелся по маленькой мастерской, практикуясь с драпировками и весьма правдоподобно подражая женской походке.

– Я действительно думаю, что вам удастся пробраться на территорию Ордена, – сказала Танар, любуясь своей работой. – Но удастся ли выбраться обратно? В одиночку?

В этот момент Боша вернулся в мастерскую, на этот раз через свою комнату, и услышал ее слова. Он прислонился к косяку.

– Полагаю, что да. Как и говорила мадам Катай, у него есть таланты. – Подняв глаза, Никис увидела, что он крутит на длинном указательном пальце храмовые косы Пена. – И теперь мы знаем, какого толка.

Пен на мгновение застыл – и Никис тоже, похолодев от внезапного осознания, как опасно может быть дразнить Пена. Но тот лишь облизнул губы и ровным голосом произнес:

– Отдайте.

– Разумеется.

Боша вручил ему косы, держась на расстоянии вытянутой руки. Двух вытянутых рук, с учетом руки Пена.

Выпучив глаза, Танар спросила:

– Это косы чародея?

– Да, – лаконично ответил Пен.

– Настоящие? – Разумный вопрос, с учетом того, чем они только что занимались.

– Да.

– Это многое объясняет, – пробормотал Боша, скрестив руки и вновь прислонившись к дверному косяку.

– Ну ничего себе! – воскликнула Танар. – Я никогда раньше не беседовала с чародеем. Никис, ты знала? Конечно, знала.

Танар явно пришла в восторг. В отличие от Боша.

– Вы часто роетесь в вещах ваших гостей? – язвительно спросил Пен.

– А вы часто зажигаете огонь без свечи или щепы? – спросил в ответ Боша.

– …О.

– Да, часто, – сказала Никис. И когда они с Пеном успели так привыкнуть к этому простому домашнему фокусу, что она попросила, а он машинально подчинился? – О, Пен, прости меня. Я не подумала.

– Все в порядке, – ответил он, по-прежнему сдавленным голосом. – Я тоже. Хотя я не знал, что он смотрит.

– Это дает ответ на много вопросов, но поднимает еще больше новых, – сказал Боша. – С учетом того, где я их обнаружил. Вы также являетесь храмовым целителем?

– Не… совсем.

– Во всем, кроме последней клятвы, – ответила за Пена Никис.

– Потому что, насколько я знаю, штат целителей составляют самые искусные чародеи Храма.

– Вы не ошиблись, – сказал Пен.

Его губы сжались в тонкую линию, и только Никис понимала, какой шрам он скрывал глубоко внутри. Боша будет гадать и никогда не узнает, почему беседа приняла столь мрачный оборот. Не говоря о катастрофе, которая могла разразиться, если бы евнух узнал, что Пен прибыл в Патос в качестве агента герцога Адрии. И по-прежнему мог им являться.

Она быстро вмешалась:

– Возможно, вы получите ответы на все свои вопросы… если мы снова встретимся на свадьбе Танар и Аделиса. А пока вам лучше не знать.

Никис задумалась, каким разумом обладал Боша, когда тот медленно кивнул в ответ.

* * *

Никис попрощалась с Танар в ее спальне. Они крепко обняли друг друга.

– Будь осторожна, – попросила Танар, отпуская Никис. – Я чувствую себя лучше теперь, когда больше знаю о твоем посыльном. Кто бы мог подумать, храмовый чародей! И целитель?

– Он вылечил глаза Аделиса, – подтвердила Никис. – Палач отлично справился с задачей. Клянусь, они наполовину сварились.

Танар ахнула.

– Это было ужасно. Я видела. Пен буквально восстановил их своей магией.

Она испытывала странную радость от того, что наконец могла с кем-то поделиться. Справедливость? Хвастовство? Кто знает.

– Но теперь с глазами Аделиса все в порядке?

– Он отлично видит. Просто выглядит иначе.

Танар кивнула, прагматично принимая это.

– А твой очаровательный целитель… Он уже просил тебя выйти за него замуж?

Никис вспомнила тот тяжелый, усталый разговор, что состоялся у них с Пеном по прибытии в Орбас.

– Полагаю, что да.

– Полагаешь? Как ты можешь не знать?

– Ну, я знаю. Да.

– И ты не вцепилась в него обеими руками? Чародей, целитель, восхитительные золотые волосы? Высокий. И эти глаза. Это правда, что чародеи творят удивительные вещи в постели?

– Я… не знаю. Возможно. – И не добавила: «Генерал Чадро определенно так считает».

– Я бы ждала от тебя большего любопытства. – Танар испустила разочарованный вдох.

– Такого, как у тебя? – Никис подавила смешок, а Танар глупо улыбнулась. – Но Пенрик никогда не бывает один, – продолжила Никис. – Он всегда в компании. Его демон хаоса – это не только сила, но и личность. Он даже дал ей имя. Дездемона.

Танар прижала пальцы к губам, заглушая хихиканье.

– Умно!

– Но в его голове живут два человека, а не один. Постоянно. – Точнее, двенадцать… тринадцать, однако сейчас не было времени вдаваться в подробности. – Все это время она втайне была с ним, твоя третья гостья.

Танар склонила голову.

– Но ты о ней знала.

– …Да.

– И, очевидно, не сочла ее опасной, чтобы предупредить нас. – Танар подняла лицо и вскинула брови, произнося этот не совсем вопрос.

– Верно, – дала Никис не совсем ответ. – Но я выйду замуж не только за него. А еще и за нее. Демона хаоса. Понимаешь?

– Я… о. – Если это и не разубедило Танар, то хотя бы охладило ее пыл. – Что ж, ты осторожна, и боги свидетели, тебе немало пришлось пережить. Полагаю, ты знаешь, чего хочешь.

Под конец в ее голос вкрались нотки сомнения.

Никис пожала плечами, грустно соглашаясь с невысказанными словами. Кто мог предвидеть сожаления? Ее брак с Кимисом казался хорошим – был хорошим, пока не завершился так ужасно. Отдать сердце любому живому существу, даже обычной кошке, означало рисковать вновь пережить такую потерю. Что вернуло Никис к вопросу:

– Так что мне сказать Аделису?

Танар прикусила губу и опустила взгляд.

– Скажи ему… – Она подняла голову и посмотрела Никис в глаза. – Скажи, что я буду ждать.

– Ты уверена? Ожидание может продлиться долго. И ничем не кончиться. Я редко встречала молодых женщин, которые не мечтали бы сбежать из материнского дома и стать себе хозяйками.

– Даже если ради этого им придется выйти замуж? – насмешливо спросила Танар. – Спасибо Дочери и Матери, этот путь не для меня. Нам с матушкой не приходится жить друг у друга на голове. И она потакает всем моим интересам. По крайней мере, хвалит меня за успехи и ничего не говорит про неудачные попытки. Которых было немало, и весьма постыдных, но матушка говорит, это часть учебы.

Никис поймала ее машущие руки и сжала.

– В таком случае, я при первой же возможности передам твое послание.

Она взяла свой заново упакованный чемодан и последовала за Танар в гостиную, где ждали переодетый Ручией Пенрик и Боша. Чтобы их