что у меня в глазах начали разноцветные круги плавать. Слава богу, что другого воздействия магия ящера на меня не оказывает. А то бы скончался уже дважды. После неудавшейся попытки убийства Топтун опять затих, разглядывая меня из своего угла. В голове снова почувствовалось чужое присутствие. Что-то мне кажется, что он в моей голове выискивает какие-то мысли о полученных повреждениях. Либо о скрываемой боли. Хотя как можно скрыть последствия попадании молнии — я не знаю. Во время такого неожиданного удара сокращаются все мышцы. Контроль над организмом теряется на секунду и даже самый стойкий солдат не сможет полностью скрыть реакцию на подобный тип урона. Если разум может противостоять, например, боли от огня или ран, то электричество у разума не спрашивает. Оно на мгновение берет под свой контроль тело. И, уж поверьте, это мгновение незабываемое. Думаю, если ад и существует, то там большинство пыток — электрические. Потому что к разрядам молний нельзя привыкнуть — можно лишь узнать, что тебя ждет. И это знание никакого облегчения не приносит…

— Еще один разряд: и я тебя расчленю. — Пригрозил я, безбоязненно делая шаг к ящеру, — И съем за обедом.

Ящер один раз громко рыкнул, но пытаться нападать не спешил. Я осторожно погладил существо по шее, стараясь не поцарапать руку о чешую. По руке то и дело пробегались маленькие разряды электричества, пытаясь ужалить кожу.

— Слушай, Топтун, а ты здоровый вымахал. — Заметил я, с усилием поворачивая морду Топтуна к себе, — Только не говори мне, что ты еще больше вырастешь. А то ж тебя не прокормишь…

Ящер-переросток заворчал и коснулся моего лица раздвоенным языком. Надеюсь, ему в голову не взбредет, что я вкусный. Убивать его не хотелось бы. Он и так уже опасен, а в будущем, возможно, станет еще более грозным созданием. Неплохо было бы иметь подобный козырь за пазухой. Конечно, подготовленный воин с магическим прикрытием сможет пережить и не такое, но все же… Внезапный «выстрел» молнией может привести к мгновенным летальным последствиям…

— Значит так, — Сказал я, обращаясь к Топтуну, — Правила простые: никого без моего приказа молниями не бить. Ну, обидчиков можно. Но желательно не до смерти. Тебе ясно?

Топтун никак не отреагировал. Однако у себя в голове я явно чувствовал какие-то подвижки. Видимо, ящер неизвестной степени разумности пытался уловить смысл того, что я говорил посредством чтения мыслей. Ладно, оставим это на его сообразительность…

— Правило второе: разумных не жрать.

Ящер недовольно рыкнул.

— Понимаю, в этом мире чуть ли не каждый встречный разумен. Но воздержись. Насчет всяких сусликов-белочек… Можешь охотиться вволю. Только, опять же, домашний скот не жрать!

Еще один недовольный рык. На этот раз еще более недоуменный.

— Мы же не хотим, чтобы в нас вилами разъяренные крестьяне тыкали? — Пожал я плечами, — Тебе-то без разницы — вон какой крепкий! А я мягкий, мясной, мне лишние дырки в организме противопоказаны. Хотя вряд ли меня крестьяне убить смогут, это верно…

На этот раз ворчание ящера стало более-менее сдержанным. Говорить он явно не может. Но смысл сказанного, судя по всему, улавливает. Хоть и роется в моей голове — это лучше, чем если бы он был вообще неразумным…

— И самое важное — я главный. — Произнес я, снова поворачивая голову ящера к себе, — Возражений нет? Высказывать вслух и непременно членораздельной речью! Ну, на «нет» и суда нет.

Я оттолкнул морду Топтуна от себя и развернулся к решетке. В яме моего товарища по плену у черных орков оказался и вполне цивилизованный выход. Только он был загороженный все той же мелкоячеистой сетью металлической решетки. Я быстро осмотрел это сооружение. Ага, ясно, вверх поднимается. Зацепившись за прутья решетки, я хоть и медленно, но неуклонно начал поднимать решетку. Ничего себе! Какие грузы они подвесили? Я еле тянул ее. Топтуну без рук вообще было бы не справиться. Думаю, на это и был расчет. Но мне это сооружение все же было по зубам. Точнее, по рукам. Спустя пару минут щель между решеткой и каменным полом этой небольшой пещеры стала достаточной для того, чтобы Топтун в нее протиснулся. Зверь быстро прополз на ту сторону, но убегать не стал, оглянувшись на меня. Я же, полностью вытолкнув решетку наверх, сделал шаг вперед и почти вздрогнул, когда эта самая решетка рухнула вниз с диким скрежетом.

Да, входить через маленькую калиточку на верхнем ярусе пещеры было не в пример легче. Но зато вышел со вкусом и размахом. Так, монстра я выпустил… Дальше-то что? Планы на день закончились. Как-то плохо у меня с составлением планов…

— Топтун, — Обратился я к этому странному шестиногому ящеру, — Позволяю тебе отправиться на охоту. Если будешь соблюдать установленные правила — проблем не будет. Ясно?

Ящер фыркнул, пару раз попробовав языком воздух.

— И, кстати, тролли теперь тоже наши союзники. — Решил уточнить я, — Так что их не трогай.

На этот раз Топтун никак не отреагировал, куда-то быстро убегая. Судя по хищному блеску в глазах — ящер уже учуял первую добычу… Надеюсь, он не натворит бед. А то мне за него отвечать. И расплачиваться тоже мне… А то окажется позже, что я выпустил на свободу что-то совершенно необузданное. Я вздохнул. Ладно, пора чем-нибудь заняться… Только вот чем? Ладно, пойду отдохну в кои-то веки…

Отдохнуть не получилось. Ну, как не получилось… Просто я не смог долго сидеть без дела. Я хоть и ленив до безобразия, но вошедшая уже в привычку потребность что-то делать не могла быть уничтожена в одно мгновение. Моя лень, по сути, довольно странная. Я ленюсь делать только то, что мне кажется неинтересным. Бывает, что попадаются и довольно забавные занятия, над которыми и покорпеть не сложно…

Например, рубка леса. Ладно, кого я обманываю? Это монотонное и абсолютно неинтересное занятие, за исключением моментов, когда дерево падает на тебя… Однако, за неимением лучшего занятия, я валил лес как проклятый, не давая себе времени на передышки. И, опять же, кого я обманываю?! Конечно же я отдыхал. Чаще всего, начинал читать какую-нибудь книгу. Иногда я даже зачитывался настолько, что возвращался в реальность только тогда, когда читать становилось невозможно. Либо темнело, либо дождь начинался… Но вы не подумайте, что я плохой работник. За те короткие промежутки своей активной деятельности, что все-таки случались периодически, я делал двойную, а то и тройную норму обычного лесоруба. Обычные топоры, как правило долго моего темпа не выдерживали. Либо ломалась рукоятка, либо топорище деформировалось настолько, что починке