нашего раскинувшегося комплекса. Ускоряю шаг, прохожу мимо нижней террасы и пирса и спешу к лодочному сараю. Камеры видеонаблюдения установлены только на дверях, поэтому крадусь вдоль тёмного здания, мимо уличного душа, где застала Уайатта дрочащим в тот день.

Как только я сворачиваю за угол, он выходит из тени и обнимает меня.

Я вскрикиваю от неожиданности, но он заглушает мой возглас поцелуем.

— Эти грёбаные шорты, — бормочет он мне в губы. Он уже расстегивает пуговицу и тянет за крошечную молнию. Они такие короткие, что едва требуют одного движения.

— Почему ты так злишься из — за моих шорт?

— Потому что они не дают мне добраться до твоей киски, — говорит он, — но в то же время дразнят меня. Я вижу, как из — под них выглядывают твои ягодицы.

Он стаскивает шорты с моих бёдер вместе с крошечными трусиками.

— Даже не поздороваешься? — дразню я.

Он перебивает меня поцелуем, его рука уже скользит между моих ног. Удовольствие скользит по мне, когда он обхватывает мою киску и массирует клитор кончиками пальцев.

— Подними эту ногу, — стонет он мне в губы.

Он шлёпает меня по ягодице, и я подчиняюсь, поднимая ногу и закидывая ее ему на бедро. Это полностью открывает меня для него, и он вводит два пальца внутрь. Он слегка сгибает их, попадая в точку, от которой у меня перехватывает дыхание, и по моему телу пробегает волна удовольствия.

— Я так сильно хочу тебя трахнуть, детка. Но сейчас у нас мало времени, так что я хочу, чтобы ты представила, что мои пальцы — это мой член, хорошо? Представь, что это я внутри тебя, трахаю тебя так хорошо и глубоко. — Он вынимает пальцы, затем вводит их обратно. — Чувствуешь?

Я чувствую всё. Мои бёдра двигаются навстречу его искусным пальцам, дыхание застряло в лёгких. Обычно мне нужна стимуляция клитора, но эта точка, по которой он водит пальцем, такая чувствительная, что я чувствую знакомое покалывание, предвещающее оргазм.

— Господи, у меня вся рука мокрая, — бормочет он.

Он продолжает ласкать эту точку, и все мое тело начинает дрожать.

— Заставь меня кончить, — выдыхаю я.

Он издаёт низкий, грязный смешок.

— Вот это моя девочка.

Затем он снова сгибает пальцы, и я вскрикиваю от наслаждения. Он затыкает мне рот ладонью, а другой рукой продолжает ласкать меня, пока я не обмякаю и ему не приходится поддерживать меня, чтобы я не упала.

Уайатт выглядит весьма довольным собой, когда вынимает пальцы, и я стону, когда он засовывает их в рот и слизывает мой оргазм.

— Чертовски вкусно, — мурлычет он.

Переведя дыхание, я пытаюсь привести в порядок волосы, чтобы они не напоминали птичье гнездо.

— Иди, — говорит мне Уайатт. — Пока никто не заметил, что нас нет.

Мой взгляд опускается на очень заметную выпуклость в области его паха.

— Мне кажется, я не должна оставлять тебя в таком состоянии.

— Я позабочусь об этом позже.

Я сдерживаю стон.

— Фото, или не поверю.

— Если будешь хорошо себя вести, пришлю видео, — тянет он и шлепает меня по заднице, прежде чем я исчезаю в темноте.

МУЖСКОЙ ЧАТ: РЕЖИМ ИНКОГНИТО

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ: Эй, какого хрена? Вы создали новый чат без Эй Джея??

ДИН ДИ ЛАУРЕНТИС: Его отца здесь тоже нет. Это зона, свободная от Коннелли.

ДЖОН ЛОГАН: Скатертью дорога.

ДЖОН ТАКЕР: Твоя ревность становится жалкой, чувак.

