– У тебя есть последний шанс признаться в своих грехах, ведьма, и отправиться к Господу с чистой душой.

Мадлен едва различала его слова. Голос инквизитора терялся, тонул в звуке клацающих зубов и крови, шумящей в ушах.

– Молчишь? Что ж… Тогда мне не жаль тебя, ведьма. Умри же, нечистая, и пусть твоя душа горит в вечном пламени!

Рычаг вновь опустился вниз, а Мадлен полетела в холодную пропасть. Снова её окружили вода и тьма, но в этот раз что-то изменилось. Девушка не сразу поняла, что там наверху кто-то перерезал верёвку. А значит, больше на поверхность её не поднимут. «Это мой конец…» – уже смирившись со своей участью, осознала Мадлен. Лёгкие начинали гореть. В последний раз девушка попыталась всплыть, оттолкнуться от дна, но силы уже оставили её. Движения онемевшего замерзшего тела были рваными и немощными. Мадлен задыхалась. Готовая сделать смертельный вдох, девушка вдруг услышала голос. Он возник из ниоткуда, будто родившись в её голове, но она его не узнавала.

– Дышиии… – прошептал некто в её голове. Повинуясь неведомой силе, Мадлен зажмурилась и вздохнула. Она была готова ощутить адскую боль, почувствовать, как ледяная вода разрывает лёгкие, но ничего этого не произошло. Находясь под водой, Мадлен перестала нуждаться в воздухе. Её лёгкие двигались так, будто кто-то другой дышал вместо неё. Когда Мадлен на секунду распахнула глаза, ей показалось, что она увидела в воде чей-то силуэт, такой знакомый, но неуловимый. Девушка отчётливо ощущала рядом с собой чьё-то присутствие. Кто-то был рядом с ней и не давал ей умереть. «Кто ты?» – мысленно спросила Мадлен, но не успела получить ответа: огромный чан качнулся в сторону, потом в другую. И вдруг опрокинулся. Вода неудержимым потоком хлынула наружу. А вместе с ней на каменный пол подземелья выбросило онемевшее тело юной фрейлины.

Глава 3. Гнев и милость

Инквизитор Томмазо Беллармин спустился с деревянного помоста, посматривая на огромный железный чан, в котором тонула очередная ведьма. Ему было скучно. Женщина, сидящая на заострённом камне, уже не шевелилась и не дышала. А значит, его работа на сегодня закончилась – он больше не услышит ни криков, ни мольбы, пока в обитель дома не приволокут новую грешницу. Томмазо направился к двери, махнув рукой, чтобы монахи тушили лишние факелы. Но в этот момент двери подземелья едва не слетели с петель. Удивлённый инквизитор замер на месте, наблюдая, как в комнату пыток врывается чужая стража.

– Что происходит, кто позволил?! – воскликнул Томмазо, бешено крутя головой из стороны в стороны.

– Это я хочу спросить у вас! – оглушая инквизитора, разнёсся по подземелью голос молодого короля. Пылая от гнева, в комнату пыток вслед за своей стражей ворвался Анри. Томмазо Беллармин моментально понял, кто предстал перед ним. Корона на голове мужчины кричала о его статусе, язык, на котором говорил король, – на его страну.

– Полагаю, мне выпала честь познакомиться с Его Величеством королем Генрихом из рода Бурбонов, не так ли? – принимая свой обычный строгий вид, поинтересовался инквизитор и тотчас добавил: – Я признателен вам за то, что вы нас почтили своим визитом, но напоминаю: в этих стенах у вас нет власти.

– Где она?! – Пропустив мимо ушей всё сказанное Беллармином, Анри устремился к инквизитору.

– Вас интересует ведьма, которую доставили из Парижа?

– ГДЕ ОНА?! – выкрикнул Анри.

– Там, где ей и место, – понизив голос, вдруг прошипел инквизитор. – Я всегда знал, что нельзя отдавать власть в руки гугенота, предателя истинной веры. И вот доказательство. Вы, Ваше Величество, – с заметным отвращением произнес Томмазо, – поражены грехом, как и та ведьма. Быть может, это она околдовала вас, но, возможно, вы впитали этот грех с молоком матери-протестантки.

Анри, едва держа себя в руках, надвинулся на инквизитора. Теперь король нависал над мужчиной, взглядом прижимая его к полу.

– Я повторю свой вопрос в последний раз, и, если не услышу на него ответа, вы, инквизитор, испытаете такие муки, что не снились ни одной ведьме.

Томмазо заскрежетал зубами: наглость и дерзость нового короля Франции заставляли его кипеть от злости. В этот момент его взгляд всего на секунду метнулся к железному чану. Анри мгновенно всё понял. Оттолкнув с дороги инквизитора, он бросился вперёд и закричал, обращаясь к страже:

– Она там! Нужно достать её, немедленно!

– Ваше Величество, чан заполнен водой, – произнёс один из стражников, первым вбежав на деревянный помост.

– Переворачивайте его. Ну, живо, живо!

– Вы не посмеете! – взревел инквизитор, но его никто не слушал. – Выведите негодяев прочь из святого места! – кричал он, обращаясь к своей страже. Но они уже не могли ничего сделать, не могли выполнить приказ: несколько королевских гвардейцев, обнажив оружие, не давали им сдвинуться с места.

В то же время остальные уже навалились на тяжёлый чан, раскачивая его из стороны в сторону. На пол выплёскивалась вода, но купель не думала переворачиваться.

– Давайте, сильнее, сильнее, – кричал Анри. Закатав рукава королевского одеяния, он бросился на помощь гвардейцам и вместе с ними начал толкать чан. Прошло некоторое время, прежде чем купель наконец поддалась. Тяжёлый чан завалился на бок и с диким оглушающим грохотом рухнул на пол. Огромный поток воды вырвался наружу, заливая подземелье. Все, кто стоял рядом, оказались по колено затоплены содержимым чана. Вместе с водой из железной купели на холодный каменный пол выплеснулось посиневшее тело фрейлины.

– Мадлен… – Испуганно глядя на хрупкое обнажённое тело, связанное верёвками, Анри бросился к девушке. – Мадлен, прошу, умоляю, открой глаза.

Фрейлина не сразу узнала знакомый голос. Слова Анри медленно пробивались к ней сквозь туман в голове. Спустя пару мгновений Мадлен сумела сделать настоящий глубокий вдох, а затем распахнула глаза. Дрожа от холода и ужаса, она вглядывалась в мужское лицо, склонившееся над ней.

– Ваш… Ваше Вел… Величество? – зашептала она. – В… Вы приш… пришли за мной…

– Мон Этуаль… – Видя, что девушка жива, Анри шумно выдохнул, его сердце едва не выпрыгнуло из груди. Ему казалось, что никогда прежде он не был так напуган. Он так боялся не успеть, опоздать, а увидев изувеченное нежное тело, едва не потерял надежду.

Выхватив кинжал из-за пояса одного из гвардейцев, Анри разрезал безжалостные верёвки. Тело Мадлен заныло от боли. Тугие узлы успели оставить на коже кровоточащие раны. Анри скинул с себя расшитый камнями камзол и накинул его на мокрые девичьи плечи.

– Как же вы напугали меня, Мон Этуаль. Не бойтесь, всё уже позади. Я увезу вас отсюда.

– Вы не можете! – Подскочив к королю, инквизитор Беллармин попытался дотянуться руками до Мадлен, но