этом! Она сделала выбор, а ты должен смириться и жить дальше. Не тебе уже решать, а ей. Это её право, слышишь?! Или ты печёшься о своей шкуре, мать твою?!

Бен тяжело вздохнул, качая головой, и толкнул Джоша ладонью в грудь.

— Я не хочу, чтобы она видела, как я умираю.

Джош открыл рот, но ничего не сказал. Поразмыслив, он нахмурился и склонил голову. Брат всматривался в глаза Бена, а тот сверлил его неподвижным взглядом.

— То есть, за тобой уже послали?

Бен кивнул.

— Новый Моркх жаждет моей крови. Отныне я — вне закона. Только за прошедшую ночь на меня налетели шестеро. Я чудом унёс ноги, — Бен скривился и придушено рассмеялся. — Не все прогнулись под новую власть, но многие хотят выслужиться. И я не нужен ему живым, сойдёт и голова. Так что моя смерть — вопрос времени. Причём, сравнительно короткого.

— Фамильяры тоже тебя ищут, но в Системе тихо, никому нет до тебя дела, — понизив голос до шёпота, сказал Джош. — Значит…

— Значит, Моркх имеет власть и над ними, — так же тихо произнёс Бен.

— Так же, как и Эшли. И ваш новый Моркх — женщина. Мы думаем, что это та самая загадочная преемница Линетт. Она всеми силами старается добраться до Эш. Через тебя — самый короткий путь.

Бен нахмурился, на что Джош просиял и похлопал его по плечу.

— Ты так много пропустил за эти два дня!

— Значит, всё гораздо хуже, чем я думал, — отрезал Бен и оттолкнул его руку.

— Хм, — протянул Джош, задумчиво потирая подбородок. И прищурился: — Так ты говорил моей сестрёнке всё это дерьмо сейчас, чтобы ранить? Решил, пусть считает тебя мудаком? Думал, что так она меньше будет убиваться, когда до тебя доберутся и прикончат? — Джош посуровел и навис над Беном, вынуждая пятиться к стене. — Неужели ты до сих пор в Эшли не разобрался? Если ты ей разобьёшь сердце — легче не будет. Ни тебе, ни ей.

— Лучше так, — упрямо качнув головой, процедил он.

— Тебя заказал Моркх — хреновая новость, согласен. Но лучше решать проблему вместе. Мы что-нибудь придумаем, как уже бывало.

— А Верховная?

Джош качнул головой, с укором глядя на Бена.

— Даже не думай об этом. Она не станет вмешиваться, пока ты не попытаешься убить Эшли.

— О чём вы оба говорите? — спросила я, решившись выйти к ним в тёмный коридор.

Мужчины уставились на меня и замолчали. Я прошла мимо, оглядывая обоих с ног до головы. Джош первым овладел собой и выпрямился, принимая невозмутимый вид.

— Обсуждаем, как вчера сыграли…

— Не лги, я всё слышала!

— Тогда зачем спрашиваешь? — небрежно бросил брат, пожимая плечами, и отступил от Бена.

Я хотела поймать его и припереть к стене, но решила отложить разборки до возвращения домой.

И перевела взгляд на Бена. Он крепко держался на своём — наблюдал за мной пустым взглядом. В груди снова кольнуло, сжалось до боли сердце.

— Ты не думал, что скрываешь не меньше моего?

— Есть правила, которые нам диктует власть свыше, Эшли, — тщательно выговаривая слова ровным голосом, ответил за него Джош. Он обошёл меня осторожно со спины. Склонившись, прошептал на ухо: — Ни я, ни Бен не вправе нарушать их. Вот о чём мы тут трепемся!

— Что за правило не позволяет ему прикасаться ко мне?

— Один из законов Системы, утверждённый единогласно Верховной Ведьмой и Моркхом, — продолжил Джош, но уже обойдя меня с другой стороны. — Рагмарры не могут прикасаться к ведьмам. Иначе смерть! Предыдущий Моркх был настроен категорически против смешанных браков между магами и охотниками. Бен с самого начала играл с огнём, связавшись с тобой. Но не свалил при первой подвернувшейся возможности, — он перевёл испытующий взгляд на Бена, отчасти с угрозой. Но тот и не собирался что-то отрицать, только смотрел на брата в упор. Джош выдал коронную ухмылку. — А сейчас выделывается, думая, что мы поверим. Хотел бы сбежать — сбежал бы, и мы всю страну носом изрыли, но не нашли бы его.

Бен рывком шагнул на Джоша, но я остановила его, упёршись ладонью в грудь. Его лицо исказилось от злобы, но он смотрел мимо меня.

— Прекращай мучить себя и её, — тихо закончил Джош уже без тени улыбки. — То, что между вами, в высшей степени чувство, и должно остаться нерушимым. Берегите то, что имеете. Вы не выживите по отдельности, Бен. Как бы вам обоим этого не хотелось. А то, что вы друг от друга утаиваете, поведайте сейчас же, — он устало вздохнул и строго взглянул на меня. — Времени ничтожно мало.

— Я не считала тебя убийцей, — тихо сказала я, и Бен нехотя перевёл на меня взгляд.

— Ты думала об этом.

— Когда умерла Моника, я обнаружила остатки зелья в ваших чашках. Кто-то подлил его вам, что и стало причиной провалов в памяти. Потом я наткнулась на ваши шмотки, перепачканные этой дрянью, — рассказывая, я смотрела на Джоша.

Его лицо медленно вытягивалось и белело. Бен уже знал о подброшенных уликах, но брата я держала в неведении. Боялась, что сболтнёт Стэнли.

— Не понимаю, почему жандармы не нашли, но это нам на руку. И на теле Лукаса я искала не доказательства твоей причастности, — я перевела взгляд на Бена и прерывисто вздохнула. — А улики против тебя, подброшенные убийцей. Вас хотят подставить! Делают всё, чтобы мы не доверяли друг другу.

— На теле Лукаса? — Бен вскинул брови, лицо его смягчилось. Качнув непонимающе головой, он нахмурился: — Ты о чём?

— Он мёртв, — тихо произнесла я, убирая руку с его груди. — Лукаса убили.

— Когда? — он поймал меня за запястье и сдавил.

— Прошлой ночью. Рагмарр выжег сердце — подстерёг у дома и…. Пришлось признаться Брейнту в том, что вы подрались, иначе он взялся бы за тебя. В последние дни Джон стал несколько лояльнее ко мне относиться. Но он знает, кто ты.

Джош недоверчиво усмехнулся и оперся рукой о стену.

— Он всю свою карьеру поставил на поиски рагмарров, и когда вышел на одного из них, вдруг изменил отношение? Чую, здесь пахнет подставой!

Я одарила его многозначительным взглядом.

— Тогда мы должны опередить Брейнта, — замолчав, я поморщилась. — Нет, я верю ему. Вы там не были и не видели Джона. Мир в его понимании перевернулся, добро и зло поменялось местами.

— Это ещё один повод держаться подальше от тебя, — выдохнул Бен и отпустил мою руку.

Я вцепилась в лацкан его кожанки, но он попытался отстраниться. Я испуганно взглянула на Джоша.

— Только попробуй! — процедил брат