ДЖОН ЛОГАН: Плевать. Он не уважает иерархию лучших друзей.

БО ДИ ЛАУРЕНТИС: Ребята, я не могу быть в новом мужском чате. Я едва успеваю за старым.

ДИН ДИ ЛАУРЕНТИС: Не волнуйся, это временно. Мы открываем форум для обсуждения девушки.

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ: Какой девушки?

ГАРРЕТ ГРЭХЕМ: Подождите, так вот для чего этот чат? Я думал, он для того, чтобы спланировать вечеринку — сюрприз на день рождения Джейка.

ДЖОН ЛОГАН: Ух ты. Ты бы организовал для него вечеринку? Почему бы тебе заодно и член ему не отсосать?

ГАРРЕТ ГРЭХЕМ: А стоило бы. Он, вероятно, был бы благодарен и сказал бы «спасибо» после, в отличие от другого моего лучшего друга, который вел бы себя мелочно и неуверенно.

ДЖОН ТАКЕР: Мне не нравится эта аналогия.

ДИН ДИ ЛАУРЕНТИС: Сосредоточьтесь. Кто — нибудь скажет Эй Джею, что его девушка — отстой?

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ: Хахахахахаха

БО ДИ ЛАУРЕНТИС: Ага, но мы не будем этого делать.

ГАРРЕТ ГРЭХЕМ: Это его дело.

ДИН ДИ ЛАУРЕНТИС: Она клеилась к Хантеру прошлой ночью.

ДЖОН ЛОГАН: Правда???

ХАНТЕР ДЭВЕНПОРТ: Зачем ты меня в это втягиваешь, Дин? Я же просил никому не рассказывать.

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ: Погоди, она клеилась к моему отцу, а не ко мне? Какого хрена.

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ: Не то чтобы я хотел, чтобы она ко мне клеилась.

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ: Но всё равно.

ГАРРЕТ ГРЭХЕМ: Уточни контекст слова «клеилась».

ХАНТЕР ДЭВЕНПОРТ: Я проснулся около двух часов ночи, чтобы выпить стакан воды, и тут на кухню пришла Тара в откровенном наряде и начала флиртовать.

ДЖОН ЛОГАН: Флиртовать как?

ХАНТЕР ДЭВЕНПОРТ: Она назвала меня «папочкой» и сказала, что всегда хотела быть содержанкой.

ДЖОН ТАКЕР: Ой — ёй.

ХАНТЕР ДЭВЕНПОРТ: Она была пьяна. Я не воспринял это всерьез.

ДИН ДИ ЛАУРЕНТИС: Так кто из «Золотых мальчиков» удостоился чести рассказать об этом Эй Джею?

БО ДИ ЛАУРЕНТИС ПОКИНУЛ ЧАТ «МУЖСКОЙ ЧАТ: РЕЖИМ ИНКОГНИТО»

ГРЕЙ ДЭВЕНПОРТ ПОКИНУЛ ЧАТ «МУЖСКОЙ ЧАТ: РЕЖИМ ИНКОГНИТО»

ДИН ДИ ЛАУРЕНТИС: Трусы.

Глава 33. Блейк

Не дай бог я захочу утолить жажду

Мы с Уайаттом играем с огнем.

За последние четыре дня нам удаётся встретиться и переспать, не попавшись, хотя это не значит, что мы не были на волосок от провала. Каким — то чудом мы выкручиваемся из нелепых ситуаций, и ни один человек в группе, состоящей из самых умных людей, которых я когда — либо встречала, ничего не замечает.

После особенно рискованного минета в лодочном сарае средь бела дня Деми Дэвенпорт застает меня врасплох, и я делаю вид, что гонялась за птицей, потому что, ну, знаете, увлеклась наблюдением за птицами. Из — за этого мне приходится потом искать информацию о птицах, чтобы за ужином рассказать всем о черноголовой гаичке, а Уайатт едва сдерживает смех.

На следующий день мы становимся смелее. Пока все загорают или дремлют на пляже