Это одна из самых почётных и уважаемых наград в Красной армии. Даже и представить не мог, что когда-нибудь буду иметь право носить её.

Я открыл коробку и осмотрел орден.

Пока что он вручается без пятиугольной колодки, но менее красивым он от этого не стал. Даже дух захватывает, что в этой реальности у меня уже третья боевая награда.

— Эта награда должна быть ориентиром для тебя. И как напоминание о тех боях под Нарышкино. В наградном листе мы писали именно о них. Поздравляю!

— Служу Советскому Союзу! — ответил я и пожал Коровину руку.

Василий Иванович отправил меня на место, а сам потёр руки, продолжая отогревать их.

— Зинаида, я вас ещё раз поздравляю и более не задерживаю, — улыбнулся командир полка и пропустил старшего военфельдшера к двери.

Когда она вышла, Коровин отправил на улицу ещё и связиста с писарем, чтобы остались только командиры и Храмцов, как военный комиссар полка.

— Что-то важное, Иваныч? — уточнил Гаврилов.

Командир полка прошёлся по землянке, приоткрыл дверь и выглянул на улицу. Я увидел, что там пошёл снег. Крупный настолько, что вход в штабную землянку уже начало заносить.

— Вот и снег. Надо дать команду перекрасить самолёты. Причём и те, что у нас, и те, что придут, — ответил Василий Иванович и закрыл дверь.

Он вернулся за стол и сел, скрестив руки перед собой.

— В смысле, «те, что придут»? К нам ещё присылают машины? — уточнил Храмцов.

Коровин молча кивнул. А я уже начал соотносить всю информацию и совпадения.

Усиленное снабжение боеприпасами и топливом, указания от начальства сбивать немецкие самолёты на дальних подступах, а теперь ещё и новая партия самолётов. Да и почему награды вручали в землянке? Нет, я негордый, но ведь ясно, что это было сделано для скрытия построения личного состава.

Все эти события являются признаками только одного.

— К нам добавляют третью эскадрилью. Она будет летать на Як-1. Что касается нас, мы теперь более не в составе ВВС 50-й армии. Теперь мы подчиняемся недавно сформированным ВВС 10-й армии. Будем прикрывать маршруты их выдвижения, а также действия сразу двух штурмовых авиаполков. Догадываетесь, что начинается? — улыбнулся Коровин.

Я промолчал, а остальные в землянке выдохнули. В глазах у каждого увидел, что разгорается у них настоящий огонь. Каждый после слов Коровина был готов к выполнению задачи. И она была налицо.

Командир полка сжал губы и хлопнул ладонью по столу.

— Мы переходим в контрнаступление.