Он повернулся обратно и сделал нервный, неаккуратный глоток из кружки.

— Нет, он жив.

— О, слава богу, слава богу. — Он откинулся в кресле, держа кружку на бедре, вытирая бороду сухой ладонью.

Керри всё ещё была позади меня у двери. Она тоже вздохнула с облегчением.

— Мы так волновались. Мой отец отменил твоё задание прошлой ночью, разминулся с нами на час. Он сказал, что ты больше не нужен, и совершенно взбесился на Аарона, когда узнал, что ты уже уехал.

Я повернулся к ней, почти шёпотом:

— О, он точно бешеный. — Я замедлился, чтобы не ошибиться. — Я думаю, твой отец планирует ракетную атаку на круизный лайнер «Окасо» завтра. Это случится, когда он войдёт в шлюзы Мирафлорес. Если он преуспеет, погибнет много людей, тысячи.

Её рука взлетела ко рту.

— Что? Но ты здесь, чтобы остановить... Нет, нет, нет, мой отец не стал бы—

— Джордж не будет нажимать на кнопку. — Я указал на холодильник. — Но он будет. Тот, со шрамом на животе. Ну, с пляжа, дети, твоя любимая фотография. — Они оба проследили за моим пальцем. — Я видел его у шлюзов Мирафлорес, он уехал, как только увидел Аарона и «Мазду». Он также был у Чарли, в его доме, во вторник, а потом здесь прошлой ночью. Он оставался в машине, не хотел, чтобы его видели... Чарли только что сказал мне, что именно он забрал систему...

— О, боже. Милтон... — Она прислонилась к стене, обхватив шею руками. — Милтон был одним из тех, кто занимался закупками для Иран-контрас в восьмидесятых. Они продавали оружие Ирану в обмен на заложников в Ливане, а затем использовали деньги для покупки другого оружия для контрас... О, чёрт.

Её руки упали по бокам, слёзы навернулись на глаза.

— Это его работа, Ник, вот чем он занимается.

— Что ж, он только что приобрёл себе противокорабельную ракету, и я думаю, он собирается использовать её завтра на «Окасо».

— Нет, он не мог, ты должно быть ошибаешься, — запинаясь, проговорила она. — Мой отец никогда бы не допустил этого с американцами, ради всего святого.

— Да, допустил бы. — Аарону было что сказать. — Поправка ДеКончини. Подумай об этом, Керри, подумай.

Его глаза были прикованы к её, и он говорил с горьким спокойствием, пытаясь не повышать голос.

— Джордж и эти парни... они собираются потопить этот корабль, чтобы у США было законное основание вернуться. И знаешь что? Он сделал нас частью этого — боже мой, мы часть этого. Я знал, что что-то подобное случится, я говорил тебе, что здесь нечто большее...

Керри сползла на пол, возможно, наконец осознав, чем на самом деле всю жизнь занимался её отец.

Я повернулся на звук медленно потираемой щетины.

— Она входит в шлюзы завтра в десять утра... Боже мой, что мы будем делать?

Но вопрос был адресован не мне. Его глаза всё ещё были устремлены на неё.

— Зачем он втянул тебя, а? Может, ты хотела большего, чем паспорт. Может, тебе нужно было оправдание для своего билета «назад в Бостон», а?

— Я не... и я не знала, Аарон. Пожалуйста, поверь мне, я не знала.

Он замолчал. Я слышал, как воздух входит и выходит из его волосатых ноздрей, пока он пытался сохранять спокойствие, затем перевёл взгляд на меня.

— Тебя, Ник, тоже использовали? — Он указал за мою спину. — Как и её?

— Это история моей жизни, — сказал я. — Керри, Луз, тебе придётся поговорить с Джорджем — умолять его, угрожать ему.

Я повернулся, но Керри проигнорировала меня. Она просто покорно смотрела на мужа.

Голос Аарона всё ещё был тихим, но теперь пропитанный тяжёлой иронией, когда он встретил её взгляд.

— Почему он должен останавливаться? Чёрт, он думает, что это отличная идея. Настолько отличная, что он дал своей дочери немного действия в качестве сюрприза. — Его глаза налились яростью, когда он с силой поставил кружку на стол и подался вперёд. — Так что все счастливы: дядя Сэм возвращается и спасает положение, денежные мешки, военные, правые — все получают Зону обратно. И, эй, если что пойдёт не так, другие парни примут удар. — Он указал на Керри, его глаза снова впились в неё. — Это ты, и я, и Луз. Вот это, блин, паспорт.

Я открыл рот, чтобы заговорить, но Аарон не закончил.

— Наш ребёнок будет получать письма от своей матери на бланке Алькатраса, если нам повезёт. И это если нас не казнят. Всё вышло из-под контроля. Как мы будем жить с собой после этого?

Аарон поднял левую руку, показывая обручальное кольцо.

— Мы команда, помнишь? Я говорил тебе, что это неправильно. Я говорил, что он лжёт, я говорил, что он использует тебя. — Он откинулся в кресло, вытирая глаза прямыми пальцами и в отчаянии потирая бороду, снова взглянув на дверь компьютерной комнаты.

Я повернулся. Она смотрела вниз, слёзы катились по её щекам.

— Я свяжусь с ним сегодня вечером... Так не должно было быть.

Это было началом.

— Хорошо. Если я закрою релейную плату сейчас, ты всё ещё сможешь с ним связаться?

Она открывала рот, но если слова и были, я их не услышал. Сверху раздался явственный и тяжелый «вап-вап-вап-вап».

Мы все посмотрели вверх. Шум внезапно стал таким громким, как будто крыши вообще не было.

Оба бросились к двери компьютерной комнаты.

— Луз! Луз!

Я двинулся к сетчатой двери. Я оглянулся и увидел, как они ворвались в другую комнату. Чёрт, веб-камера всё ещё работала.

— Закрой камеру!

Я прижался носом к сетке. Мне нужен был М-16 в Land Cruiser, но этого не случится. Два тёмно-синих вертолёта теперь зависли над домом, уже сбросив свой груз. Пары джинсов с М-16 приближались к веранде. Майкл, должно быть, установил связь с Аароном после встречи у шлюзов.

Я отпрянул обратно в комнату, подальше от глаз, как раз когда двое других вбежали с перепуганной Луз.

Шум вертолётов был оглушительным. Один, должно быть, завис в нескольких дюймах от крыши; книжный шкаф трясся так сильно, что книги падали на пол.

Сцена за сеткой представляла собой водоворот летящих веток, листвы и грязи, когда мужчины, пригибаясь, осторожно приближались к веранде, направив оружие.

Лицо Аарона было каменным, он смотрел поверх головы Луз, когда они стояли на коленях по обе стороны от неё, свернувшейся калачиком в кресле, крепко зажмурившись от страха. Они оба обнимали и пытались успокоить её.

Из-за их спин, из кладовой, донеслись крики по-испански.

Я увидел тела на веранде.

Всё было кончено. Я упал на колени и поднял руки вверх, сдаваясь, крича Аарону и Керри, пытаясь