спросить ещё много чего. У меня в голове за одну эту минуту скопилось столько вопросов, что хватило бы на десяток ночей в Зале. Ястребов. Магистр. «Из всех, кто мог меня впустить». Чёрт побери, да это что же получалось? Мой род, тот самый род Ястребов, это не про гордую птицу, это…

— Потом, Виктор, — мягко, но твёрдо оборвал меня Маршал, будто услышал, как у меня в голове начинает раскручиваться бесконечная спираль мыслей и образов. — Сейчас работа. Выживи, брат.

И он был прав, чёрт бы его побрал! Я загнал все вопросы поглубже, они подождут, сейчас мне нужно сосредоточиться на том, чтобы не поставить антирекорд Ордена по времени пребывания в нем нового… брата. И да, проще говоря, не сдохнуть.

— Готов.

— Тогда поднимай контур.

И я поднял.

Привычно, как поднимал десятки раз на занятиях, вот только… контур Печати сейчас поднимал уже не послушник. Стало ли от этого легче или тяжелее, я не понял. Просто стало иначе…

— Замыкай.

Я свёл края контура над собой. Я делал это уже много раз, в том числе и заключая под этот «купол» моих товарищей. Однако сегодня… сегодня от этого зависит моя жизнь и… будущее человечества? Я не смог держать нервный смешок. Многовато на тебя взвалили эсквайр Виктор! Сначала просто выживи…

Вслух я сейчас не мог разговаривать сам с собой, но мой странный юмор-поддержка всегда меня бодрил, хоть его и кроме меня никто обычно не слышал. Контур замкнулся, он был выстроен правильно, осталось не облажаться дальше.

Тут я вдруг понял, что где-то на самом краю сознания, за стеной щита, тёплой неподвижной точкой проступила чужая Воля. Маленькая, какая-то кривая и что ли… надломленная, но совершенно точно живая и непокоренная!

Гримм. Он сидел там же, в трёх метрах от моего тела и в неизвестно на каком расстоянии от моего сознания, на деревянном ящике у моего контейнера, и поддерживая меня, при этом не подозревая, что он делает. И щит с его сторону казался ощутимо… легче, как будто он подставил своё мощное плечо под невыносимый груз на моих плечах, приняв часть нагрузки на себя.

— Печать, — коротко скомандовал Маршал.

И я уже без слов, мгновенно включил Печать Тишины, которая окутала меня привычным слегка теплым «одеялом».

— Хорошо, — тут же продолжил Маршал. — Под щитом, внутри, у тебя есть… тихое место. Абсолютная Тишина. Найди его.

И я нашёл. Оно и правда там было — крохотный участок тишины, до которого не доставала Скверна, не доставал местный фон, не доставало вообще ничего. Реально Абсолютная Тишина… Тихий островок в самом центре меня.

— Начинай собирать Звезду.

И лёгкая часть на этом закончилась.

Собирать Звезду оказалось… Я потом долго подбирал сравнение и так и не подобрал. Ближе всего это было похоже на то, что лепил что-то из мокрого песка под водой, на огромной глубине под давлением, в полной темноте и на ощупь, при этом ни на секунду не отпуская контроль на Печатью. Мой Источник отдавал «песок» неохотно, рваными толчками, и каждую крупицу нужно было поймать, удержать и уложить в общий комок, который то и дело норовил расползтись обратно.

Я укладывал. Комок расползался. Я укладывал снова и старался сжать его сильней. Но он снова расползался…

— Не торопись, — ровно говорил Маршал откуда-то сбоку. — Звезда не строится. Звезда рождается. Тебе надо дать ей первоначальную форму и дальше просто не мешать ей.

— Угу… — мычал я, потому что на нормальные слова сил уже не оставалось.

Время и пространство полностью исчезло… Был только «комок», «пыль», Печать над головой и голос Маршала. Иногда сквозь всё это глухо, как через толщу воды, доходили обрывки внешнего мира: скрип ящика под, судя по. Всему нервничающим, Гриммом, далёкий стук… кажется Олег что-то приколачивал на вышке. Это были хорошие звуки. Они означали, что снаружи всё идёт как надо, что мир пока не сошел с ума.

А потом «комок» в моих руках впервые отозвался.

Я… не могу сказать как именно… Только что у меня в руках была мёртвая масса, которую я месил из последних сил и вдруг внутри неё что-то… дрогнуло. Слабо, сначала один раз, затем еще раз и еще… И сразу стало ясно, что… ВОТ ОНО!

— Есть, — выдохнул я.

— Есть, — согласился Маршал, и сейчас в его голосе прорезалось что-то человеческое, так сильно напоминающее… надежду. — Сейчас она начнёт разгораться. И тебя увидят.

— Когда?

— Уже.

И он, как всегда, оказался прав.

Это ощущение пришло не сразу. Снаружи по щиту словно провели ладонью. Сначала медленно и оценивающе. Будто что-то огромное и могущественно увидело что-то интересное и сейчас внимательное вело ладонью по куполу, выискивая, где у него слабое место. Я никогда раньше не чувствовал Изнанку вот так, в упор, только дальний Голос, только Зов на краю сна. А теперь она было здесь, по ту сторону тонкого барьера моей Воли, и оно хотело… меня сожрать.

— Держи, — коротко сказал Маршал, но в голосе на этот раз у него проскользнула тревожная нотка. Всё же старому вояке не чужд страх, хотя… учитывая, что сейчас стояло на кону, его можно было понять.

А я держал… Что еще мне оставалось? Ощущение касания ушло, вернулось, и ушло опять, словно кто-то кружил вокруг моего щита и искал место, куда ударить. И скоро удар всё же последовал!

Не могу описать, чем именно это было сделано. У этого не было ни формы, ни веса, ни направления, просто купол Печати над моей головой разом стал тяжелее в несколько раз, и я с хрипом снова опустился на одно колено, но уже не по своей воли. Странно, вокруг не было никакого физического воплощения чего-то чужого, но тяжесть на моих плечах была вполне реальной!

В глазах у меня тут же потемнело. Рождающаяся Звезда как будто испуганно сжалась, и я едва успел подхватить её, не дать ей погаснуть.

— ДЕРЖИ! — рявкнул Маршал.

Я всё же удержал… Не знаю, как… Кажется, я орал при этом во всю глотку… Давление откатилось, стало на мгновение легче, и в этой короткой передышке я только и успел подумать, что если так будет каждый раз, то суток я точно не протяну… А еще я, с трудом, но снова стал на обе ноги, пошире их расставив для лучшей опоры. Не стану я на колени перед… этим!

В этот самый момень сквозь толщу «воды» до меня донеслись звуки, которых я ждал и боялся одновременно. Выстрелы! Короткие, расчетливые выстрелы снайперской винтовки Олега.

— Маршал… Снаружи…

— Слышу, —