Женщина впервые за долгое время почувствовала себя в безопасности. Поэтому положила голову на грудь Ратманову, прижалась к нему всем телом и уснула. А он не позволил себе даже погладить ее по голове, хотя и очень хотелось. Все-таки рядом Дуля. Как-то выглядело бы не очень по-мужски, вернее, не по-бандитски.

9

Казак дал влюбленной парочке выходной. Поэтому повезли их не на хевру, а высадили в хороших меблирашках на Земляном Валу. Облезлый постарался.

Все уже было уплачено. Предупреждено. И относительно обезопасено. Проверенное место. Ратманов со своей женщиной тут не первый, не он и последний. На какое-то время сойдет.

В постели Рита сама проявила инициативу. Когда все лишние ушли, в ней неожиданно проснулась дремавшая доселе энергия. И она устроила попаданцу своеобразный прыжок в вечность. Во всяком случае, Георгий испытал перегрузки, несравнимые даже с перемещением во времени.

А потом так же быстро потухла, сказавшись уставшей. И всю ночь проспала как убитая, радуя своим ангелоподобным лицом и дьявольски привлекательным телом Жору, так и не сомкнувшего глаз…

Утро «Ратмановы» встречали уже как почти типическая супружеская пара. В их «гигиеническом номере», который был значительно дороже обычного, была своя ванна. Она-то и стала предметом конкурентной борьбы.

Надо сказать, Георгий эту битву проиграл, и даже с большим удовольствием. Радовать свою женщину, а он все больше примерял этот статус на Риту, оказалось делом приятным.

Потом сели за завтрак, предусмотрительно заказанный в номер тем же Облезлым – Ратманов даже начинал того уважать.

Чай, белый хлеб с маслом и сыром, яйца пашот и «русская каша» (видимо, овсяная) с заморскими южными вкраплениями в виде дыни, персика и еще чего-то, чего Георгию не доводилось есть и в XXI веке.

Первой заговорила Рита.

– Спасибо тебе.

– Пожалуйста.

– Ты первый мужчина, который ради меня расстрелял целую банду.

– Ты преувеличиваешь, их просто побили.

– А ты преуменьшаешь!

Попаданец мялся и даже выдавал внутреннее беспокойство, чего за ним, как правило, не водилось. Видно, на душе было неуютно, и он явно хотел что-то сказать.

– Твоим волнением хоть воздух режь, – заметила Рита, намазывая бутерброд маслом и игриво отправляя кусок в рот. – Не спал совсем?

– Неа.

– Думал?

– Ага.

– И об чем же? Как совратить жену атамана банды и потом свинтить от ответственности?

– Я должен тебе кое-что рассказать…

– Ну, начинается. У тебя жена и восемь детей по лавкам. Я это и так знаю. Давай что-нибудь новенькое!

– Ты не поверишь.

– А вот это уже интересно!

Женщина даже отложила еду и сделала вид, что внимательно слушает.

Ратманов-Бурлак резко встал из-за стола и принялся ходить взад-вперед. Так соображалось и говорилось лучше.

– Для начала тебе придется поверить, что я не сумасшедший!

Он посмотрел на Риту. Она была заинтригована. Ухмыльнувшись, продолжил:

– Представь, что мы живем с тобой в разных временах… Нет, не так… Представь, что я попал в тысяча девятьсот двенадцатый год из будущего! Из двадцать третьего. Две тысячи двадцать третьего года. Представила? Так вот, это полная правда! Как эта мерихлюндия работает, я еще и сам толком не знаю, но по факту я был там, получил тяжелую травму или вообще умер при задержании, а очутился уже здесь. Ты видела, в каком я был состоянии, когда очнулся. Говорил странные фразы и странным голосом, путал простые слова и всем известные названия, ничего не помнил.

– Time machine?

– Чего?

– Машина времени!

– Ну да. Только не физическое перемещение. А, как бы это сказать… Словно душа перелетела из того тела в двадцать первом веке в это тело, в век двадцатый.

– То есть это не твое тело?

Рита попыталась погладить его по руке. Но он отдернул локоть. Ему не понравилась ирония в словах женщины.

– Не обижайся. Я стараюсь тебе поверить. Но мне нужны подробности…

– Какие? Я готов все рассказать.

– Что за задержание там было, при котором тебя чуть не убили? И вообще, как выглядят фараоны через сто с чем-то лет? В серебристых касках с забралом из бронестекла? А в руках электромагнитомет?

– Господи, нет! Где ты такого насмотрелась?

– На открытках в витрине книжного на Большой Дмитровке… Так наши художники представляют будущее. – Рита почти обиделась.

– Ладно-ладно, я просто не знал. – Гость из будущего взял себя в руки. – Нормально они выглядят через сто лет. Без всякой этой… той, что ты описала. А штука в том, что задерживали меня не они, а я сам задерживал… В двадцать первом веке я полицейский.

– Да ладно?! Брешешь! Фараон? Фигарис? Легавый?

– Фу, как это звучит…

– А Хряк говорил, что ты из этих!

– Здесь – нет.

– Да все вы одинаковы.

– На самом деле у меня и выбора-то не было. Стреляли там – очнулся здесь.

– Лучше б… Ладно… Ну, допустим, я тебе поверила, хотя сам понимаешь… И что ты тогда к Кошке сразу не побежал, в сыскное, к своим?

– Да какие они мне свои, я ж говорю – очнулся уже…

– …в теле бандита.

– Точно.

– И в не самом плохом таком теле. – Рита словно с ностальгией посмотрела на красивые сильные руки Ратманова. Неужели они перестанут ее обнимать? – Ты все сказал?

– Ну, нет.

– Давай ты в следующий раз как-то заранее будешь готовить меня к таким вещам, потому что…

Женщина обиделась. Ее движения стали дергаными. Убирая со стола грязную посуду, она едва не перебила ее об пол. Но вовремя остановилась, потому что Ратманов резко и довольно больно схватил ее одной рукой за запястье, а другой приставил палец к губам – тише.

Из-за занавески гостиничного номера донесся подозрительный шорох. Опер в теле бандита мгновенно сориентировался. Достал наган, лежащий рядом, под подушкой. И почти молниеносно заломал непрошеного гостя, стоявшего за занавеской.

Уже через несколько секунд на полу трепыхалось мужское тело. Вполне еще живое, просто вырубленное ударом рукояткой пистолета по нужной точке на шее.

– Это Мураш, – констатировала Рита, выглядывая из-за плеча Ратманова.

– Что еще за Мураш?

– Новобранец Хряка. Появился уже после того, как ты ушел.

– Ага. Значит, тот, кого не жалко. И тот, кто может не справиться. Этакое предупреждение, черная метка, что мы теперь не в безопасности.

– Похоже на то… У Мураша мать здоровская. Присылает ему теплые носки и варежки даже летом, и с такими красивыми растительными узорами…

– Ты о чем сейчас?

– Прости…

Ратман подбежал к окну и, не сильно подставляясь, выглянул на улицу. Внизу заметил сразу двух соглядатаев. Тень от одного оперативно спряталась за дерево. А другой уже начал лезть вверх по трубе, на