Я думаю, что сейчас зарыдали почти все родители, чьим детям исполнилось 11–13 лет, потому что для этого возраста картина типична.

С позиции спокойствия и стабильности я бы, наверное, задумался, а правда ли ребенок совсем-совсем ничего не хочет?

Во-первых, «ничего» часто означает «ничего из того, что считает правильным хотеть родитель». Что-то свое, интересное, подросток обычно очень даже хочет, но мы этого не замечаем.

Во-вторых, отсутствие энергии в 11–13 лет – абсолютно нормально, психофизиологично, но на всякий случай можно проверить, нет ли проблем по профилю эндокринолога или невролога.

В-третьих, какое количество нагрузки возложено на ребенка? Ко мне приходили ребята, которые вообще учатся до 20:00! Я не представляю, что происходит с их мотивацией. Пусть все кружки, секции и уроки очень интересные, но мозг слишком загружен, а у разных детей разный масштаб того, что они могут освоить. Умные психологи говорят: человеку нужен период, когда он просто лежит.

Как спокойный, самокритичный родитель я бы обратил внимание на то, чем занимаюсь сам, приходя с работы, есть ли у меня спорт или хобби.

Еще я бы задумался о том, что, возможно, подросток просто утратил интерес, и приложил бы усилия не к тому, чтобы он чем-то занимался, а к тому, чтобы он столкнулся с максимальным количеством интересного в этой замечательной жизни.

Ситуация/вопрос: Сын 15 лет хочет проколоть перегородку носа и спрашивает меня, так как требуется разрешение родителей. На мое «нет» и все мои аргументы ответ «все равно сделаю». Прошу совета, как отговорить?

Как спокойный родитель, я бы себя спросил, а почему так сильно хочу отговорить? Что в этом проколе такого, кроме личного эстетического неприятия?

Я, например, готов мириться с серьгами в ушах, потому что сам в подростковом возрасте их носил. Но проколы, шрамирование и все прочее я не понимаю, и это мои эстетические затруднения. Можно провести аналогию с современным искусством: мне банан, приклеенный скотчем к стене, тоже не кажется гениальным произведением, должны ли другие считать так же?

Попробуйте поторговаться с ребенком, хотя мотивация у него, похоже, сильная. Может, вас беспокоит безопасность, что это негигиенично, – значит, договоритесь, что процедура пройдет в проверенном месте.

Если нужно именно отговорить и никак иначе, тогда надо искать аргументы, которые подросток услышит. Разберитесь с тем, что он хочет, зачем ему нужен пирсинг, и помогите ему удовлетворить эту потребность другим образом.

Ситуация/вопрос: Девочка 13 лет, умница, красавица, прилежная ученица. В соцсетях обнаружены переписки со взрослыми мужчинами, отсылает свои интимные фото вплоть до гениталий. Мама в шоке, просит совета, девочка сообщает, что так она чувствует себя красивой и ей нравится получать комплименты.

Сразу вспоминаем, что наша задача – быть спокойными и стабильными родителями, панические причитания «Какой кошмар!» отодвигаем в сторону и разбираемся.

Чего мы хотим добиться в результате переговоров или ваших действий?

Предполагаю, что родителям хотелось бы, чтобы девочка поняла границы допустимого и недопустимого, берегла свою интимность, приватность и, наверное, не оставляла цифровой след. Еще было бы здорово научить ее ощущать свою красоту, уникальность и значимость от чего-то другого. Соответственно, стоит направить решения и действия именно на это.

Характеры и умы в 13 лет бывают разные: возможно, это уже взрослая барышня со зрелыми рассуждениями, которая действительно понимает, что делает. А может, обычный ребенок, дорвавшийся до селфи-камеры в телефоне. Если второй вариант, то для начала мы обеспечиваем безопасность, чтобы она не подставила себя, отправляя интимные фото. Если она человек со взрослым мышлением, то разговариваем и ищем контакт, чтобы нас услышали.

За любым действием, которое нам кажется странным, неадекватным, всегда кроется какая-то потребность. В описанной ситуации девочка прямым текстом ее озвучивает, и наша задача – помочь ей реализовать эту потребность другим способом.

Ситуация/вопрос: 16 лет, не разговаривает от слова «совсем», проходит мимо, смотрит насквозь, не отвечает ни на один вопрос. «Где моя еда?» – единственный канал общения. Интонация обиженная. Никаких эмоций на поверхности, пробовала спросить, чем обидела, что не так – выслушивает, молчит, ответа нет. Отстала, просто кормлю, одеваю, смотрю со стороны. Жив вроде, здоров, ситуация тянется долго.

Если единственный канал общения еда – то общаться можно и так: приготовить что-нибудь супернеобычное или написать ребенку письмо на коробке пиццы. Судя по всему, у подростка в остальном все хорошо, непохоже, что его жизнь катится к чертовой матери, – это радует, уже меньше поводов для беспокойства.

Спокойный родитель попробовал бы раскопать, где, когда и как произошел сбой в коммуникации. Игнорирование – неосознанное или вполне сознательное решение подростка? Он проверяет родителя на прочность? Или он «в образе», играет какую-то роль?

Параллельно можно поискать другую точку контакта, предпринимая буквально микрошаги. «Заказать эти джинсы или те? Покажи пальцем, пожалуйста», «Когда записать тебя к врачу? Осталось два окошка, на 13:00 и на 17:00».

Если в целом подросток жив и здоров, родителю лучше довольствоваться небольшими актами коммуникации, оставаться спокойным и стабильным.

Ситуация/вопрос: Как реагировать на агрессию и крик ребенка 14 лет?

Давайте попробуем сделать вид, что вы не обижены, не возмущены, не напуганы, и отреагировать на крик спокойно. Кричит, ну и что? Вы оборачиваетесь на каждый крик на улице или выбегаете в панике из автомобиля, когда на дороге вам кто-то сигналит?

Спокойный родитель также вспомнил бы, что в 14 лет у детей – беда с саморегуляцией, гормоны включены по полной программе и очень часто крик – это стандартная реакция подростков. На любой триггер у них сразу повышается голос. Внутри скопилось море тревоги, раздражения, гнева и возмущения. Если родители психологически давящие, душные, то ребенок при помощи своего вопля обозначает дистанцию, показывает границы.

Иногда дело, конечно, в дурном воспитании, но постановка вопроса в примере довольно корректная. Предположу, что эта причина не подходит.

Как спокойные родители ответьте, что вы хотите получить в результате разрешения ситуации?

Допустим, вам хочется донести, что на вас кричать нельзя. Тогда дождитесь, пока подросток заглохнет, прервется, наберет дыхание, и скажите: «Со мной так себя вести нельзя!» – развернитесь и уйдите.

А может, вам было бы приятно, если бы сын или дочь научились себя регулировать? Отличная идея, но этому точно нельзя научить в ситуации эмоционального взрыва.

Пока эмоции на пике, просто пожалейте ребенка: «Солнышко, как тебе тяжело, как тебя рвет-то на части, ну покричи, хочешь – вместе покричим».

Ситуация/вопрос: Мальчик (11 лет) время от времени врет, что сделал уроки, оказывается – нет.

Пожалуйста, улыбнитесь прямо сейчас все, чьи